Бесконечная война (СИ)

Я не был стратегом, не был и тактиком. Я был версом, «мотыльком-однодневкой», которого никто и никогда не учил бы подобным вещам. У меня было лишь то образование, которое дали в поместье Моргримов, а также собственный жизненный опыт, который я получил в путешествии и здесь, за последние недели.
И всё же, мне виделись перспективы, ведущие к победе. Ложные? Безусловно… иначе и быть не может… не против бессмертного императора.
Однако, нет-нет, да в голове мелькала мысль: «Мы победим».
С появления новичков сразу же мы никуда не двинулись, вместо этого принялись обмениваться информацией и составлять хотя бы черновой план. Как оказалось, новоявленные союзники желали, ни много ни мало, устранить мятежного генерала Сайкса, сведения о котором Логвуд передал во Вторую и лично Маутнеру («Чёрные Полосы» и правда были известны среди местных) через почтовую шкатулку. И сведения эти подтвердили гулявшие слухи: последний раз предателя видели в компании «некоего имперского аристократа», Тэдреха Моргрима, моего отца… Вот уж… повезло!
Впрочем, я надеялся, что уж кто-кто, а Тэдрех точно найдёт способ выпутаться из ожидаемой кучи дерьма. Всё-таки он никогда не был идиотом, а значит я могу не сомневаться… Я искренне не хотел его смерти! Пусть отец сколько угодно поддерживает Империю, но это не означает, что мы должны стать врагами. Как не означает и истину его взглядов с утверждениями. И вообще, уж кто-кто, а семья графа точно не обеднеет, если страна потеряет колонии. Напротив, я почти уверен, что их положение лишь упрочится.
Кроме того, увы, но в подобном вопросе моё мнение, несмотря на все успехи, попросту не котируется. Я не мог приказать армии НЕ атаковать отца и его отряд, в случае столкновения. У меня не было для этого ни одной адекватной причины. К тому же… Сайкса и правда нужно убить. Он знал слишком много информации. Возможно, что её уже передали Дэсарандесу, а возможно и нет. Всё зависело от слишком большого числа факторов и переменных, которые мне были попросту неведомы.
Чего уж, я не исключал, что император уже знал решительно всё, но медлил по каким-то собственным причинам. Боялся статуи Сэнтилы?..
Боже, я не знал, что у него в голове, а потому мог делать лишь то, что оставалось в моих силах: убивать противников.
В любом случае, у наших новоявленных союзников было понимание обстановки, хоть его, конечно же, оказалось недостаточно. Я, уже не скрываясь и не таясь, поведал им реальное положение дел, что, разумеется, не обрадовало этих людей. Однако они были искренне благодарны, что не придётся переделывать все планы на ходу.
Второстепенной целью элитного отряда, который проник в Фирнадан ДО появления основных войск, также являлось наведение шума и отвлечение противника. В этом им, можно сказать, повезло. Прибытие со взрывами у ворот (мы их слышали) оказалось красочным. Касательно же вопросов о том, где мог затаиться отряд Тэдреха, я совершенно искренне пожал плечами.
— Если этот человек до сих пор здесь, то где он находится может знать разве что комендант Логвуд, — честно ответил я капитану и его формальному командиру. — Лишь он может владеть должными сведениями. В конце концов, практически вся информация, добытая остатками разведки или случайными вылазками, передаётся именно ему.
— Если, конечно, утреннее наступление не поспособствует побе?гу графа с войском и его «ценным информатором», — проворчал Гаюс — высокий и увитый мышцами мужчина со звероватыми чертами лица. Как и упомянул, формальным командиром новоприбывших был он, но ранее, до прихода подкрепления Хельмуда, «Полосами» командовал капитан Маутнер, а потому возникло странное двоевластие, которое, тем не менее, совершенно не смущало этих людей.
«Побе?гу»? — мысленно улыбнулся я. — Нет, мой новоявленный «друг». Ты плохо знаешь отца. Он не упустит такую возможность, ибо сам ненавидит предателей, хоть и регулярно пользуется их услугами. Уверен, Тэдрех с огромной радостью даст нам желаемое, если уже успел выбить из него все нужные сведения… Ну и конечно, ежели не будет иного, чёткого и внятного приказа.
