Извращенный терапевт (ЛП)

Мне было интересно, чувствовала ли Айви то же самое по отношению ко мне. Что я поклонялся ее крошечному дрожащему телу всякий раз, когда ласкал ее мягкую кожу или сжимал ее достаточно сильно, чтобы оставить отпечаток руки.
Я хотел причинить ей боль, лелеять ее, поклоняться ей.
— Если бы ты сказала мне, что хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь , — сказал я хриплым голосом, слегка постукивая пальцами по ее киске через мокрое кружево. — Тогда я бы с радостью подчинился твоему требованию, пожеланию, Айви. Но ты решила соврать. Даже после того, как я прочитал твои фантазии, ты солгала мне.
Мой голос был суровым, граничащим с гневным, хотя я и не злился. Я бы в гневе ни к кому не прикасался, особенно к своему лепестку. Я был разочарован тем, что она так и не рассказала мне, что чувствовала все эти годы. Я навязал свое влечение и чувства кому-то другому, потому что думал, что она видит во мне своего старшего брата, такого же, как Хейден, и никого другого.
Она вздрогнула, услышав тон моего голоса, и стиснула бедра. Черт возьми, она была такой отзывчивой. Если бы только одно предложение могло сделать ее мокрой, я подумал, смогу ли я попросить ее трахнуть себя, одновременно говоря ей, что делать, не прикасаясь к ней.
Айви извивалась у меня на коленях, когда мои пальцы скользили по ней, чувствуя, как ее влажность пропитывает ее нижнее белье. Я слегка отшлепал ее.
— Я не терплю лжи. Это грубо и недопустимо, — резко прошептал я. Я отшлепал ее еще раз, немного сильнее, и наслаждался легким вздохом, сорвавшимся с ее губ. — Особенно лучшему другу твоего брата, твоему терапевту, от которого твоя пизда становится мокрой.
— Ох , — она издала звук, похожий на стон и хныканье, когда я снова шлепнул ее по заднице.
Вскоре я мог чувствовать прохладу ее обнаженной, мягкой кожи, чувствовать ее жгучее сексуальное сжатие, ее ноги дрожат, когда я шлепал ее снова и снова. Моя ладонь обжигала при каждом ударе, а ее задница приобретала легкий розовый оттенок. Айви заглушала стоны, закусив губу, но мне этого не хотелось. Я взял ее за волосы и откинул голову назад, чтобы отчетливее слышать крики ее удовольствия и шока.
Я ждал, пока она скажет стоп-слово, расскажет, как мне было трудно ее отшлепать, напугать и вызвать у нее отвращение. Но она этого не сделала. Она приняла порку как хорошая девочка. Я увеличивал силу каждой пощечины, слыша ее громкий стон, когда моя пульсирующая выпуклость ткнула ее в живот. Она дергалась и корчилась у меня на коленях, но я был полон решимости, пока она не извинилась за то, что солгала мне. Я слышал ее крики, ее слова были просто беспорядочным рыданием, когда она продолжала извиняться.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, доктор Эйден. Мне очень жаль, — хныкала она, поднимая задницу каждый раз, когда я поднимал ладонь, как будто она не могла дождаться, когда я снова прикоснусь к ней.
Мой взгляд окинул ее прекрасный вид, ее ноги были сжаты вместе, как будто она могла скрыть от меня свое возбуждение. Остановившись на мгновение, я провел рукой по ее теплой заднице, медленно массируя чувствительную кожу. Я готовил ей душ и наносил лечебный лосьон, как только мы возвращались домой. Если бы она могла вынести мысль о том, что снова прикоснется ко мне.
Не обращая внимания на эти мысли, я ослабил хватку на ее волосах и провел рукой между ее ног. Медленно потираю пальцы по ее мокрым стрингам.
— Ты насквозь мокрая, Айви, — сказал я, понизив голос на октаву.
Она вздрогнула и отвела бедра назад. — Пожалуйста, Эйден.
Я промычал, отодвинул ее нижнее белье в сторону и погрузил два пальца в ее теплое тепло, вызвав у нее громкий стон. Моя ладонь продолжала нежно массировать ее задницу, а костяшки пальцев скользили внутрь нее, подушечки пальцев находили шершавое чувствительное место и прижимались к нему. Ее тело начало дрожать, и я знал, что она близко, умоляя меня заставить ее кончить.
— Давай, лепесток. Давай на мои пальцы, грязная девочка, — сказал я хриплым голосом, когда она корчилась у меня на коленях, моя эрекция пульсировала у нее под животом, пока я трахал ее пизду. Я сжимаю пальцы на ее сладком, чувствительном месте.
 
