Восход Авроры (ЛП)
***
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я снова услышала голоса. Мне как раз снится еще одни странный сон о мире, полном цепких зеленых растений, голубых хлопьев, падающих с неба, когда..
— Аврора, ты меня слышишь?
С огромным усилием прогоняю образ места, которого не видела прежде и поворачиваю голову. Должно быть, я задремала, рядом со мной женщина в точно-такой же серо-голубой униформе. Она ослепительно белая. И я не о том, что я наполовину китаянка, а вы белее меня. Нет, говоря белая, я подразумеваю кристально-белый цвет, словно Белоснежка. Невыносимо белая. Ее глаза бледно-серые, без белка, и безумно огромные. Белоснежные волосы собраны в хвост.
— Я Главный Предводитель Боевого Клана Дэнил де Верра де Стой. — Она замолкает, чтобы я переварила услышанное. — Приятно познакомиться с тобой, Аврора.
Главный Клан чего-чего?
— Ммм, — соглашаюсь я, не желая рисковать в произношении других звуков. Меня называли Авророй лишь в случае неприятностей.
— Представляю, как много у тебя вопросов, — говорит она.
Она явно не ждет моего ответа. Я продолжаю кивать, желая продлить этот момент.
— Боюсь, у меня плохие новости, — продолжает она. — Не знаю, как тебе сказать об этом, поэтому буду откровенна. Когда ваш корабль направлялся на Лэйгун, произошел несчастный случай.
— Мы направлялись на Октавию, — тихо говорю я, но уже понимаю, что название колонии не имеет значения. По осторожной сдержанности ее тона можно понять, что грядет нечто большее. В воздухе повисло напряжение, словно затишье перед бурей.
— Тебя некорректно извлекли из криопода, — продолжает она, — поэтому ты чувствуешь себя так, словно тебя вывернули наизнанку. Скоро станет легче. Но с «Хэдфилдом» произошел несчастный случай в Складке, Аврора.
— Аври, — шепчу я.
Несчастный случай в Складке.
— Аври.
— Что еще за несчастный случай? — Спрашиваю я.
— Вы были брошены на произвол судьбы. Должно быть, ты заметила, что я несколько не похожа на тебя.
— Мама всегда говорила, что невежливо указывать на подобные вещи.
На это она лишь грустно улыбнулась.
— Я — Бетрасканка. Один из инопланетных видов, с которыми Земляне вошли в контакт начиная с того времени, как ты поднялась на борт «Хэдфилда».
Мозг вытягивается в один блинный бииииииииииииииип, все связные мысли в отключке.
Инопланетные виды?
И много их?
Ответ не получен, система перегружается.
— Хм, — очень осторожно произношу я. Мозг изо всех сил пытается отбросить всевозможные варианты, но у него ничего хорошего не выходит. Это какая-то теория заговора? Неужели меня похитили психи? Быть может, военные тренируют первые контакты с пришельцами на нас?
— Понимаю, должно быть, всё это сложно переварить, — говорит она.
— Мы встретили пришельцев? — выдавливаю я.
— Боюсь, что так.
— Но Складка в Октавию занимала лишь неделю! Если мы еще не там, значит осталась пара дней, верно?
— Боюсь, что нет.
Что-то пытается просочиться в поле моего зрения, словно вода, только эта вода фосфоресцирует тысячами точек бирюзового света. Я прогоняю образы, пытаясь сосредоточиться на женщине у моей кровати.
— Как… — горло не слушается. Едва шепчу: — Как долго меня не было?
— Мне так жаль, Аврора. Аври.
— Как долго?
— Две сотни и двадцать лет.
— Что? Вы, должно быть, шутите. Это же… — Но я не хочу произносить эти слова. — О чем вы говорите?
— Знаю, должно быть это сложно, — осторожно говорит она.
Сложно?
СЛОЖНО?
Нужно поговорить с кем-то нормальным. Сердце дико стучит, пытаясь вырваться из груди, пульсация отдаёт в виски. Прижимая к себе серебряную простыню и сажусь, мир вокруг кружится. Но мне удается перекинуть ногу через край кровати и, обвязавшись простынёй словно тогой, я встаю на ноги.
— Аврора..
