Сила крови (СИ)

Сидящего в клетке и смотрящего на меня взглядом, полным вселенской тоски и надежды. Судя по всему, выбраться он из этой западни не мог. Не зря к ней были подключены проводами какие-то электроприборы, да и сама клетка издавала едва различимый гул.
— А это что? Ловушка для призраков?
— Клетка Фарадея. Усовершенствованная, разумеется.
— Умный, видать, мужик этот Фарадей. И добрый, раз дал вам такую полезную хреновину погонять.
— Вообще-то он умер.
— А вы на его добро лапу наложили? Не одобряю, но пользу от клетки этой оценил.
Проф снова махнул рукой и манипулятором и печально вздохнул.
— Так вы меня звали, чтобы избавить от этой обузы? Я, конечно, рассчитывал на какие-нибудь ваши прикольные штуки-дрюки, но и за это тоже спасибо.
— Будут вам… штуки-дрюки, — процедил сквозь зубы, — Идемте.
С этими словами он нажал какую-то кнопку на своем жутком стокнопочном пульте, и на клетку с запертым в нем человеком-призраком опустилась непрозрачная ткань, лишая его наблюдать за тем, что творится вокруг. А посмотреть в Инженерном Секторе было на что!
— Вот, разработан специально для вас по личной просьбе вашего куратора.
Профессор протянул мне что-то, напоминающее не то сломанную электрическую щетку, не то электронный градусник, который нужно пихать в… в человека.
— Что это?
— Многофункциональный отпирающий инструмент: МФОИ-Два. Универсальный ключ-отмычка, или, как назвал его один из наших лаборантов, «жидкий ключ».
— И как оно работает?
— О, элементарно! Вот этот, тонкий конец устройства, вводите в отверстие замочной скважины до упора. Затем жмете кнопку с буквой «с»: «сканирование». Прибор определяет конфигурацию замка и подбирает форму для будущего ключа. Когда он закончит, замигает вот эта лампочка, видите?
— Ага.
— Затем вынимаете прибор и жмете кнопку с буквой «с»: «создание ключа», и наш МФОИ-Два выпускает специальный гелевый состав, обволакивая щуп. Когда замигает вот эта лампочка…
— Это та же самая, — проявил я чудеса наблюдательности.
— Да, но мигать она будет во второй раз, показывая, что состав заполнил отверстие. И тогда вы жмете третью кнопку, с буквой «к»: «катализация». И прибор выпустит катализатор, который превратит гель в прочный материал, формируя уже непосредственно ключ нужной конфигурации. А когда замигает вот эта лампочка…
— Та же самая, прошу заметить.
— Но замигает она в третий раз, значит, процесс завершен, и полученный ключ можно использовать непосредственно по назначению.
— Здорово. Великолепно. Просто супер.
— Вам действительно понравилось?
— Ага. Но есть пара замечаний. Во-первых, этот ваш «тонкий конец прибора» — почему-то он очень толстый, и далеко не в каждую замочную скважину влезет. Например, в плоскую — даже при помощи кувалды не войдет.
— Да, я уже работаю над третьей версией прибора, в котором планирую устранить этот конструктивный недостаток, — кивнул Профессор. — А другие замечание?
— Во-вторых, что делать, если я захочу себе другой ключ? Ну и в третьих, у вас тут три совершенно одинаковые кнопки с буквой «с».
— Собственно, четвертая кнопка и есть ответ на ваш вопрос. Она называется «сброс», поэтому и помечена буквой «с». При ее нажатии гелевый ключ отделяется от прибора.
— Дайте угадаю: когда это произойдет, опять замигает лампочка?
— Именно.
— Я, конечно, не инженер и не технический специалист, но вам не кажется, что было бы удобнее, если бы эти три кнопки были помечены разными буквами? Или цветами. Да даже цифрами, на худой конец!
— Не исключаю такой возможности, — осторожно согласился ученый.
— Попробуйте.
— В четвертой модели прибора. Вот, это тоже наша новая разработка, держите…
— Жвачка?
— Почти. Она обладает дополнительным свойством: улавливает вибрации от поверхности, на которой находится, и передает этот сигнал на ваш микрочип в радиусе трехсот метров.
— Не понял, — честно признался я.
— Это жучок. Разжевали, прилепили, и теперь можете слушать, что происходит вокруг объекта. Приложение для этого уже должно быть загружено на ваш микрочип.
 
