Беркутов-Туманный (СИ)
Увидев перед собой бесхозное угощение, грозно рыкнул — видимо, дав понять потенциальным конкурентам, что их поезд ушел — в четыре огромных скачка допрыгал до косули и сомкнул чудовищную пасть на правой задней ляжке. В момент смыкания челюстей я и ударил. Одуванчиком. И процентов на восемь своего резерва. Результат по-настоящему потряс — крупный корень, на который я намеренно положил нашу добычу, почти мгновенно пробил труп, вонзился в раскрытую пасть хозяина леса и, как выяснилось позже, пробил небо, глотку и язык десятками острейших колючек!
Такой подлости мишка, прикрытый мощнейшим маревом, не ожидал. Вот и рванулся. На одних рефлексах и в полную силу. Корень и большая часть колючек выдержали. Куда более нежная плоть — нет. А я добавил «веселья», сконденсировав на морде влагу росой и ударив шаром льда.
Ослепший и оглохший зверь с головой, развороченной изнутри, яростно взревел и шарахнул настолько мощной площадной версией оглушения, что оно «не заметило» моего сопротивления и фактически вырубило меня секунд на восемь-десять! Прилетело и девчатам, намеренно дожидавшимся завершения этого эксперимента на приличном расстоянии и «лесенкой». Поэтому Света, «дежурившая» дальше всех, пришла в себя уже секунды через полторы-две, допрыгала до меня, «облегчила» подпоркой и убрала с траектории атакующего монстра. К слову, на этом «схватка» и закончилась — медведь, пронесшийся аккурат по тому месту, на котором за миг до этого «отдыхал» я, со всей дури впоролся в ствол здоровенного дуба и не удержал защиту. А подсуетившаяся Оля всадила в и без того изуродованный мозг ледяную иглу. И поставила точку в нашем противостоянии.
В общем, более-менее оклемавшись от зубодробительного оглушения, я обнаружил, что Кошмарик бьется в предсмертной агонии, а мои напарницы стоят рядом и бдят. Причем мелкая уже сжимает в правой руке разделочный нож. Окружающий мир еще крутился в веселеньком «вертолете», но тошнота практически прошла, поэтому я нашел в себе силы пошутить:
— А что, схема охоты вполне рабочая. Только сопротивления хромают. На обе ноги…
— Все остальные схемы тут бы точно не прокатили… — вздохнула жена и посоветовала приложить себя бодрячком.
Приложил. Ожил. И, активировав прозрение, сообразил, почему девчата все еще напряжены — на самом краю области досягаемости навыка «светилась» энергетическая структура приближавшейся к нам лесной кошки третьего ранга.
— Свет, мы с Олей фиксируем мишку прессами, а ты извлекаешь Искры и узлы! — скомандовал я, вскакивая на ноги, вдавил здоровенную тушу в землю так, чтобы не зацепить «операционное поле», и мысленно восхитился скорости реакции девчат на это распоряжение — менее, чем через полсекунды супруга накрыла навыком голову и шею Потапыча, а еще через мгновение мелкая сделала первый надрез над боковой проекцией ядра. Не тупили и дальше. Так что все ценные ингредиенты были вырезаны еще до того, как хищная мурлыка «возникла» на нижней ветви могучего дуба и заметила нас.
— Искра с пеленой теневика. Пришла сама… — усмехнулся я перед тем, как дать команду атаковать. И восхитился снова. В этот раз — невероятной скорости, с которой мы вынесли несчастную «троечку».
— Растем, однако… — вторя моим мыслям, заявила Ольга, когда хищник, забывший о мареве из-за трех одновременно пойманных оглушений на пределе наших нынешних возможностей, «пропустил» мое воздушное лезвие и сдох.
— Угу… — поддакнула мелкая, выходя из перемещения рядом с трупом и снова выхватывая нож. — Но, по-хорошему, на нынешнем уровне развития мы должны охотиться на стайных «троечек» и одиночных «двоечек». А не лезть на «единичек» и Кошмариков.
