Восьмирье. Мечты и пичальки. Книга 3

Но кто они такие – эти незнакомцы, которых привёл Маркус? Если они могут посадить бандитов в какую-то яму, получается, они – вроде полицейских?
Женщина со змеиными волосами оказалась менее впечатлительной, чем её подельник.
– Где вы тут нашли несчастную девочку? – огрызнулась она. – Да вы хоть знаете, кто она такая? У неё осколок Сердца мира!
– Маркус? – Две Косички обернулся к темноходу.
– Да слушайте вы больше этих отбросов Тумарья! – отмахнулся Маркус. – Вы же их знаете! Настоящие крысы, сожрут кого угодно.
– Йенс! – воскликнул Рыба. – Я тебе клянусь, у неё осколок Сердца! Знаю, вы считаете себя лучше нас. Напридумывали себе кланов и кодексов… А сам ты – важная шишка в Совете темноходов. Но и мы тоже не отбросы какие-то! Мы – темноходы ничуть не хуже вас! Только вы в стаи сбились и насочиняли себе разных правил, а мы предпочитаем работать независимо! Но это не делает нас мерзавцами! Зачем бы, посуди сам, мне сдалась обычная сопливая девчонка?
– Ну сдался же тебе зачем-то сопливый мальчишка, – вмешался Маркус, кивая на Никса.
Вика, с замиранием сердца следившая за ходом беседы, уловила слабый запах тумана и холодной весенней слякоти. Так пахло волнение! Маркус волновался? Неужели за неё?
– За этого мальчишку объявлена хорошая награда, – парировал Рыба. – И вообще, кто ты такой, чтобы обвинять меня в желании немного заработать? Причём заработать совершенно законно! Заметь, не я этого мальчишку украл! Я его просто нашёл – и собираюсь вернуть.
– Не нашёл, а поймал и держишь у себя против его воли, – уточнил Маркус.
– Несущественные детали, – отмахнулся Рыба.
– Хорошо, за него назначена награда. – Тот, кого назвали Йенсом, скрестил руки на груди и кивнул на Вику: – А в чём её ценность?
– Говорю же, у неё осколок Сердца Восьмирья! – Рыба поймал на себе скептические взгляды людей, ввалившихся в таверну, и взвизгнул: – Да обыщите вы её! Обыщите – и сами всё увидите!
Йенс обернулся и кивнул одному из своих спутников. Маркус дёрнулся было вперёд, но главарь жестом заставил его остановиться.
Вика потихоньку вздохнула с облегчением. Они могут обыскивать её сколько угодно – и всё равно ничего не найдут. Спасибо, Ванилька!
Когда у Вики проверили все карманы, вывернули наизнанку рюкзак и даже заставили снять кроссовки и потрясли их, Йенс с угрожающим видом повернулся к Рыбе:
– Ну и где он, твой осколок?
– Не понимаю, – прошептал бандит. – Мы же все только что его видели! Ребята, подтвердите! – обратился он к подельникам, и те нестройно пробурчали что-то в ответ. – Я его сам в руках держал! Лично!
– Ах держал! – протянул Йенс. – Так, может, себе и оставил?
– Нет его у меня! Обыскивайте! – Рыба раскинул руки в стороны. – Он должен быть у неё! Она его куда-то спрятала! Обыщите её ещё раз! Он с самого начала был у неё, мы это знали, ещё когда она только шла сюда через Тумарье…
Рыба резко замолчал и закашлялся.
– Так вы заранее знали, что она идёт в Фортугу? – сузил глаза Йенс.
– Да это я так… образно говоря… – сбивчиво пробормотал Рыба.
Йенс долго сверлил его пристальным взглядом.
– Ладно, с этим мы потом разберёмся, – сказал он и громко скомандовал своим спутникам: – Забирайте их! И сына Городового Куидама тоже.
Вика при этих словах вздрогнула и взглянула на Никса. Вид у него был пренесчастный! Вика только вздохнула. Она ничем не могла ему помочь! Эх, не надо, не надо было Никсу бежать вслед за ней и Маркусом в Тумарье!
– Маркус, со своей подругой разберёшься сам, – неожиданно для Вики распорядился Йенс. – Можешь отвести её в нашу резиденцию, пусть побудет пока там.
– Да, майстер Йенс, – кивнул Маркус.
– И не думай, что я про тебя забыл, – строго напомнил главарь. – Ты ещё получишь своё за то, что провёл обычных людей через Тумарье.
