Бесконечная война (СИ)
В этот миг небо осветилось потоком красного света. Все, как один, устремили взгляд в небеса, быстро осознав, что свечение исходило из другого конца города.
— Это случайно не внутренняя башня возле южных ворот? — поинтересовался Сэдрин. После ранения в ногу, лейтенант хромал, но старался держаться. Лишь изредка, до зубовного скрежета, сжимал челюсть.
— Похоже… — кивнул Ирмис. — Это не там, где засели остатки имперских сил?
— Красный Верс, — захихикал Гектор. Взгляд мужчины выражал боль и смирение, однако вид алого свечения даровал генералу бодрости. — Безумцы… хи-хи… вы ещё не поняли? Империя всё равно возьмёт Фирнадан, хотите вы того или нет. Было бы проще перейти на их сторону… Выжить… спасти своих людей. Ради чего жертвовать жизнью? Сменится верхушка, а сама Сауда и другие города продолжат существовать…
— Также, как теперь живёт Мобас? — поинтересовался я. Глухота почти прошла, но в ушах периодически раздавался неприятный звон и писк. Надо будет полечиться, как окажемся в безопасном месте… А ещё придумать, что делать с Анселмой. Я сохранил ей жизнь, но… как бы не получилось, что сделал тем самым лишь хуже. — Сколько тысяч людей оттуда силой обратили в «перебежчики»? Сколько там осталось? Город обезлюдел и понадобятся десятки лет, чтобы восстановить его численность, которой всё равно будут беженцы, а не коренные жители!
— Мобас? Не знаю, — с трудом пожал он плечами. — Я там не был. Может, ты подскажешь?
Нахмурившись, я непроизвольно обхватил раненую руку, не почувствовав своего касания. Густая, тёмная кровь продолжала медленно скатываться прямо по моим пальцам. Рана открылась… Вот почему такая слабость и усталость в теле. Надо подлечить сейчас, а то до безопасного места могу и не добраться.
— Присядь, маг, — взглянул на меня Гаюс. — Сейчас подлатаем. До за?мка точно дотянешь…
* * *Фирнадан, взгляд со стороны
Острый взгляд кружившего над головами ястреба не упустил ничего. День близился к концу, тени удлинялись. Клубы пыли на западной равнине говорили об отступающих имперцах, которые перестраивали свои войска.
В самом городе тысячи солдат Второй армии восстанавливали укрепления и возводили новые баррикады. Люди перегораживали ключевые улицы, размещали заранее пристреленные пушки на нужных позициях, с максимально комфортным обзором. Остатки гражданских окончательно переквалифицировались, став гонцами, помощниками и строителями.
На небольшом городском кладбище копали огромную яму, куда скидывали многочисленных мертвецов, собранных по всему Фирнадану. Предварительно трупы, что имперцев, что жителей вольных городов, раздевали, собирая всё, что можно использовать.
Через восточные ворота в город прошёл караван из сотни повозок и телег, которые несли еду, боеприпасы, алхимические настойки и даже лошадей с пустыми инсуриями. Архонт Кендал Фатурк явно показывал заинтересованность в защите Фирнадана, который до сих пор не был взят. Чудо, сравнимое с победой над Империей острова Тол-Фуалсо, когда море Печали поглотило могучий флот Дэсарандеса.
Отсюда, с высоты над Фирнаданом, величественные драмы смерти и отчаяния уменьшались почти до абстракции. Приливы движения, размытые цвета, грязь человечества — всё это съёживалось, сводило бессмысленность к чему-то, на удивление управляемому. Сожжённые дома. Трагический конец невинности. Жёны, матери, дети. Отчаяние, ужас и горе, буря разрушенных жизней…
Ястреб поймал восходящий поток, взмыл в небо, глядя теперь на звёзды, оживающие по мере того, как ночь поглощала мир под небом. Дары Трёх богов несли боль. Но порой в них было и милосердие.
* * *Окрестности Фирнадана, западная дорога, взгляд со стороны
В трёх километрах к западу от города-крепости войска Второй армии подловили крупный отряд имперских сил, ведомых бригадиром Поэлиасом Блумфилдом. Сионы Второй сумели тихо вырезать арьергард пятитысячного корпуса, а потом осуществить решительное наступление прямо в тыл.
Солдаты, вооружённые ружьями, произвели единый слитный залп, поразив первые ряды противника, находящегося менее чем в тридцати шагах от них. Следом удар нанесла конница, ворвавшаяся в паникующий строй имперцев.
