Дочь врага для Темного (СИ)

И даже мимолетное касание к телу, настолько близкое и интимное, опять погружало меня в состояние предвкушения. Хотелось еще. Все ясно, у меня Стокгольмский синдром. Прекрасно, что я могу осознать проблему, плохо, что бороться получается все хуже.
В очередной раз оступилась на ровном месте.
Мне кажется, мужчина точно думает, что обе ноги у меня левые. И от этого становится стыдно. Будто бы мне хочется показать себя только с лучшей стороны. Как и всем девочкам, собственно говоря
Стоп. Надя, стоп. Ты немедленно прекращаешь эти мысли. Сейчас же.
— Долго мы еще продолжим путь?
Ответа не последовало. Только ладонь сильнее сжала руку. Я уже заметила, что настроение у человека скачет со скоростью света, и очень многое зависит именно от него. Темперамент горячий, присущий всем восточным мужчинам, так что и поведение соответствующее. Ничего удивительного.
Ладно. Судя по походке и напряженной спине, мужчина был чем-то озабочен, возможно даже, что и волновался о чем-то. По нечитаемому лицу об этом не скажешь, но незримая аура сгущалась. Он словно поменялся и снова превратился в незнакомца из ресторана. Примерно в таком амплуа я встретила его впервые.
Сердце пропустило удар. Я не хочу считывать настроение Рашидова по щелчку. Я не хочу понимать скачки и изменения поведения. Не хочу. Но почему я настойчиво делаю именно это?
В очередной раз оступившись, больно ударилась о камень. Как я еще себе шею не скрутила?
Неподалеку показалась тропинка, ведущая в самую чащу леса. Рашидов достал фонарик побольше, потому что сейчас разбираться в дороге было практически невозможно от неяркого желтого света маленького походного фонарика.
И мы продолжили путь, теперь уже по вытоптанной дорожке. Если есть дорожка, значит, есть люди. Вопрос: почему я ни разу не столкнулась ни с кем?
Сверчки и совы издаваемыми звуками создавали магическую атмосферу, немного пугающую своей дикостью. Но опять в душе никакого страха. Я была спокойна, насколько это в принципе возможно…с учетом ситуации.
— Ждем тут, — впервые заговорил Рашидов и остановился у кромки опушки, до которой мы дошли. Дыхание сбилось от напряженного полубега, тело ожидаемо покрылось тонкой пленкой пота. Я расстегнула пару пуговиц, чтобы освежить тело.
— Ждем кого? — переспросила, оглянувшись. Ни души. Ни звуков трассы…машин тут точно не было.
Смешно сказать, но на мгновение мне показалось, что здесь очень органично смотрелся бы ишак. Вот и Темный со своей черной щетиной, больше напоминавшей бороду, в обносках смотрелся бы к месту. Колоритно. Рашидов на ишаке. Криминальный авторитет в сельском антураже.
Сдавленно засмеялась. Темный резко перевёл острый взгляд на меня, и я замерла со странной улыбкой на лице. Пронизывающий холод прошелся по телу.
В серьезных моментах он меня пугал до чертиков, своим умением произвести устрашающее впечатление Рашидову не было равных.
— За нами приедут, — коротко выдал.
За нами и приехали. Огромный внедорожник шумно прокатился по опушке, освещая все вокруг ксеноновыми огнями. Тяжелая махина остановилась аккурат перед нами. И только после этого глубокие морщины на лице мужчины разгладились. Он словно не был уверен? Или боялся другого исхода?
Абсолютно нетипичные чувства для такого властного мужчины. Но что могло настолько внушить неуверенность в него?
Коротко стриженная голова показалась, как только стекло пассажирской двери опустилось.
— Такси заказывали? — ухмыльнулся водитель и кивнул нам.
— Заказывали, — утробно пробасил Темный и потянул меня к задней двери. Как забраться в эту махину? Моя голова едва доставала до ручки двери! Что это за танк такой?
— Давай полезай, — Рашидов уверенно подхватил меня за талию и подсадил в обшитый кожей салон. На водительском сидении уместился парень на вид до тридцати лет, блондин и с довольно добродушной улыбкой. Машина абсолютно не могла бы ассоциироваться с хозяином. Я привыкла к тому, что обычно это работает, а тут все мимо.
— Батюшки, какая красота! Раш, ну это же краш! Я Леша, кстати, безумно рад!
 
