Секретарша для босса (СИ)
Дмитрий оторопело застыл, а Маша, войдя в раж, всё же, закончила то, что намеревалась сказать этому самовлюблённому бестактному индюку:
- … Вы для меня – слишком стары, Дмитрий Олегович. Раз уж у нас разговор начистоту!... Я даже представить не могу, что должно бы со мной случиться, чтоб я увидела в Вас – «Объект»! Так что, уймите своё беспокойство! Я просто вернула себе мой настоящий облик. И с Вами это уж точно не связано!
Она на пару секунд замерла, ожидая на свою голову шквал гнева босса, но так ничего и не услышав в ответ, просто повернулась и вышла.
***
Дмитрий Олегович сидел просто в шоке. Так стыдно ему давно уже не было. Он настолько привык к безоговорочному поклонению дам, что даже мысли не допускал, что может быть как-то иначе.
Обаяние и сильная мужская харизма вкупе с привлекательной внешностью и отсутствием самодовольства и гонора, сделали его объектом дамских грёз ещё с юности.
А тут ещё эта реклама в СМИ окончательно подточила проблески каких-либо его колебаний в этой связи. Все, от семнадцати (а, возможно, и раньше) и до пятидесяти дамы его желали, слали навязчивые сообщения и преследовали лично.
А тут – какая-то залётная серая мышка! Скажите, пожалуйста, он – возраста её отца! И что? Это препятствие?! Что-то других девиц такая разница в возрасте до сих пор не останавливала!
Тоже мне нашлась, примадонна!
Дмитрий Олегович когда-то в юности немного побыл женат. Девушка была ослепительно хороша собой и настолько же ослепляюще эгоистична. Они промучились друг с другом года полтора, после чего, Дмитрий Олегович навсегда разуверился в самом институте брака.
Что может быть интересного изо дня в день видеть одно и то же лицо, постоянно выслушивать в свой адрес упрёки и, ни на минуту не расслабляясь, регулярно отгонять от жены стаю посторонних мужчин?
Другое дело, когда ты – как ветер свободен! Повстречался с одной, стало надоедать, поменял на другую. Карусель новых впечатлений и лиц. Никакой обыденности и бытовухи.
Правда, в последние годы и эта чихарда начала надоедать. Зато у него есть интересный и постоянно требующий его внимания бизнес. Работа – вот его настоящая и всегда верная жена! А хоровод дам – просто для расслабления. Чтоб, отдохнув, с новыми силами – снова в бой!
И возраст тут, ВООБЩЕ, ни причём!
Так что, оставьте лицемерие и свою неубедительную неискренность при себе, уважаемая Мария Валентиновна Блинчик! Я Вам ни на секунду не поверил!...
ГЛАВА 7.
Маша сидела за столом и невидящим взглядом пялилась в монитор компьютера. Обида и раздражение быстро прошли и она изо всех сил корила себя за несдержанность. Ну, в самом деле, что такого он ей сказал?! Просто предупредил, если она вздумает подбивать к нему клинья, то её усилия пройдут впустую?
Но это ведь правда. К тому же, наверняка к такому его опасению были некоторые предпосылки… Во-первых, мужчина, действительно, нереально хорош… Успешный состоятельный и не отягощённый женой красавец. Лакомый кусочек для любой, даже самой взыскательной охотницы за мужем!
А во-вторых, она, Маша, кардинально меняя гардероб, разве не задумывалась, какое впечатление её новый образ произведёт на босса? Вот… и произвело… Мужчина пришёл в ужас от перспективы отбиваться ещё и от секретарши…
Человек просто хотел её предостеречь от возможных разочарований, а она его стариком обозвала. Девушка вспомнила, каким обескураженным было лицо босса, когда она его сравнила с отцом.
Бедолага! Сидит сейчас, небось, переживает. Возможно он до сих пор себя мальчиком считал. А она, посторонняя девица, ему так беззастенчиво раскрыла глаза. Ради чего, спрашивается?! Ну, пусть бы и дальше думал, что он – подарок для всех дам! Какое мне дело?! Чего я со своей правдой влезла?!
