Сила крови (СИ)

— Понимаю. Семен умел дубинку из воздуха доставать — я сам видел.
— Отлично! — он потер руки, — А какими особенными умениями обладаете вы, Руслан Магометович?
— Просто Рус, — поправил его я, снимая рюкзак, и стаскивая с себя куртку и рубашку, и оставаясь в одних джинсах, — Я очень скользкий. А еще не чувствую боли… почти…
Разумеется, я решил не рассказывать про то, что умею пускать мыльные пузыри, а не то приклеят ко мне кликуху похлеще Коматозника. Но и выкладывать свои козыри в виде увеличенной силы и реакции тоже не стал. Тем более, что это эффект временный да и не такой уж полезный в бою с настоящими мутантами-гладиаторами.
Похоже, мой ответ не сильно понравился Тренеру. Он скривился и поскучнел. А потом махнул рукой в сторону ринга:
— Ладно, посмотрим, чего ты стоишь в деле. Знакомься, это твой противник, Росомаха…
Я обернулся и тоже скривился и поскучнел.
Потому что моим противником была почти точная копия известного героя комиксов из вселенной Марвел, включая повышенную мохнатость лица и повышенную когтистость рук.
К такому меня судьба не готовила.
И Спорти, если честно, тоже…
  
Глава 10. Махач с Росомахой
 
Я присмотрелся и понял, что когти у него накладные и являются частью бойцовских перчаток. Мохнатые бакенбарды, судя по разнице с цветом густой шевелюры, тоже «выросли» благодаря гриму и клею, а не хорошему тестостерону.
— А не могли бы вы мальчику своему коготки подрезать? — повернулся я к Тренеру, — А то ведь это как-то нечестно получается.
— Оружие — это часть сценического образа наших гладиаторов, — пожал тот плечами, — Так же, как и их особые способности. Да ты не бойся, это тренировочный вариант. Мы же тебя проверить хотим, а не прикончить.
Сценического, мать вашу, образа?! Тогда, чур я Терминатор, тащите мой шестиствольный пулемет! Стильные очки и байкерскую косуху, так уж и быть, сам себе куплю!
— А тебя так и называть Скользким? Или ты еще не думал над своим бойцовским альтер-эго? — поинтересовался Тренер, глядя, как Росомаха на ринге шинкует воздух, разминаясь.
— Уборщик я.
Ну вот, ляпнул и не подумал. Интересно, еще не поздно переиграть на Терминатора?
Хотя…
В перерывах между миссиями все Неудачники проходили боевую подготовку. Общефизическая, стрелковая и обучение рукопашному бою. Конечно, лютых боевиков за пару месяцев из обычных воров да угонщиков не натренировать, но это было и не надо.
Основной упор шел на применение наших суперспособностей и спецоружия в бою. Ну, по крайней мере для тех, чьи умения можно было использовать таким образом — меньше всего в этом плане повезло Химику с его совершенно бесполезной мутацией.
А больше всего — вашему покорному слуге.
Я повернулся к Тренеру:
— Нет, серьезно. У меня даже инвентарь имеется специальный. И после того, как я закатаю вашего звереныша в ринг, сам за собой приберу: отмою кровищу, сгребу зубы и когти в кучку. Самому ему будет неудобно собрать выбитые зубы сломанными руками.
Здоровяк рассмеялся и одобрительно показал мне большой палец.
Я склонился над рюкзаком и зашептал, одновременно высвобождая свою швабра-дубинку:
— Сиди тут и не высовывайся. А я попробую разобраться с этим мохнатым.
— Дерется он так себе, но, сука, очень быстрый и ножичками своими уж слишком бодро размахивает, — отозвался Семен, — А еще плохо видит и ориентируется на запах, как зверь. Так что ослеплять его бесполезно.
— Ай ты ж голуба моя, дай я тебя расцелую! Когда-нибудь… в следующей жизни… когда я стану кошкой, а ты котом…
Признаться честно, именно это я и собирался сделать: держать когтистого на расстоянии при помощи швабры, а при первом удобном случае напихать ему в глаза мыла, чтобы жизнь медом не казалась. Но подсказка Коматозника заставила меня внести в свой план кое-какие коррективы.
— Вот она, родная моя! — торжественно поднял я метровую пластиковую палку.
— Надеюсь, ты умеешь с этим обращаться… Уборщик…
— Надеюсь, у вас тут есть душевая?
— Может, тебе еще и джакузи с массажистками предложить? Впрочем, все у нас есть, но только для членов клуба. Докажи, что достоин им стать, и будет тебе и ванна с шампанским, и топ-модели на любой вкус, чтобы спинку потереть.
 
