Бесконечная война (СИ)

— Простите, сэр! — вытянулся излишне молодой гонец. — У меня младший брат есть, до последнего в подземке отсиживался, а при вчерашнем штурме города Второй, вместе с отрядом на поверхность вылез. Их имперцы захватили, причём регуляры, а не «перебежчики», так что жрать никого не стали, но куда потом делись — ни малейшего понятия. Может за город вышли, а может ещё где-то тут. Я подумал, может быть он у них в плену?
— Младший брат? — покосился я на него.
— Так точно, — подтвердил он. — Ему одиннадцать.
У многих из… не слишком разборчивых солдат, маленькие мальчики ценятся на уровне девушек. И если его не убили, то быть может участь паренька оказалась гораздо хуже, чем простая смерть.
Этого я, конечно, говорить не стал, хотя чувствуется, гонец и сам должен понимать.
— Всех пленников, которых встретим по пути, мы конечно же освободим, — уверенно ответил я. — Иного и быть не может. В нашей ситуации важен каждый, будь он умелым бойцом или обычным гражданским.
— Спасибо, сэр! — улыбнулся смуглокожий паренёк.
— Рано благодаришь, — нашёл я свои сапоги, после чего оглядел комнату на предмет того, не забыл ли чего-нибудь. Но вроде бы взял всё.
Ская уже успела одеться и встретила нас, разыграв бездарную сценку удивления и незаинтересованности. Она столь демонстративно изображала, что между нами ничего не было, что я даже наступил ей на ногу, шепнув, чтобы перестала валять дурака. Конечно же на меня за это обиделись.
Следом добрались до Дуноры (если бы не гонец, я бы даже не узнал, в какой комнате она находилась), разбудив девушку. Её сонная мордашка вызвало мимолётное умиление, но естественной реакции организма не последовало — Ская успела снять уровень моего «напряжения», пусть и не до конца.
Я дал Дуноре немного времени — собраться, привести себя в порядок, а потом искать нас в столовой.
— Но мне приказали сразу к командиру… — потеряно пробормотал парень.
— Я не ел больше суток, — ответил гонцу, хлопнув его по плечу. — Дай хотя бы паёк возьму, а там дожидаемся Дунору и сразу идём.
Сэдрин и Марлис тоже обнаружились в столовой. Парочка обсуждала дальнейшие действия и наше в них участие. Наверное я бы уже сидел среди них, если бы не утренняя «разминка» со Скаей.
Под торопящим взглядом гонца торопливо набрал горячего мяса и хлеба (последние запасы, как объявил повар — похоже теперь надежда лишь на провиант, который подвезла Вторая), приступив к трапезе прямо на ходу. Ская, вдобавок, не забыла взять немного и для запоздавшей Дуноры, дождавшись которую, моя маленькая группа быстрым шагом направилась на улицу, где вскоре встретилась с Маутнером и Гаюсом, которые уже выстроили людей.
«Полосы» расположились на площади, подле цитадели. Ныне все трупы отсюда убрали, а потому она казалась на удивление пустынной. Я не заметил ни крови, ни обломков оружия, лишь выбоины от пуль, да разбитую брусчатку — следы применения сильных чар или взрывчатки. Может гранаты инсуриев, а может — от солдат Второй.
Людей кроме их отряда не имелось. Говорю же — пустынно. Ощущение города-призрака, который забросили и оставили лишь руины: выбитые окна, трещины в стенах, обрушенные перегородки, осколки артиллерийских снарядов… Людей Второй, пришедших в качестве подкрепления, не хватило, чтобы дать Фирнадану иллюзию жизни. Сейчас они, очевидно, заняли ключевые направления, усилив оборону.
Командиры стояли возле обломка каменной колонны, которая весьма удачно заменила им стол. Сверху лежали потрёпанные от частого изучения карты города и его окрестностей.
— Вовремя, — кивнул капитан, заметив нас, а потом махнул рукой гонцу, отпуская его. — Птички запели, а потому у нас есть сведения о целых трёх точках Фирнадана, где закрепились имперцы, — его палец уткнулся в карту, где мелкими камешками, очевидно, были обозначены нужные позиции. Первую я разглядел возле старой таверны «Одинокий олень», вторую — у внутренней башни возле южных ворот, третью — у садов, возле северо-западного участка стены. — Одна из них под контролем графа Моргрима… — Маутнер на миг замялся, — во всяком случае была, ибо не уверен, что он всё ещё тут.
