Дочь врага для Темного (СИ)
Тускло.
А тут вау-эффект. По всем фронтам и видно по глазам, что не дура галимая, готовая отсосать в туалете. Воспитание чувствуется. И ум, перед чем я точно преклоняю голову.
— Темный, я не понял, может его того, а девку к нам? — Родик протер кулак, которым до того прошелся по сопляку и заржал в привычной манере. Мы сидели в кабинете и ожидали жрачку.
— Что значит к нам? — ясно же дал понять, что она неприкосновенна. Обозначил сразу же, как зашли, нет, надо своим рылом макнуться сейчас.
Красивая, разодетая девочка, да, зашла со мной. Какие могут быть мысли? Пустить по кругу и развлечься. Так обычно и делали, тем более такие гости у нас.
Девки, бухло и жрачка — залог успешных переговоров. Даже для тех, кто якобы ни-ни. Я же всех сразу пришпорил, тут нужна была исключительно работа. Но и глаз порадовала, конечно же. Плохо, что не только мой. Арабу и без слов намекнул самоликвидироваться.
— Ну сначала тебе, а нам потом. Ты видел фигурку, ля, какая цаца. Я бы ее…
Щелчок в голове. Самопроизвольный.
Схватил бугая за шею и прижал к столу. Придушил совсем чуток. Он бы ее… От одной мысли почему-то хотелось раскромсать шею тупым ножом.
— Слушай меня сюда, я тебе ясно выразил мысль, ты не понял. Я выражу ее еще раз…последний. Девочка нам помогла с арабами заключить сделку, пока твой человек нахерячился где-то там и забыл о нас. А ты мне найди по щелчку человека с арабским, да что б еще и молчал о наших грязных делишках. Мотай на ус, Родик, это твой косяк. И все чаще ваши косяки решаю я. Может мне взять пару таких барышень вместо вас? Больше толку будет.
Я ее заприметил сразу у входа в ресторан. А уж услышав, как она затачивает на арабском — шок получил. У меня-то что? Бабы в большинстве своем выполняли одну функцию. В нашей среде не принято иметь других.
Да и царапнул горящий взгляд, немного печальный, но такой живой. Отзывчивый. И запах. Свежести и мяты, она вся слишком чистая. Слишком. Внутренний зверь уже вырывался наружу, требуя крови. Не спорю, мог бы прямо там нагнуть и отыметь, но что-то внутри останавливало. Что-то не давало пойти по беспределу. Не помню, чтобы когда-то женщины производили на меня такое впечатление. Ну кроме одной, правда, там совсем другое.
Интересно, кто этот сопляк? Рвался в бой, как мелкая шавка, но во взгляде не было страха. То есть, он шел на убой сознательно, наверняка понимая, кто я такой.
В принципе, мне ничего не стоило перекинуть девчушку через плечо и унести, куда заблагорассудится. Но глаза. Взгляд, глубоко пронизывающий, не молящий, но открыто заявляющий. И видно же было, что держится из последних сил, чтобы не завопить. Может даже ударить хотела, вот уж я повеселился бы.
И с фигурой там все как надо, я немного прикоснулся к прекрасному, так сказать. Есть, что может голову снести.
Рашидов, серьезно?
У тебя просто давно не было бабы, все в делах да в делах. А надо бы успокоиться. Вот и поплыл от первой попавшейся аппетитной фигурки и смазливого личика. Без косметики, кстати, что тоже поразительно. Я видал баб без мазюкалок — это жалкое зрелище, а тут изначально видно чистое лицо.
Не суррогат какой, а чистый кайф.
Родик заскулил и захрипел. Надеюсь, теперь все понятно.
— Понял, Темный, не дурак. Все понял. Прости, исправлюсь, — вскинул руки и откланялся, спешно покидая кабинет. Правильно, злить меня не стоит. Я и так на взводе.
Хоть бери и отправляй к Графу на перевоспитание, вот уж у кого нет проблем с дисциплиной. А мои совсем отбились от рук, приходится периодически напоминать. Стоило всего-то на пару месяцев укатить на Майорку с Аишей, отдохнуть. Врачей, опять же, новых повидать, узнать, что все бесполезно. Ничего, мы еще повоюем.
И здесь придется тоже. В мое отсутствие слишком многие возомнили себя царями, только престол бумажный и ветром сдуется очень быстро.