Перчаток мне не предложили, так что я просто вытер ладони о штаны и покрепче сжал в руках дубинку, приготовившись к схватке.
— Итак, тренировочный бой: наш гладиатор Росомаха против кандидата по имени Уборщик. Деретесь до первой крови или пока кто-то не окажется спиной на татами или за пределами ринга. Это всем понятно?
Мы синхронно кивнули, не сводя друг с друга взглядов.
Интересно, желтые глаза с вертикальными зрачками у моего соперника — это часть мутации или просто линзы для создания «сценического образа»?
— Начинаем по хлопку. Три. Два. Один…
Тренер хлопнул в ладоши.
И началась игра в кошки-мышки, в которой мне, разумеется, была уготована роль несчастного грызуна, беспорядочно мечущегося по рингу, пытаясь уклониться от острых когтей. Если бы не они, я бы попытался показать красивый бой со всеми этими стойками, блоками и ударами. Но когда за тобою носится когтистая ветряная мельница — тут уже не до красоты, унести бы яйца целыми.
Росомаха действительно оказался довольно быстрым. Примерно как я на адреналиновом ускорении первого порядка. Вот только если я в таком режиме мог носиться секунд сорок, то мой противник, казалось, вовсе не знал усталости.
Спасала меня лишь швабра-дубинка, которой я успешно отмахивался, разрывая опасно сократившуюся дистанцию или принимая на нее удар когтей. Получив пару болезненных тычков концом палки, Росомаха понял, что в моих руках не безобидный кусок пластика, а вполне себе оружие, с которым я умею обращаться. И более того, моя дубинка оказалась его лезатям не по зубам… точнее, не по когтям: изобретение Профессора стойко выдерживало сильнейшие удары, не получая при этом ни царапины.
— Стоп! — скомандовал внезапно Тренер.
И мой соперник тут же замер, словно окаменел, занеся руку для удара.
Невероятным усилием воли удержался я от соблазна ткнуть его в открывшееся солнечное сплетение.
— Скучно. Вы тут сражаетесь или в салочки играете? Уборщик?!
— Так у него эти… когти.
— А ты — инструктор рукопашного боя с пачкой дипломов. Да и с палкой своей, судя по всему, обращаться умеешь. Но дело даже не в этом. Я хочу увидеть, как ты используешь свои особые таланты. Понятно?
— Угу.
— Давайте снова по хлопку. Только без вот этого цирка. Три. Два…
На этот раз Росомаха не стал изображать из себя комбайн, а встал в довольно эффектную бойцовскую стойку: прямо хоть сейчас его на обложку комикса срисовывай.
Я тоже встал красиво, отставив швабра-дубинку чуть в сторону и назад, аки гордый российский самурай.
Хлопок!
Мы сошлись, обменялись парой ударов и снова разошлись в стороны.
Встали в стойки, изучая друг друга внимательными взглядами.
И в этот момент я дунул, выплевывая стайку разноцветных мыльных пузырей прямо в лицо противнику. Очень коварный трюк, на освоение которого у меня ушел не один день. Самое главное тут было правильно рассчитать момент, чтобы самому не наглотаться мыла на вдохе.
Тот, не ожидая с моей стороны такого коварства, несколько раз рубанул когтями перед собою, но от этих его телодвижений пузырей стало лишь больше, а поднятая турбулентность ускорила их полет.
— С-сука! — прорычал ослепленный Росомаха, зажмуриваясь.
А я тут же рубанул своей швабра-дубинкой его чуть ниже колена. Болезненно, но не травмоопасно — пусть чутка похромает.
 
И он захромал, бросившись в мою сторону и снова превратившись в мельницу, вооруженную стальными когтями. Только на этот раз противник искал меня по запаху, шумно втягивая воздух неожиданно широкими ноздрями.
Ну-ну, ищи-ищи. Зря я, что ли, по всему рингу оставил маслянистые пятна с тем же самым ароматом, которым старательно обмазал себя перед боем, а сейчас смыл, всего лишь несколько раз проведя влажными ладонями по бокам и груди.