Есть игра, есть война (СИ)

Сицилиец с трудом смог справиться со смехом. Все еще улыбаясь, оглядел ее с ног до головы.
— Действительно не понимаешь?
Вытащил из кармана телефон и посмотрел на него.
— Я так и думал, и телефон, конечно, не ловит. Я оставил машину далеко от дома, сейчас мы уже не сможем ее найти. А ты прекрасно подготовилась, я смотрю, к романтическому свиданию.
Дамла стояла в тонкой кофточке, джинсах и туфлях на высоких шпильках. Только сейчас она поняла, что ступни ужасно болят. Как она пробежала такое расстояние на этих каблуках и не упала, переломав себе ноги, оставалось загадкой. Шпильки проваливались в землю. Она чуть не плакала. Сицилиец смягчился, снял с себя куртку и надел на нее.
— Если мы побежали в другую сторону от дороги, то должны выйти к морю. Пойдем, надо найти место, где мы сможем остановиться.
Снова посмотрев на ее ноги в вечерних туфлях, он усмехнулся и опустился на корточки, подставив ей спину.
— Залезай, я понесу тебя. Боюсь, сама ты уже идти не сможешь.
Дамле ничего не оставалось, как воспользоваться его предложением. Она обняла его руками за шею, а ноги сцепила на его груди.
Действительно, они шли не так уж долго, как услышали шум моря. Лес внезапно закончился, и они вышли на узкую полоску песка. Темное бескрайнее море лежало перед ними. Лунный свет серебрил волны. Море было спокойным и волны с легким шумом набегали на берег.
Дарио спустил Дамлу на землю. Невдалеке они увидели лодку, вытащенную на песок.
— Я вижу, где мы сможем переночевать.
С этими словами он пошел вдоль моря по направлению к лодке. Обернулся и позвал ее жестом:
— Давай, догоняй! Или ты остаешься?
Дамла разулась и поплелась за ним.
Сицилиец осмотрел лодку и сделал вывод, что она вполне подойдет для ночлега. Потом серьезно сказал Дамле.
— Я пойду соберу ветки для костра, а ты найди здесь пару камней.
— Камней? Для чего?
— Будем огонь добывать, как первобытные люди, — уже удаляясь в сторону леса, ответил он.
Вернулся Дарио с охапкой сучков и веток и застал Дамлу, держащую в руках два больших камня. Немного усмехнувшись, он начал складывать ветки для костра.
— Ну, и что ты стоишь? Надо активно тереть их, чтобы появился огонь.
Дамла смотрела на камни в руках. Попыталась ударить ими друг об друга и совсем растерялась.
Дарио поглядывал на нее, еле сдерживая смешок.
— Эх ты! Ты что, скаутом никогда не была? Смотри, как это делается.
Взял из ее рук камни и нагнулся к сложенным веткам, затем, поглядев на нее, с деловым видом положил камни, достал из кармана зажигалку и поджег сухую ветку. Она вспыхнула ярким огнем в его руках, в глазах заплясали веселые искры. Бросил ее в костер и распрямился. Стоял теперь напротив нее и насмешливо улыбался.
— Ты! Смеешься надо мной!
Дамла рассердилась так, что бросилась на него с кулаками. Он поймал ее руки за запястья и задержал их поднятыми в воздухе. Минуту они смотрели друг на друга. Их глаза встретились так близко, что казалось, холодный серый лед накрыл собой жгучий темный огонь. Потом Дарио рывком притянул ее к себе так, что ее руки сами собой обвили его шею. Еще секунду смотрел в ее глаза, перевел взгляд на губы и впился в них страстным поцелуем, прижимая ее к себе всем телом. Дамла чуть не задохнулась, в глазах потемнело, ноги как-то обмякли, голова закружилась и внизу живота появилось непонятное ощущение.
***
Когда Джемре вошла, то увидела сервированный стол только на двоих. Свет был немного приглушен. Ни Нуртем, ни Башак не было нигде видно. Откуда-то из-за стены появился Недим. Она непроизвольно сделала движение обратно к выходу, но он поймал ее за руку.
— Твоя мама постаралась для нас сегодня. Прошу, не отказывайся, давай поужинаем вместе… и поговорим немного.
Джемре остановилась, немного подумав, села за стол. Ей не давала покоя мысль, как узнать про странные отношения Недима и Ойи, а для этого было необходимо вернуть его доверие.
