Любовник на час (СИ)

Точно. Совсем из головы вылетело. Это все от недосыпа. А недосып из-за Эдана, который шлялся где-то всю ночь. Скотина. А ведь Рей переживал. Первые два часа. А потом хряпнул успокоительного, только, кажется, переборщил с дозой, так как к пяти утра, когда детка соизволил ответить, было уже пофиг. А к восьми начался откат, из-за чего теперь у Рея дико болит голова, и да, он так зол, что от него можно прикуривать.
— Если я скажу, что оторву этому засранцу яйца, ты прекратишь смотреть на меня, будто я смертельно больной? — Глоток Рей сделал машинально, но вкуса не почувствовал. — И хватит гладить мою руку, это нихрена не успокаивает.
Азия испуганно ойкнула и торопливо отодвинулась немного в сторону, не став нервировать его еще сильнее.
— Эдан по тебе с ума сходит, с чего ты вообще решил, что он изменяет? — ласково-ласково, как с ребенком, начала она.
— Все как по учебнику: поздние возвращения, звонки по ночам, чужой запах и волосы. А вчера эта скотина вообще не пришел. — Рей выловил лимон и пожевал.
— Может, с ним что-то случилось? — обеспокоенно воскликнула альфа.
— Морги я обзвонил в первую очередь, — успокоил ее Рей.
— Рей! — возмутилась Азия.
— Да все с ним хорошо, натрахался и спит, — поморщившись, все-таки сознался Рей. Не зря же он ему весь вечер названивал, пока ближе к пяти утра не пришло сообщение с невнятным текстом о каких-то делах. — Вечером вернется, и мы с ним поговорим.
— Знаю я твое «поговорим», — проворчала Азия. — Ты должен дать ему выговориться, а уже потом отрывать яйца. Это понятно?
Рей снова поморщился. Он не собирался закатывать скандал с битьем посуды, делёжкой совместно нажитого чайника и прочей дрянью, так как изначально знал, с кем связывался. Альфа. Что он ожидал? Что ему будут хранить верность, когда на горизонте появится подходящая омега? Наивным Рей был лет в пятнадцать, а в «счастье до гроба» прекратил верить еще в двенадцать.
Азия требовательно смотрела на него, твердо намереваясь дождаться ответа.
— Как у вас дела с Тимми? — попытался увильнуть от вопроса Рей. Для конспирации он даже подпустил в голос побольше любопытства. И улыбнулся. На какие жертвы только не пойдешь.
— Я рада, что ты интересуешься нашей жизнью, но не стоит пытаться перевести тему. Пообещай мне, что сначала попробуешь решить все мирно. — Азия выглядела категорично, и Рей, подавив вздох, кивнул. — Вот и умница. А с Тимми все хорошо. Мы помирились. Но сегодня утром вновь поругались. Представь себе, он не захотел есть овсянку. А я так старалась, когда варила ее. Строго по рецепту! Без…
— Хватит, я понял! — Рей зажмурился и зажал уши руками, слыша смех альфы.
— Пойду принесу тебе еще кофе, а то к тебе подходить страшно.
***
Диванчик был узкий, продавленный с одного края и весь в каких-то выцветших пятнах непонятного происхождения. И от него странно пахло. Эдану даже не хотелось думать о том, что на него могли пролить. Уснуть на пыточном изделии казалось нереально, но он умудрился. Разбудил его звонок телефона, настойчиво подпрыгивающего на столешнице, будто от нетерпения. Ради разнообразия звонил не Рей, а Азия. Для конспирации трубку брать не следовало, но в голову закралась мысль, что с Реем могло что-то случиться, вот его личная помощница и названивает ему. Колебался Эдан недолго.
— Слушаю, — почему-то шепотом произнес Эдан, ощущая, как от волнения холодеют кончики пальцев.
— О, живой, — не понятно чему обрадовалась на том конце Азия, отвратительно-бодрая для восьми утра. — С тебя шоколадка. С орехами.
— Зачем? — мозг, в отличие от языка, не успел еще включиться в работу.
— Не «зачем», а «за что», придурок, — Азия вздохнула так, что Эдан смутился за собственную заторможенность. — За то, что прикрыла твою задницу перед Реем. Уж не знаю, что у вас там происходит, но у тебя есть все шансы вставить пару слов в свое оправдание перед тем, как он выдаст что-то из разряда «давай останемся друзьями».