– Да, майстер Йенс, – повторил Маркус, и его голос даже не дрогнул.
Рыбу и остальных бандитов вывели из таверны, и тогда Маркус кивком позвал Вику за собой. Девочка послушно последовала за темноходом, всё ещё не веря, что вырвалась из лап бандитов. Только в чьи же лапы она попала теперь?
 
Уже в дверях Вика вспомнила о Ванильке и встревоженно обернулась. Где мечта? Она не может её тут оставить!
Что-то мягко запрыгнуло сзади на рюкзак, и Вике не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Конечно же Ванилька! Девочка не глядя расстегнула боковую молнию, чтобы мечта могла забраться внутрь, и облегчённо вздохнула, когда та заняла своё привычное место в рюкзаке. Вот теперь можно идти!
Стояла глубокая ночь, и тёмные улицы Фортуги были по-прежнему пусты и безжизненны. Вика шла, не глядя по сторонам, и обдумывала всё, что произошло за последний час.
– Они кто? – тихо спросила она у темнохода, кивнув на идущих впереди людей, которые вели с собой Рыбу с его бандой и Никса.
– Люди из Совета темноходов, – так же тихо ответил Маркус.
– Из твоего клана? Как его… теневиков? – вспомнила Вика слова Эллы.
– В Совет входят темноходы из разных кланов, – уклончиво ответил Маркус.
– А те, кто схватил нас с Никсом, – они кто? Тоже темноходы?
– Называть этих крыс темноходами – значит смертельно оскорбить всех темноходов, – сказал Маркус. В его голосе звучало презрение. – Они – отбросы. Самоучки. Используют Тумарье для своих грязных делишек и без зазрения совести заводят туда ни в чём не повинных людей, от которых кто-то захотел избавиться, – за деньги, конечно. Они не состоят ни в одном из кланов темноходов и не соблюдают наш кодекс. Одним словом, мусор.
– У вас есть кодекс? Серьёзно? – удивилась Вика. – Что-то я не замечала за темноходами особого великодушия, – ехидно добавила она и тут же спохватилась. Что она говорит? Маркус в который уже раз приходит ей на помощь, а она… И не важно, какие им двигают причины; главное – приходит же! И потом, с чего она взяла, что кодекс и великодушие идут рука об руку? У пиратов, например, тоже был свой кодекс, но ни о каком великодушии там и речи не шло!
– Извини, – смущённо проговорила Вика. – И что будет теперь с бандитами?
– Надеюсь, их накажут по заслугам, – ответил Маркус, и по его тону было непонятно, обиделся он на Викину подколку или нет.
– А Никс? – заволновалась Вика. – Что будет с ним? Его отведут в Куидам?
– С чего это? – удивился Маркус. – Нет, ему придётся теперь остаться здесь.
– Почему?
– А ты что предлагаешь – взять его за ручку и отвести обратно в Куидам? Сама знаешь: обычным людям нельзя ходить через Тумарье, они в лучшем случае сойдут с ума, а в худшем – застрянут там навсегда.
– Но он же не сошёл с ума!
– Если Никсу повезло один раз, это не означает, что ему так же повезёт во второй. И давай уж начистоту: он прошёл через Тумарье только благодаря тебе. Уверен, даже если кто-то из наших рискнёт пойти против правил и попробует отвести Никса обратно, в лучшем случае он вернёт папаше пускающего слюни идиота.
– Но ведь отец пообещал за его возвращение хорошую награду!
– И что?
– Как что? Вы же носите через Тумарье письма за деньги. А тут – такая возможность заработать!
– Сильно сомневаюсь, что Городовой Куидама отдаст награду за сына, который больше ничего не соображает. Но и не в этом дело. Мы не водим людей через Тумарье – и точка.
– Меня же ты провёл!
– Да ты сама навязалась! И я уже не раз об этом пожалел! И потом, ты – другое дело.
– Почему?
Маркус так выразительно посмотрел на Вику, что она отвела глаза. Да, да, она и так знает: дело в её мечте, а ещё – в кулоне, который на самом деле осколок Сердца Восьмирья, и в том, что она – из другого мира. Правда, Вика до сих пор так до конца и не понимала, какая лично Маркусу от всего этого выгода, ведь она сказала, что мечту не отдаст и кулон тоже. Что до другого мира – она не знает, как туда вернуться.
– Но хотя бы письмо отцу Никса вы передадите? – спросила Вика. – Он же волнуется!
– Конечно, – ответил Маркус. – Если Никс заплатит, то обязательно передадим.