Во время ужина Недим был очень оживлен, рассказывал ей о работе в компании, новых проектах, о том, как многому он уже научился.
 
Она слушала его немного рассеянно, ковыряясь вилкой в тарелке и периодически кивая головой.
— Я знала, что у тебя все получится. Ты можешь стать, кем захочешь. Но думаю, тебе нужно получить сначала хорошее образование, наверстать упущенное, может быть даже за границей…
— Я не собираюсь никуда уезжать, — отрезал Недим.
Джемре подняла на него глаза и доброжелательное выражение его лица показалось ей фальшивым как никогда.
— Мой брат доверил мне свою семью, и я позабочусь о ней. Ты можешь доверять мне во всем. Я подниму фирму на новый уровень, у нас с Юсуфом огромные планы. И я буду рядом с тобой и моими племянниками. Умут уже стал моим сыном, и я хочу, чтобы ваш с Дженком сын тоже стал моим. Его семья — это моя семья, его сын — мой сын. У нас будет прекрасная жизнь вместе.
С этими словами он встал со своего места и подошел к Джемре, усевшись на стул рядом с ней. У той пробежала дрожь по всему телу от его слов, она молчала, во рту пересохло. Она сидела не шевелясь, глядя в одну точку, боясь повернуть к нему голову. Недим взялся за спинку стула, на котором она сидела и продолжил:
— Я тебе рассказывал, что когда-то в детстве мы часто запускали воздушных змеев, еще до того, как все случилось… Мы были тогда братьями, любили друг друга. Я помню, как мы запускали красного змея в небо и смотрели за ним в облаках…
Джемре схватилась за бока стула, на котором сидела и сжала кисти так, что они побелели. Недим протянул руку к ее животу и прикоснулся к нему.
— Я бы хотел назвать малыша — Булут, в честь Дженка и нашего братства… Возможно сейчас он смотрит на нас с облаков…
Она больше не могла выдержать, собрав все свои силы, чтобы не делать резких движений, спокойно встала со стула и не глядя на него, медленно проговорила:
— Мне нужно сейчас идти. Я подумаю, Недим…
Развернулась и уже быстрыми шагами направилась к выходу.
Недим остался стоять, провожая ее взглядом.
Кажется, все уже гораздо лучше. Джемре смогла его понять. Он чувствовал, что его мечты обязательно сбудутся.
========== Глава 24. ==========
Дамла и Дарио расположились на песке возле костра. Сицилиец разлегся, приподнявшись на локте, девушка сидела немного поодаль. После их поцелуя никто еще не произнес ни слова, оба осмысливали произошедшее, углубившись в свои мысли и ощущения. Дарио искоса поглядывал на нее, она не смотрела в его сторону, была в каком-то оцепенении, сидела молча, глядя на море.
В ее голове кружились мысли, в теле бродили непонятные ощущения. Ее еще никогда никто так не целовал. Те поцелуи, которые были у них с Дживаном, не шли ни в какое сравнение. Того она сама целовала, робко и по-девичьи, страшась быть непонятой и отвергнутой. До Дживана у нее было несколько парней, но все они были еще мальчиками, а не мужчинами. И от их поцелуйчиков она не ощущала ничего, кроме их слюнявых ртов.
Дарио не прерывал ее мыслей. Он встал и подошел к самому морю, нагнулся, зачерпнул руками соленую воду и брызнул ее себе в лицо. Море было его стихией. Он был южанином, родился и вырос на самом юге Сицилии. И море всегда было его лучшим другом, хранителем всех его тайн и утешителем во всех несчастьях. Еще мальчишкой он бежал к морю каждый раз, когда был расстроен, переживал, страдал или радовался. Только ему он доверял свои детские слезы. С помощью морских волн боролся со всеми страхами, срывал на них свою злость и ярость. Море было свидетелем его побед и поражений. Чтобы ни случилось, он бросался в волны, плавал и нырял до полного изнеможения, а потом лежал на песке или камнях, слушая шум морских вол и вдыхая соленый морской запах. В детстве он мечтал стать пиратом.
Дамла следила за ним глазами, когда он вернулся и снова упал на песок, прервала молчание:
— Как ты меня нашел? Ты снова следил за мной?
Сицилиец усмехнулся.
— Не льсти себе. Я не следил за тобой. Я приехал раньше вас и был уже в доме. Успел только справиться с системой видео наблюдения, когда услышал шум машины. Вот уж кого я не ожидал там увидеть, так это тебя.