Айви сжала мои пальцы, пока я смотрел, как она преследует горячую похоть. Мгновение спустя она испытала оргазм, кончая на мои пальцы, выкрикивая мое имя, извиваясь у меня на коленях и на диване.
Я был в восторге, видя, как она разваливается. Настолько чертовски эротичной, что я знал, что никогда не забуду вид Айви, растянувшейся и обмякшей у меня на коленях от оргазма, с растрепанными волосами, натянутым платьем, обнажающей ее цветущую задницу и соки, вытекающие из нее.
Я медленно массировал ее чувствительную киску, хваля ее, и поднес блестящие пальцы ко рту. Она оглянулась через плечо и увидела, как я облизываю пальцы от ее спермы, ее мускусный вкус обжигает мой язык.
Этого недостаточно. Я хочу больше.
Я посадил ее к себе на колени, ее ноги оказались у меня на бедрах. Она захныкала, чувствуя, как мой застывший член трется о ее пол, пока я поправлял ее одежду, лаская ее кожу, помогая вернуть ее на землю после оргазма. Ее голубые глаза казались туманными, когда я вытер слезы с ее покрасневших щек и провел рукой по ее волосам.
— Ты в порядке? — спросил я, приподняв бровь и совершенно довольный ее состоянием. Какой разбитой и красивой она выглядела. Мысль о том, что кто-то другой когда-либо увидит ее такой, приводила меня в ярость — нет , она была моей. Я никогда не позволил бы никому дать ей шанс увести ее от меня. Не тогда, когда я знал, как сильно ей нравилось быть для меня грязной, грязной девчонкой.
Она кивнула с ошеломленным выражением лица. — Ммм.
Я проигнорировал тот факт, что она отвела взгляд, когда ответила. Мне придется научить ее смотреть на меня, отвечая мне позже. Ее возлюбленный просто отшлепал ее, трахнул пальцем и попросил проглотить его сперму. Она была не в порядке.
— Тебе больно?
— Больно?
Положив руки на ее талию, я потянул ее вниз на свою затвердевшую длину, потирая ее скользкую киску. Ее глаза расширились, когда она сжала мою рубашку в кулак. — Ох, черт.
Выгнув спину, Айви облизнула губы и покачала головой. — Нет, мне не больно. Пожалуйста, трахни меня, Эйден.
  
9
 
АЙВИ
Я усмехнулась, звук его низкого дымного смеха распространился по моему телу и устроился между моими ногами. Черт, я очень хочу его. Особенно то, как его улыбка озарила его красивое лицо, уголки его глаз сморщились, и как его темные глаза блестели чистой похотью.
Держа меня за челюсть, Эйден притянул меня ближе и прижался своими губами к моим. Он зарычал, покусывая мою нижнюю губу: — Какой жадный маленький лепесток.
Я улыбнулась и прижалась к нему поближе, вдыхая его пряный мужской аромат и дергая за локоны его волос. Он застонал и притянул меня ближе, если это было возможно, его руки держали мои бедра и скользили вниз, обхватив мою задницу.
Всхлип сорвался с моих губ, когда я почувствовала, как он твердеет подо мной. Я была насквозь мокрой после порки, и даже после этого умопомрачительного оргазма мне хотелось большего.
Еще об Эйдене.
Я отстранилась, когда он повел нас к своему столу, мои ноги крепко обхватили его сильные бедра. Но потом меня отвлекла его шея. Я поцеловала мягкую кожу под его ухом, облизывая и покусывая его острую челюсть до ключицы. Его руки сжались вокруг моей задницы, но он не остановил меня.
Эйден положил меня на край своего стола, отодвигая все. Я расширила глаза на него. Я не могла поверить, что он отложил ради меня свои записи и дневники. Он смотрел на меня своими серо-черными глазами, его губы опухли, рубашка измялась, галстук был расстегнут, его твердая эрекция торчала ко мне. Я откинулась назад на столе, закусив губу, когда почувствовала жжение на своей заднице от его порки, что его позабавило.
Его пальцы коснулись моего бедра, и я задержала дыхание, когда он взял подол моего платья и снял его, выбросив его и оставив меня в одном непревзойденном кружевном белье. Его глаза смотрели на мое тело так, словно он облизывал меня своими полными похоти глазами, исследуя каждый дюйм моей кожи, пока я не обрела достаточно уверенности, чтобы расстегнуть бюстгальтер.