— Да, — нашел я новую иконку, — А еще можно кого-то угостить и подслушивать, что он говорит.
— Н-наверное, — смутился Профессор, — Мы не проверяли, но теоретически должно сработать.
— Неа. Не сработает.
— Почему?
— Потому что вкус отвратительный, и любой нормальный человек эту гадость сразу выплюнет. А мне даст по лицу.
— Нам заказывали функционал, а не вкусовые качества.
— И все же, настоятельно рекомендую поработать над второй, более приятной версией.
— Это — уже восьмая итерация, — вздохнул изобретатель, — Вторая оказалась… неудачной.
— Значит, делайте девятую, со вкусом ну не знаю… клубники, например.
— Мы можем сделать целую линейку вкусов! — обрадованно закивал Профессор, — Со вкусом черешни, васаби или ветчины! И даже арахиса! Хотя, на него у многих аллергия…
— В общем, творите.
Я сунул в карман «жидкий ключ» и упаковку «подслушивающей жвачки», и направился к выходу.
— Эй, Уборщик, погодите! — окликнул меня ученый.
— Да?
— Вы кое-что забыли. Точнее, кое-кого, — и он указал рукой и манипулятором на закрытую тканью клетку какого-то там Корифея.
К выходу из Инженерного Сектора я уже бежал, поставив пару личных рекордов…
  
Глава 4. Подарки Дока
 
Покинув Инженерный Сектор, я задумался.
Обычно мы большую часть времени проводим в штаб-квартире Отряда Неудачников, где отдыхаем, общаемся, играем в игры, обсуждаем текущую или завершенные миссии и так далее. Иногда я даже остаюсь там ночевать, хотя у меня и есть свое койко-место в двухкомнатных «апартаментах» на четырех человек — стандартное размещение для агентов моего уровня на Базе.
Тащиться к Неудачникам в обществе надоедливого призрака мне не хотелось: засмеют. Как пить дать навешают на меня ярлыки няньки или еще кого пообиднее. Да и самого Семена отпиздить могут — уж эти-то найдут способ даже до человека-призрака дотянуться.
Перспектива, конечно, заманчивая, но ведь мне еще с ним работать, причем, в незнакомом городе и во враждебной среде.
— Уф. Ну и мерзкий же тип, этот ваш Профессор, — нагнал меня полупрозрачный напарник, — Думал, что не выпустит меня из этой своей жуткой клетки.
— Она не его, а какого-то Фарадея, — машинально отозвался я.
— А он что, тоже — из ваших?
— Не знаю.
— Кстати, там у него лаборанточка смазливая крутилась, губастенькая с во-о-от такими сисяндрами. Не знаешь, она с кем-то мутит, или можно подкатить?
И я еще думал? Однозначно, к Неудачникам его нельзя пускать. Да и вообще к живым людям.
— И куда мы теперь?
— Ко мне, вещи собрать. Потом в приемную, забрать билеты и документы.
— К Марине?
— К Марине, — беспомощно вздохнул я, вбивая в Навигатор своего микрочипа номер комнаты и следуя указаниям появившихся на полу стрелок.
Они были частью моего интерфейса, так что Семен их видеть не мог. Кстати, как и номеров и надписей на дверях — для постороннего наблюдателя они не имели опознавательных знаков.
Из моих соседей по «номеру» на месте оказался только Пробник.
— Привет. Знакомьтесь. Это Семен, а это — Правая Рука Бога.
— Руку пожимать не буду, — хохотнул человек-призрак, — И боюсь, и все равно из этого ничего не выйдет.
— Да ладно? А как же твое «никогда не надоест делать это»?
— После той клетки я пересмотрел свои взгляды на бренность бытия.
— И теперь будешь меньше приставать с тупыми вопросами?
Семен ненадолго задумался и мотнул головой:
— Это вряд ли. Эй, приятель, а что у тебя с рукой? Слишком много дрочил?
 
Пробник нахмурился.
— Нет, — наконец, отозвался он, — Слишком много превратил нормальных людей в полупрозрачных, вроде тебя.
— А это как?
— Это как-то вот так…
С этими словами мой сосед сжал фарфоровую кружку в кулаке, и та хрустнула, превратившись в «паззловый» вариант самой себя.