  
Остаток ночи мы готовились к ожидаемому противостоянию и обсуждали путь, который предстоит пройти до ближайшей точки входа в подземелья, навстречу коменданту.
На рассвете с севера и востока начали доноситься звуки сражения. Получив подкрепление, потрёпанные войска Второй армии сумели начать полноценное контрнаступление сразу с нескольких направлений. И я говорил не только о Фирнадане. Капитан Маутнер поведал, что по плану бойцы нанесут удары в том числе и по лагерям Империи (не основным), а также по её складам.
— Все эти места уже разведаны, — рассказал он. — Каждое давно отмечено на карте, но у нас не имелось возможности даже подкрасться к ним. Эти скоты везде развешали свои артефакты, которые чуют человека за километр! Ещё и маги руны нанесли. Нахрапом такое было не взять.
Артефакты, ага… те штуки, которые я помогал делать ещё на подходе к Мобасу. Эх… кажется, что это происходило так давно… Потому что война растягивала дни в месяцы, а недели в годы. Уверен, след, который остался на мне после произошедших событий, будет тянуться всю оставшуюся короткую жизнь. Хотя… что будет завтра? Может, там случится нечто, что перечеркнёт всё виденное ещё на один раз? Я уже ничего не исключаю.
Позднее я узнал, что Маутнер не соврал и одновременно с наступлением на город усиленные армейские части Второй и правда напали на огромные лагеря Империи, которые лениво и в полной вседозволенности раскинулись вокруг Фирнадана, изредка постреливая в него артиллерией (сейчас особого смысла в этом не имелось, ведь город уже захвачен).
Схватка вышла кровавой. Подкрепление и контратака Второй, на которой имперцы уже поставили крест, оказалась полнейшей неожиданностью, однако даже так бойцы вольных городов столкнулись с отчаянным сопротивлением. К лагерям быстро подоспела патрулирующая окрестности конница, отчего численный перевес опасно заколебался. Благо, что вместо защиты плохо подготовленных оборонительных позиций, командир имперцев решил наступать, надеясь, что ему направят дополнительных людей из основного лагеря. Вот только он не знал, что атака началась сразу на несколько целей и войска Империи оказались разделены. Подоспевшее подкрепление не соответствовало никаким ожиданиям командира, отчего наступление заглохло.
Это позволило солдатам Второй сдержать наплыв врага, и вскоре регулярам, атакованным со всех сторон, пришлось окапываться. Таким образом они в должной мере затянули бой, но подключившаяся артиллерия (пушки тоже входили в состав подкрепления) сыграла свою роль, разметав укрепления лагеря и организовав достаточно дыр в их обороне. Остаткам имперцев не помог даже отряд сионов, который с опозданием подоспел на помощь. Элитное подразделение потеряло чуть ли не треть своего состава, осознав, что платят жизнями за смерть всего двух-трёх бойцов вольных городов, что было откровенной дикостью. Сионы отступили, наплевав на приказы своих офицеров, чем вызвали неразбериху и даже отголоски паники, прошедшие по контролируемым Империей землям вблизи Фирнадана.
Со стороны складов нападение также прошло успешно. Почти три тысячи солдат Империи, защищающие крупные запасы продовольствия, пороха и прочих расходников, были вынуждены отступить в сторону Светлого залива, через который кораблями получали припасы. Однако Вторая не отпустила их, загнав в море и в должной мере окрасив воду алым. Немногие выжившие панически бежали вдоль берега — на запад, прямо в бескрайние леса Солкос, что оказалось роковой ошибкой, ибо вскоре их отряды попали в болото, где и увязли. Преследователям, которые нагнали их уже в сумерках следующего дня, открылась презабавная картина. Отлично знающие местность войска вольных городов окружили и перебили всех регуляров до последнего.
К сожалению, там же солдаты Второй обнаружили остатки ужасного пира «перебежчиков». Сотни недоеденных трупов, которыми была забита поляна, поразили взгляд воинов, клявшихся «остановить ублюдков».