Генерал Хельмуд Дэйчер, спешившись с коня, хмуро наблюдал за происходящими событиями. Его скакун, стоящий рядом, тряс головой, напуганный шумом и запахом крови. Вокруг командира толпились офицеры, помощники и гонцы.
Решительный налёт конницы не стал идти до конца. Он разбил строй на полсотни метров, а потом завернул, давая пространство, куда сразу же залетели мощные огненные сгустки. Маги, по команде своих наставников, произвели атаку точно в нужный момент.
Контратака регуляров катастрофически не успевала. Если задним рядам, которые начали расчехлять ружья, спешно их заряжая, подобное ещё было простительно, то вот передним — точно нет. Они должны были переключиться на мечи, вступая в ближний бой, но замешкались, а потом и вовсе бросились бежать. Далее последовала погоня и резня.
— Если бы их офицеры оказались более умелы… — хмыкнул Хельмуд.
Задние ряды, начавшие сближение под прикрытием собственных магов и инсуриев, оказались вынуждены совершить выстрел по прикрывшимся щитами солдатам Дэйчера, отчего поразили критически малое число целей. Между тем, бойцы Второй, осуществив первый залп, более не использовали ружья, переключившись на щит и меч, так что сразу бросились в ближний бой. Эту тактику генерал подготовил именно для подобных случаев, ведь противник, оказавшись без прикрытия, ожидаемо не стал убирать ружья, попросту не успевая заменить их, отчего использовал штыки. Конечно же подобное сказалось на умениях, ведь ружья не особо подходили для фехтования, особенно если у соперника есть щит.
Немногие инсурии, против которых выступили волшебники, не смогли сдержать слитный напор пехоты Хельмуда. Ряды имперцев рассыпались, становясь добычей кавалерии.
В разгаре битвы перестроившиеся сионы Второй слитно ударили врага во фланг, мгновенно прорубаясь вглубь остатков чужого строя. Для создания максимального хаоса, пробиваясь поглубже, они объединялись в компактные плотно сбитые группы, кромсая всех вокруг.
Успешное наступление едва не потеряло напор, когда имперцы отступили, оставляя тысячи трупов, мешающих передвижению воинов Дэйчера. Однако фирнаданцы справились, сумев продолжить атаку. На руку бойцам вольных городов стало и наступление собственных сионов, которые буквально разрезали имперскую армию на части, отчего те оказались разделены и лишились возможности своевременно получать приказы своих командиров. Большинство регуляров принялось сражаться самостоятельно, не рассчитывая на товарищей, отчего быстро находили свою смерть.
Сомнения и страх, которые охватили войско, почти в два раза превышающее числом солдат Хельмуда, оказались фатальными. И хоть особо опытная и профессиональная армия смогла бы справиться с такими трудностями, сохранив дисциплину, но даже на этот случай фирнаданский генерал имел план: возвращение к строю и новая атака магов.
Вот только у солдат Империи не было столь нужных качеств. Они вообще были достаточно слабо знакомы с тактикой защиты, ибо практически всегда Империя находилась в роли атакующей стороны. Итог подобного оказался плачевен: пятитысячный корпус оказался разгромлен менее чем за десять минут. Целые взводы, оказавшись в окружении, где находили быструю и жестокую смерть. Кое-кто пытался сдаться, но это приводило лишь к добиванию. Никто из Второй не собирался давать врагу шанса. Да и что потом делать с пленными, если и самим фирнаданцам не хватало еды?
Генерал решительно кивнул. Сражение подходило к концу, ещё на шаг приближая завершение войны.
Скачущего во весь опор гонца Дэйчер заметил издали.
— Сэр, новости от коменданта Логвуда! — не успев отдышаться выдал он.
— Докладывай, — Хельмуд покрутил рукой.
— Все точки внутреннего сопротивления были окончательно подавлены. Укреплённый участок возле южных ворот удерживал позиции более суток, но потом оказался разбит. К сожалению, часть имперских сил всё равно сумела отступить. За ними не стали организовывать погоню. Статуя изъята из хранилища и передана доверенным людям. Подготовка к выходу за стены проходит без нареканий, полученные от архонта ресурсы очень этому поспособствовали. Предварительные сроки наступления неизменны — вечер следующего дня. Конец сообщения, — на одном духу проговорил гонец.