К тому же, для человека, который так держится за свою работу, было очень неосмотрительно оскорблять собственного босса, от которого эта самая твоя работа зависит…
Это было последним аргументом в пользу необходимости идти извиняться. И лучше не откладывать на потом. А то многие люди, прокручивая в голове реальные диалоги, каждый раз что-нибудь добавляют и от себя. А потом уже непонятно: это звучало, или ты сам всё додумал, и обиделся ещё больше. Возможно, и её босс из таких…
Маша тяжело вздохнула, подбодрила себя мыслью, что Дмитрий Олегович – разумный человек и, наверняка, понимает, что не одна она виновата… возможно даже, и сам хотел бы извиниться за свою бестактность… В общем, подбадривая себя, как могла, Мария Валентиновна отправилась сдаваться.
***
Босс сидел в своём кресле и хмуро перебирал стопку бумаг. «Он явно не расположен сейчас выслушивать новые мои откровения, - пронеслось в голове у Маши, - надо было позже зайти»…
Но с «позже» уже явно не сложилось. Босс оторвал мрачный взгляд от бумаг и раздражённо вперил его в Машу.
- Дмитрий Олегович, мне позже зайти? – девушка, всё же, сделала попытку всё переиграть.
- Ну почему же… Входи… доченька, - мужчина зло усмехнулся.
- Будете ругаться? Я с миром пришла, - ещё одна попытка направить разговор в безопасную сторону.
- Зачем же ругаться? Послушаю, что скажешь. Если что, ремня дам…. По-отечески.
- Дмитрий Олегович! Простите меня, пожалуйста! Не надо было мне Вам ничего говорить!
- Так-так… на попятную, значит, пошла?
- Ну, не то, чтобы… Пошла, Дмитрий Олегович! Конечно, пошла!!! – исправилась Маша, заметив, как губы босса опять плотно сжались в одну злую тонкую линию.
- Так значит, я больше не старый?
- Нет, конечно! Конечно, не старый! Скажете тоже!!!.. И папа мой вовсе не старый!... Ой! Не то! Не то! … Папа у меня, Дмитрий Олегович, толстенький и лысый!!!! Вот я Вам клянусь!!!! Совсем на Вас не похожий!
- А я – худенький и волосатый… - вкрадчиво спросил у неё мужчина.
- Ну, Вы же сами… не бреетесь. А папа мой – каждое утро.
Заметив, что разговор ей положительных очков в глазах босса явно не прибавляет, девушка испугалась ещё больше.
- Дмитрий Олегович, Вы же сами меня сейчас путаете! Я извиняться пришла!
- Так и извиняйся! А ты что делаешь?!
- Что?
- Дальше меня оскорбляешь! Какой я тебе папа?!
- Вот уж и правда, папа из Вас – никакой…
- Зар-р-раза!!!
- Вы уж, Дмитрий Олегович, тогда определитесь – мне Вас, как папу, ругать или нахваливать?
- Я просто хотел, чтоб ты мне тут вдруг не вздумала глазки строить, - устало прохрипел мужчина, потирая виски.
- Так я ж и не строю! Дмитрий Олегович, вот честно, не строю!.. И никакого папу я в Вас не вижу!... Я, вообще, мужчину в Вас не вижу! Клянусь!!! Вам ВООБЩЕ в этом смысле меня нечего опасаться!!!
Мария Валентиновна еле успела скрыться за дверью, уворачиваясь от полетевшего в её голову башмака.
ГЛАВА 8.
На обед Маша пошла вся в расхристанных чувствах. Как-то нелепо всё вышло с этими её извинениями. За «папу» извинилась, зато другого наплела. Хотя, до конца она, всё равно, не понимала, в чём, собственно, дело.
С одной стороны, босс в весьма нелицеприятной форме и выражениях требовал, чтоб она к нему, как к мужчине – ни-ни, а с другой, чуть по башке башмаком не засветил за то, что она же с ним и согласилась… Кто там что пел про спонтанную и противоречивую женскую логику?
Гадство какое-то! Ситуацию явно надо было исправлять, но вот от чего оттолкнуться, Маша не знала. И тут в голову девушки пришла, как ей показалось вначале, прекрасная идея! Надо босса накормить!
Во-первых, он явно недоедает – вон, какой постоянно сердитый. Во-вторых, Мария Валентиновна ни разу не замечала, чтобы Дмитрий Олегович днём куда-то отлучался.
Было очень сомнительно представлять, что, пока она, Маша, обедает, босс короткими перебежками, чтоб не застукали, мчится заняться тайным чревоугодием. Причём, куда-то в другом направлении, чтоб не столкнуться со своей секретаршей… и запитывается при этом второпях, не разжёвывая, чтоб вернуться на место раньше её.