— Я хочу поговорить с кем-то из «Ад Астры», с кем — то из экспедиции в Октавию. Хочу поговорить с мамой или папой.
— Аврора, пожалуйста..
Спотыкаясь, делаю несколько первых шагов, и по инерции меня тянет к двери, которая скользит, открываясь, при моем приближении. Две женщины в серо-голубой униформе оборачиваются, глядя на меня, а одна даже делает шаг мне навстречу. Пытаюсь увернуться, но едва не падаю набок, а она хватает меня за плечо. Руки слишком заняты тем, что удерживают простынь, поэтому пинаю ее по коленке. Женщина вскрикивает, болезненно впиваясь в меня пальцами.
— Пропустите ее. — Раздается голос Белой Боевой Предводительницы за моей спиной, и, в полную противоположность моей панике, она спокойна. Вроде как смирилась. Женщина отпускает меня, ноги дрожат, когда я, шатаясь, иду вперед, горло перехватывает, словно кто-то сжимает его.
А затем я вижу окна. И пейзаж, развернувшийся за ними.
Звезды.
Мозг быстро начал перебирать варианты происходящего. Вид за окнами не стена. И не здание. Это огромный кусок металла со встроенными светильниками, расположившийся дугой. Это космические корабли, крутящиеся вокруг него, словно стайка рыб у акулы. Это космическая станция. Я в космосе. Это место нереально. похоже на верфи, с которых стартовал «Хэдфилд», чем-то напоминает заправочную станцию в каком-нибудь захолустье.
Это невозможно.
Если только эта леди и вправду не инопланетянка.
Если только я и вправду не в космосе.
Если только это и вправду не будущее.
Биииииииииииииииип.
Ошибка системы, требуется перезагрузка.
Мне двести тридцать семь лет.
Все кого я знаю мертвы.
Родители мертвы.
Моя сестра мертва.
Друзья мертвы.
Дома больше нет.
Все, что мне знакомо — исчезло.
Я не могу.
На меня накатывает еще одна волна видений.
И на этот раз я позволяю ее водам обрушится на свою голову.
И они тянут меня вниз.
3
Скарлет
Дело — дрянь.
Так думает мой младший брат. Это написано у него на лице. Но на самом деле он так никогда не скажет, ибо Тайлер Джонс, Командир Отряда, Первый класс, грубо не выражается. Тайлер Джонс не употребляет наркотики, не выпивает, и не делает всего того, что мы, простые смертные, творим ради удовольствия. Но если мои восемнадцать лет в этой галактике меня чему-то и научили, то это: только потому, что ты не говоришь об этом, еще не значит, что ты об этом не думаешь.
Мы сидим на мезонине над дендрарием… ну, Кэт и я сидим. Тайлер ходит взад и вперед, пытаясь смириться с мыслью о том, что пять лет упорной работы вылетели в трубу. Он взъерошивает свои светлые волосы, проходя мимо меня в семисотый раз, и я замечаю небольшое грязное пятнышко на его всегда идеально чистых ботинках.
Да, он действительно сильно переживает.
Купол над нами прозрачен, пропуская свет миллиардов далёких солнц. Сад внизу — смесь различных сортов фауны со всей галактики: завитки Регелианского стекляруса, шары Пангейского сумрака, цветки поющего хрусталя из стилсси с Армемиды IV. Дендрарий, вероятно, мое самое любимое место во всей академии, но из-за моего любимого брата сейчас всё это великолепие кажется потерянным.
И не могу его винить в этом, правда.
— Это еще не конец, Тай, — рискнула начать разговор я.
— Но признай, он чертовски близок к нему, — ответила Кэт. Я искоса смотрю на Кэт и выдавливаю улыбку в стиле «лучше помолчи».
— Стоит взглянуть на это с другой стороны, — стиснув зубы, произношу я.
— Брось, Скар, — говорит Кэт, игнорируя мою «лучше помолчи» улыбку. — Всем известно, что Тая обставили. Он самый титулованный Альфа в нашем выпуске. А теперь он застрял с отбросами и аутсайдерами, с которыми ни один командир отделения не хотел связываться.
— Не для того же, чтобы потешить твое безудержное самолюбие, — вздыхаю я, — но ты лучший Ас в академии, Кэт. Да и отбросом тебя не назовёшь.