Конец игры (ЛП)
Он почувствовал руку на своем плече. Рикки.
— Ты в порядке, приятель?
Зак кивнул. Круз говорил:
— Давайте. Передайте своему чудо-мальчику сообщение. И не упустите шанс. Это может быть последний раз, когда вы разговариваете с ним.
Камера сфокусировалась на Рафе. Он с трудом поднял голову. И когда он заговорил, его слова были невнятными, будто он был пьян:
— Помни первое, чему я научил тебя: твоя первая обязанность — остаться в живых.
Он глубоко вздохнул. Даже через жестяные динамики ноутбука Заку показалось, что он слышит хрип в его легких. Он слабо кашлянул, затем снова заговорил:
— Это означает, что ты должен оставаться на… на правой стороне дороги… — его голос оборвался. Зак стиснул зубы. Его ангел-хранитель говорил почти без смысла.
Трясущаяся камера сосредоточилась на Габс. Вблизи она выглядела чудовищно: опухшая кожа в синяках, синие губы и кровь, струящаяся из свежего пореза на лице. Но ей удавалось смотреть прямо в камеру, и в уголках рта даже мелькнула странная улыбка. Зак сосредоточился на ее налитых кровью глазах, пытаясь увидеть, не моргает ли она ему еще одно сообщение. Конечно же, ее веки трепетали.
— Улавливаешь? — спросил он Рикки.
— НАЙДИ МО…
Зак поднял руку, чтобы остановить его. Все еще моргая, Габс заговорила. Ее слова были такими же непонятными, как и слова Рафа:
— Будь осторожен… с приспешниками, а, милый?
Голос Круза. Жесткий. Злой:
— Выключи камеру. Живо!
Экран стал черным.
Трое подростков сидели молча. Зак изо всех сил пытался сохранить ровное дыхание. Малкольм снова начал печатать.
— Что это было за сообщение азбукой Морзе? — выдохнул Зак. Он слишком сильно сосредоточился на том, что Габс говорила вслух.
— Думаю, она сказала: «Найди Мориарти». Но кто это? Какой-то знакомый?
Зак покачал головой. Единственный Мориарти, о котором он когда-либо слышал, был в книге о Шерлоке Холмсе.
— Что еще за приспешники? — спросил Рикки. — Еще секретные сообщения?
— Я так не думаю, — сказал Зак.
— Так что она имела в виду? Она говорит о нас? Обо мне и Малкольме? — в голосе Рикки прозвучало немного обиды.
Зак покачал головой.
— Они звучали как в бреду, вот и все. Они в плохом состоянии, — его голос дрогнул.
— Она могла моргать и одновременно говорить, — отметил Рикки. — Я не думаю, что она была в таком бреду.
— Ты прав, — сказал Зак. — Габс крепкая. И умная. Так что нам просто нужно выяснить, что она пыталась нам сказать, — он огляделся. — Но мы должны добраться туда сначала. А рейсов в Ном нет. Нам нужно найти другой путь, — он нахмурился. — Либо так, либо нам нужно найти кого-то по имени Мориарти.
Рикки уставился на него.
— Приятель, — сказал он. — Не хочу портить впечатление, но до Нома пятьсот миль, середина зимы, и дорог, ведущих в ту сторону, нет. Мы не успеем за пять недель, не говоря уже о пяти днях. Полет — наш единственный вариант.
— Молчи, — внезапно сказал Малкольм.
Зак и Рикки повернулись, чтобы посмотреть на него.
— Что? — спросил Зак.
— Я пользуюсь паспортной системой Великобритании. Они знают, что их взломали, — он очень быстро моргал. — Они идентифицировали три поддельных паспорта. Подробности были переданы Интерполу и иммиграционным службам двадцать восемь минут назад, — он поднял глаза от экрана. — Агентство знает, что мы здесь, — сказал он.
Зак почувствовал, как его тело напряглось. Он немедленно начал сканировать вестибюль терминала. В это время ночи там было малолюдно — вокруг слонялась около сотни пассажиров и лишь горстка сотрудников аэропорта. Но даже пока он смотрел, на расстоянии пятидесяти метров, как раз у входа в аэропорт, он увидел трех полицейских в форме, все вооруженные, что-то срочно обсуждающие между собой и изучающие экраны смартфонов.
— У нас три…
— Я их вижу, — выдохнул Рикки. — Нам нужно выбираться отсюда. Малкольм, забери свой ноутбук.