  
Ох, надеюсь, что отец не допустил такой глупой ошибки. Зачем оставаться в захваченном городе? Уверен, его отряда телохранителей-сионов хватило бы, чтобы успешно покинуть его, даже в той, вчерашней заварушке. Разве что у него был конкретный приказ?.. Не, глупости. Никто не стал бы приказывать целому графу что-то самоубийственное! Тем более, что ситуация у Империи, хоть и неприятная, но отнюдь не смертельная.
Верно, — мысленно вздохнул я. Империя не бьётся в предсмертных конвульсиях. Дэсарандес наверняка видит ситуацию совсем иначе и уже готовится её перевернуть. Скорее всего у него есть план, который находится в процессе реализации. Да… план… Уверен, у него есть план на что угодно. Может ли быть так, что «перебежчики» — не просто месть Мобасу и средство сократить потери своего войска, а заранее продуманный стратегический ход? Что если император изначально знал о сложности захвата Фирнадана? Война — старый приятель Дэсарандеса, который знает её от и до. И хорошо бы, чтобы командование вольных городов не забывало об этом, дабы оставалась хоть какая-то надежда вырвать клыки у этого змея.
На данный момент у императора сохранялось солидное численное преимущество, а что хуже всего — он сохранил самые смертоносные свои войска, элиту, которую не пускал в город, опасаясь статуи Сэнтилы.
Однако, несмотря на наш козырь, у Дэсарандеса есть множество способов покончить с нами. Он будет глупцом, если не воспользуется одним из них… Что получается? Вероятнее всего, нас всё-таки уничтожат. Рано или поздно. Я уже как-то обдумывал этот момент. И что будет после? То есть… предположим, что мы отступим к той же Сауде, а что дальше?
Хм-м… да, вчера мы отбили Фирнадан, но надолго ли? Увы, такими маленькими победами не выиграть войну — император жертвует лишь откровенным мусором, удерживая у себя сотни тысяч опытных и смертоносных бойцов. И рано или поздно мы столкнёмся с ними.
— Но даже если Моргрима там нет, — продолжил Маутнер, — велик шанс, что предатель до сих пор скрывается в городе. Один из имперских офицеров доложил, что Сайкс словил пулю во время вчерашнего контрнаступления Второй. Если поблизости не было хорошего лекаря, то не факт, что его рискнули бы перевозить в имперский лагерь.
— Лекари редко появляются на передовой, — кивнул я. — Хотя с учётом того, что Фирнадан был захвачен…
— Верно, — мрачно кивнул Гаюс, — шанс есть всегда.
— К сожалению, какая из трёх этих точек нужная мы так и не узнали, — капитан развёл руками. — Придётся действовать наобум, ибо даже с усилением от войск Второй, «Чёрные Полосы» не сумеют ударить по всем трём направлением сразу.
— Кстати да, неужели имперцы столь сильно закрепились там? — удивился я. — Почему армия ещё не занялась ими?
— Занимается этим прямо сейчас, — усмехнулся Гаюс, указав на себя пальцем. — История творится буквально на глазах.
— Это был не глупый вопрос, — словно в своё оправдание высказал я, — вчера войска Хельмуда Дэйчера разгромили всех оккупантов, но три эти лагеря так и не подверглись осаде и захвату? Почему?
— Крепкие позиции, — скривился Маутнер. — У Второй не так много сил, как она хочет показать, чтобы забрасывать их «мясом».
— Плюс туда отступила часть имперцев, — добавил Гаюс. — Хорошо бы действовать поэтапно, не создавая трудностей на ровном месте. Поэтому вчера Фирнадан очистили от шелухи. Сегодня доберёмся до мякоти.
Укреплённые позиции в городе-крепости… Если занять грамотную оборону или подключить магов, которые нанесут руны, то даже обычный дом можно превратить в очень опасное и практически неуязвимое место. Говорю как тот, кто сделал нечто похожее.
Сколько же будет потерь во время ожидаемого штурма? И всё ради предателя… «Доберёмся до мякоти», как высказался Гаюс. Хотя нет, не только ради предателя. Нам в любом случае пришлось бы зачищать эти позиции. Да, так и есть.