— Что ты несешь? — недовольно пробурчал и окинул меня внимательным взглядом Темный. Зацепился в районе груди. Брови моментально сдвинулись, и огромная рука резко натянула рубашку, которая, как оказалось, спустилась, оголяя одно плечо. Честно, не заметила. В такой жаре для меня это было спасением.
В глазах Рашидова блеснул опасный огонек.
— На дорогу смотри, — устроился поудобнее и раскинул ноги. Ладонь уместилась на моем бедре, сдавливая, не давая возможности расслабиться.
— Мотнулся тут на недельку в Америку, нахватался. Скоро пройдет. Милое создание, не обращайте внимания, он у нас всегда такой…недружелюбный! Но как же вас кликать?
Звук радостного смеха наполнил машину. А мне было не смешно, особенно ощущая сдавливающие движения на ноге.
— Надя, — ответила скупо.
— Надежда, мой компас земной, а удача…
Все быстро закончилось, стоило только Темному перебить Алексея и задать вопрос.
— Что у нас в сухом остатке?
Ситуация, разумеется, поменялась кардинально. Юмор выветрился сквозь открытые окна махины.
— За тобой охотятся чуть ли не все головорезы области.
— Дальше, — нетерпение в голосе пугало даже меня. А вот водителя напротив отнюдь.
— У тебя крот среди близкого окружения. Мы закинули тут удочку, а через пару часов липовый груз накрыли. Маски шоу сработали как надо. Знали только трое.
— Николин, Ахметов и Ардо.
— Читаешь мысли, — невесело ответил Алексей.
— При любом раскладе это плохо.
— Я бы сказал, что неприятно, но в конце концов, у тебя поддержка большей части, группы, да и… — осекся, глядя на меня сквозь зеркало заднего вида.
— Потом, — кинул ему пренебрежительно Рашидов, понимая, что к чему.
Я свидетель, знать такую информацию не хотелось, пусть даже не понимала, о ком велась речь. Под езду на кочках особо не уснешь, но мой организм в последнее время сдавал позиции. Постоянная слабость в теле явно случалась из-за перманентного стресса. Глаза склеивались сами собой. Сознание медленно уплывало.
Нос уткнулся в теплую кожу, пахнущую настолько приятно, что хотелось вырвать все рецепторы с корнем, чтобы не ощущать восторг. Неправильный и чужеродный.
— Проблемы в раю, деталей пока нет, но что-то с детьми, а на виду само превосходство, — услышала последнюю фразу Леши. Мозг зацепился за нее и тут же опустил. Как нечто несущественное.
  
21
 
НАДЯ
Очередная кочка способствовала моему пробуждению от хлипкого сна. Сквозь вязкую дремоту я слышала странный разговор, но показать свое пробуждение не решалась. Садомазохизм — мое все, судя по текущим ситуациям.
— Да, душа моя, — сердце сжалось от этих слов. Опалилось, оставляя странный рубец. Хотелось оглохнуть и ослепнуть, чтобы не было так больно.
Хотя какое мне дело? Ну вот какое?! Рашидов говорил совсем не так, как до этого с кем бы то ни было. Тон голоса сместился на юг, мягко укутывал собеседницу. В том, что на том проводе была женщина, сомнений не было.
Противная змея жалило в самую душу. Неужели ревность? С чего бы? Да меня просто бесит, когда мужики спят с одними, а дифирамбы поют другим. А я? Что? Развесила уши, повелась не пойми на что, на томный взгляд, на мужское поведение и такую же фигуру. Сводящую с ума своими резкими, рваными изгибами, выкованными мышцами и мощностью в целом.
Сжав глаза до белых мошек перед глазами, попыталась отстраниться. Невзначай, как будто во сне происходит, но стальной захват рук не дал мне этого сделать, пригвождая сильнее к мощному торсу. Попытка развеялась на ветру. Ты говоришь «душа моя», обнимая совсем другую девушку, неужели не мерзко? Не противно? Меня вот мутило от ситуации, так мутило, что было желание выплюнуть внутренние органы.
Сквозь темноту полузакрытых глаз, видела отблески пролетающих мимо фонарей, они били яркими вспышками по глазным яблокам. Взгляд то и дело цепляется за плавно двигающийся кадык мужчины.