Но пока Рикки говорил, казалось, из ниоткуда появились еще четыре офицера. Они стояли у кассы и разговаривали с угрюмым мужчиной с книгой в мягкой обложке. Теперь он был намного оживленнее — когда ему показали экран смартфона, он энергично кивнул и начал осматривать вестибюль.
— У нас есть около тридцати секунд, чтобы выбраться отсюда, — сказал Зак. — Шевелитесь.
Продавец билетов все еще осматривался. Один из полицейских говорил по рации.
— Двигайтесь! — прошипел Зак.
Малкольм все еще закрывал ноутбук, но времени на это не было.
— Оставь его, — прошипел Зак. Малкольм начал возражать, но Зак схватил его за руку, поднял на ноги и стал толкать к выходу, который находился в тридцати метрах с ярко-желтой вывеской над вращающейся дверью. Пока Рикки с рюкзаком на плече торопил их спутника в этом направлении, Зак схватил свой рюкзак и Малкольма и пошел за ними. Они не бежали — это привлекло бы внимание, — но шли очень быстро.
Малкольм был проблемой. Всю дорогу к вращающимся дверям он практически спотыкался, и от падения его спасал только Рикки, поддерживавший его одной рукой. Когда они подошли к выходу, Зак оглянулся. Вооруженные офицеры не подошли ближе, но трое у входа в систему безопасности трусцой бежали к своим коллегам. Кассир продолжал осматривать зал.
Они были в трех метрах от выхода, когда его глаза встретились с глазами Зака. Он схватил одного из офицеров за руку и энергично встряхнул его, указывая в их сторону. Зак проклинал себя за то, что позволил мужчине увидеть свое лицо, но сожалеть об этом времени не было. Секундой позже он услышал громкий голос, кричащий позади них:
— СТОЙТЕ! СТОЯТЬ, ИЛИ МЫ СТРЕЛЯЕМ!
— Они не будут стрелять в людном месте, — прошипел Зак, когда они дошли до вращающейся двери. Потребовались мучительные три секунды, чтобы выбраться из здания терминала. И снова Зак обнаружил, что воздух был ужасно ледяной. Он шумно вдохнул, осматривая сцену перед собой. Полоса с односторонним движением проходила вдоль здания терминала. Это явно была площадка для высадки — вдоль обочины стояла очередь из пятнадцати автомобилей. Территория была под навесом, но Зак видел, что шел снег, на автомобилях был слой снега. Их огни светились в ночи, а выхлопные газы клубились в морозном воздухе. Пассажиры вытаскивали багаж из открытых багажников, а в некоторых случаях деньги переходили из рук в руки таксистам.
Зак посмотрел вверх. Он сразу же увидел три камеры видеонаблюдения, охватывающие местность. Затем он снова посмотрел на автомобили. Один из них, метрах в десяти, был темно-зеленым фургоном с хорошими крепкими зимними шинами. Очевидно, это было такси, потому что пассажиры отдавали деньги водителю.
— Сюда, — прошипел он остальным и, схватив Малкольма за локоть, потянул его к транспортному средству. Водителем был потрепанный мужчина с худым морщинистым лицом и седеющими на висках волосами. Он поднял бровь, глядя на трех молодых людей, бегущих к нему. Заку не нравился его внешний вид — ни капельки — но их выбор был ограничен. Им нужно было скрыться из виду. — Вы можете отвезти нас в центр? — спросил он, затаив дыхание.
— Конечно, малыш, — сказал водитель, открывая боковую дверь машины. — Запрыгивайте.
Зак, Рикки и Малкольм ввалились в заднюю часть фургона, захлопнув боковую дверь. Зак почувствовал сильный запах табака и, возможно, алкоголя, водитель сел за руль и тронулся с места. Вовремя. Через тонированное окно машины Зак увидел, как из здания терминала выбежали трое вооруженных охранников.
— Я думаю, это то, что называют близким побегом, — выдохнул Рикки.
Зак не ответил. Он был слишком занят, вытирая пот со лба. Но он заметил, как таксист посмотрел на них в зеркало заднего вида. Пронзительно. Расчетливо. Дружелюбие исчезло. Зак просканировал переднюю часть машины в поисках признаков того, что это было официальное такси. Их не было.
— Похоже, у кого-то проблемы, — протянул водитель. Он казался почти довольным этим.
Пауза. Зак и Рикки переглянулись. Взгляд говорил: «Что, черт возьми, делать?»