Мой помощник в синем деловом костюме вошел в кабинет вальяжной походкой. Жесткий дресс-код добил, в такую жару в шортах да в майке бы сидеть, а не вот эти маскарады устраивать. Но наш спец по каким-то там особенностями ведения бизнеса, мать вашу, (нововведение Николина), упрямо доказывал, что мы должны быть в удавках и костюмах.
— Темный, дела вдрызг, — замялся и достал портсигар. Выудил одну и запалил.
Я оттянул ворот рубашки и расстегнул пару пуговиц. Кондиционер работал на всю, но ситуацию не спасал. Спертый воздух плотным кольцом охватывал легкие.
— Четче обрисуй.
— Мак берегов не видит, хочет половину от куша за контрабанду с Борзым и землю на Островского. Откуда-то прознал.
— У нас крыса, друг мой сердечный.
Печальный факт, товарищи. Очень печальный, учитывая, что о земле на Островского знал только ограниченный круг лиц. Отхватили буквально недавно и крайне удачно.
А Мак. Ты глянь, какой интересный кадр, половину он хочет…еще и земельку в придачу. Вероятно, другой бы согласился, да вот я клал на всю эту компашку. Мне не нужна крыша, так что пусть обломается. Какие бы сложности не создал, решу по щелчку.
Все под нами.
С меньшими потерями, чем он мог предположить. И, к счастью, он не первый политикан, решивший, что может усидеть на двух стульях.
Борзый о еще одном желающем получить процент вообще слушать не станет, у него голова другим забита, семья, и я его понимаю. Посмеется разве что. В нашей среде никто не боится угроз, с детства под пулями.
А насчет земли: в этом городе ею владею я. И всем об это известно, так к чему попытки поменять ситуацию? Разве мало примеров, что было с теми, кто пытался? Или с теми, кто решил действовать не по понятиям?
Кто-то очень быстро выбыл из игры, а кто-то кормит рыб.
— Не торкает меня этот разговор, — подсел к барной стойке и налил себе пойла.
— Темный, ты не понял, он угрожает серьезно, — Николин разнервничался на ровном месте. Что, в первый раз политики воду мутят, мечтая устроиться в тени и контролировать криминал? Чего вдруг кипиш?
— И чем же?
— Сказал, что небо в сеточку организует.
— Николушка, а ты случайно головой не бился в последнее время? — откинулся на стуле и с ухмылкой посмотрел на друга. — Нашел чем пугать. Пуганные мы все уже. Будет много говорить — устроишь мне с ним встречу, раз ты не можешь это решить.
— Он новый игрок на арене, и многие говорят, что за ним люди из окружения президента. Ты как знаешь, а я предлагаю не ждать наступления и пойти на уступки… Ситуация сейчас не очень.
Поперхнулся коньяком. Что он сморозил только что?
Да, много кто пытается устроить дерибан. Но не ложиться под таких псов же. Что тут произошло, пока я отсутствовал?!
— Иди проветрись и не доводи до греха.
Николин дернулся и поджал губы. Злится. Ну злись, пока я главный, никаких послаблений в сторону политики. Пусть кувыркаются как хотят — прогибаться не стану. Я заправляю регионом — значит, я тут «папа». Папу надо слушаться.
— Ладно, тогда можно зайти с другой стороны. Детки у него есть, можно было бы…
— Нет, — стукнул кулаком о деревянный стол, вынуждая Николина подскочить на месте. — Я тебе сказал уже, что мы так не работаем.
Дети и жены — вне решения проблем, какой бы замес человек не закрутил, решаем вопросы только с ним. Это мой принцип и поступаться принципами не привык.
— Как знаешь…Раш, как знаешь.
— Игнор, я сказал тебе.
Налил себе коньяка и наконец-то дождался ужина.
Марина в одних трусиках-веревках, как всегда, шагнула в кабинет с огроменным подносом, на котором была уйма разных блюд. Полная грудь колыхалась в такт движениям. По идее…это должно было меня впечатлить. Я часто натягивал ее, но сейчас меня это скорее раздражало. В штанах полный штиль. Приплыли.
— Свободна, — скинул девичью руку с плеча под вопросительный взгляд Николина.
— Надо было брать ту умную деваху, Темный. Кровь с молоком, — мечтательно улыбнулся. — Не знал, что такие мозговитые бывают настолько «ух».
Но мой суровый взгляд отрезал влажные фантазии. Глазки в пол и рот на замок. Умеет понять с полувзгляда, полуслова. Я видел эти похотливые взгляды.