— Что? — после этих слов Эдан сразу проснулся и даже вскочил с жалобно скрипнувшего диванчика. — Почему Рей хочет расстаться?
  
— Наверное, потому, что ты ему изменяешь? — тон Азии был полон ехидства, но Эдан каким-то шестым чувством понял, что альфа очень зла.
— Я ему не изменяю! — возмутился Эдан и быстро, боясь передумать, выпалил: — Я просто… просто хотел, чтобы Рей меня ревновал. А он никак не реагировал, поэтому я, вероятно, немного увлекся в своих попытках. Но я ему не изменял!
На том конце молчали. Многозначительно так, что Эдан ощутил себя редкостным придурком. О чем Азия ему и сообщила спустя несколько томительных минут.
— Детка, у тебя с головой все в порядке? — вкрадчиво начала она. — Ты чего, Рея не знаешь? Максимум, что от него дождешься, он укажет на дверь и попросит валить из его жизни нахрен. И даже поможет вещички собрать для ускорения процесса.
— Но я ему не изменял! — в отчаянии воскликнул Эдан. — Я люблю только его и никогда бы…
— Ты ему теперь это докажи, — насмешливо фыркнула Азия, которая, кажется, успокоилась, потому что в ее голосе Эдану почудились сочувствующие нотки.
— И что мне теперь делать? — убито произнес Эдан и вновь сел.
Тот факт, что Рей все-таки ревновал его, уже не радовал.
— Сложно сказать, — задумчиво протянула Азия, и Эдан отчетливо представил, как альфа накручивает в это время на палец прядь волос. — Расскажи Рею всю правду и проси прощения. Очень-очень проси. Можешь даже на коленях поползать для убедительности.
— Я же серьезно!
— А кто шутит? Рей у нас та еще принцесса, дай только повод.
— Эта «принцесса» дракона голыми руками придушит, — проворчал Эдан себе под нос, но, видимо, Азия его услышала, потому что звонко расхохоталась.
— Ладно, мне пора, скоро Рей с совещания вернется. О, и да, чуть не забыла, купи кофе.
— Тебе? — уточнил Эдан.
Азия терпеливо вздохнула.
— Рею, — и отключилась.
Эдан обреченно застонал, пожалел себя несколько минут и, решительно поднявшись, пошел в магазин за кофе.
***
Квартира встретила полумраком, рассеиваемым лишь приглушенным тепло-оранжевым светом ночника, горчащим запахом кофе и торопливым «Я тебе не изменял!»
— И тебе добрый вечер, — усмехнулся Рей, с удивлением обнаруживая сидящего на полу детку, который тут же вскочил с места и в два шага оказался рядом, почти касаясь.
От поцелуя Рей увернулся, и теплые губы лишь вскользь мазнули по щеке. Эдан всегда был понятливым, поэтому настаивать не стал, но и отходить не спешил, нервируя этой близостью.
— Я так понимаю, тебе звонила Азия?! — догадаться было несложно, но Рей все равно спросил, чтобы нарушить странную тишину, повисшую в воздухе.
— Да, — не стал отпираться Эдан, все также не двигаясь с места и нависая сверху.
— Всегда знал, что она тебе покровительствует, — усмехнулся Рей, гася предательское желание прижаться к нему, впитывая тепло, и целовать — долго и жадно, пока не заболят губы, а легкие не начнет колоть от недостатка воздуха. Рей до боли впился ногтями в свою ладонь, пытаясь привести себя в чувство и выкинуть непрошеные картинки из головы.
— Нам надо поговорить, — твердо произнес Эдан, даже и не думая отодвигаться. Скотина, будто знал, как действует на Рея.
— Прямо здесь? — скептически уточнил Рей, вешая куртку на вешалку.
— Да. Ты меня выслушаешь, а потом решишь остаться мне или уйти.
— Даже так? — усмехнувшись, он прислонился к двери спиной и скрестил руки на груди, подсознательно пытаясь отгородиться от Эдана. — Тогда жги.
Послышался тяжелый вздох, будто альфа собирал разрозненные мысли в одну кучу и пытался построить из них логическую цепочку. Рей против воли улыбнулся, пользуясь тем, что в полумраке этого не видно. А потом Эдан начал рассказывать. Немного торопливо и сумбурно, перескакивая с одного на другое, но зато честно: такую дурость тяжело придумать. И Рей не знал, то ли смеяться, то ли плакать. Хотелось постучать непутевого альфу головой о стену, чтобы выбить из нее все глупости.