— Мне тоже так кажется… — буркнул я, поворачиваясь в направлении энергетической структуры то ли росомахи, то ли барсука пятого ранга, только-только появившейся на периферии прозрения.
— Но жизнь, бывает, устраивает сюрпризы, на которые приходится реагировать…
…Всю ночь с понедельника на вторник и половину следующего дня мы носились по окрестностям места предполагаемой встречи с ГБР армейцев, но волчьей стаи с Кошмарами так и не нашли. Тем не менее, радоваться ее уходу в другие места не торопились, так как натыкались на не очень свежие следы лап, судя по размерам, принадлежавших чрезвычайно крупным особям. Вот и постарались минимизировать вероятность возвращения этих тварей в «нашу» долину, завалив в смежных несколько десятков низкоранговых зверей и создав своего рода точки притяжения для хищников. Зато обнаружили заброшенную «ферму» — цепочку из семи сравнительно небольших пещер, облагороженных слабеньким Одаренным, специализирующимся на магии Земли. Но соваться в них было бы самоубийством: во второй пещере отдыхала росомаха-Кошмар третьего «продвинутого» ранга, а по дальним носились полуторагодовалые «детеныши», уже раскачавшиеся до «обычного» четвертого!
Света, изучившая остатки всех четырех найденных ею же артефактных комплексов, тоже подлила масла в огонь наших впечатлений, сообщив, что самку, видимо, чем-то зацепило. И заставило целенаправленно искать, а потом уничтожать все, что пахло человеком. В общем, от «фермы» мы ушли намного быстрее, чем собирались, и перед тем, как направиться к схрону, предельно добросовестно запутали следы.
Выкопав рюкзаки, нормально поели. Потом Ольга навела «болтушку» из ядра и энергетических узлов с оглушением первого кошмарного ранга, споила мне и с чувством выполненного долга привалилась к левому плечу. Зря: как только Света уничтожила десерт, я дал команду собираться и перебазировал группу в ельник, из которого «перекрывал» прозрением самое удобное место входа в долину. А там загнал напарниц под чем-то понравившуюся елку и разрешил отключиться.
Следующие четыре часа формировал и сбрасывал навыки, не достигшие насыщения. Само собой, не все, а только те, которые не демаскировали. Ну и, конечно же, регулярно прикладывал себя-любимого бодрячком, ибо усталость постепенно подтачивала и силы, и желание напрягаться. Потом разбудил жену и вырубился сам. Как ни странно, аж на восемь часов. То есть, проснулся уже в среду в пять утра, «огляделся» и, не заметив ни одного более-менее яркого «силуэта», спросил у Светы, как прошло ее дежурство.
— Мое — скучнее некуда… — притворно вздохнула она. — В тренировках без угодливых ассистентов.
— Так, стоп! — возмущенно воскликнула Оля, как раз продравшая глаза. — Я ж тебе оставила ту лисичку…
Мелкая изумленно захлопала ресницами:
— Какую лисичку⁈
— Ох, кто-то у меня сейчас довредничается… — пригрозила супруга, и вредина раскололась:
— Я перестаралась. С объемом Силы, влитой в площадные цепкие корни. И зверюшке переломало ноги. Пришлось спешно уносить к речушке, добивать одуванчиком и отправлять в плавание к далекому морю…
— Черт, я тоже хотела испытать новые умения на ассистенте, но не давала себе волю… — расстроенно буркнула моя благоверная и ввинтилась мне под руку.
— На одиннадцати часах от тебя — «силуэт» глухаря… — сообщила мелкая, тоже качнулась ко мне, но вовремя передумала: — Кстати, мне надо к озеру. По возможности, прямо сейчас. Иначе перепачкаю белье.
— Все, начались? — спросила Оля, дождалась подтверждающего кивка и вопросительно посмотрела на меня.
— Дуйте. Вдвоем. А я посижу: по логике, вояки должны были появиться еще в твое дежурство, а давать им возможность знакомиться с той росомахой как-то не хочется…