Последняя Арена 3 (СИ)

— Странные порядки, — сказал я, фиксируя ранее снятый бронежилет и водружая на голову шлем. — А если будет нападение мобов?
— С мобами и без тебя разберутся, — Олег мимоходом кивнул на четверку соладт, провожающих нас внимательными взглядами. — Да и не осталось их поблизости. Перезагрузка через семь часов. И ты скоро перевооружишься. Тебе выдадут стандартный комплект.
— Всё, что они забрали, было моим. И получил я это не от Столыпина, а от твоего отца, — напомнил я. Не буду говорить, что потеря автомата меня слишком уж опечалила. К тому же в инвентаре лежало кольцо, добытое из хаотического провала, а оно помощнее любого клинка будет. Да и около точки возрождения у меня есть схрон, но всё-таки без огнестрела чувствую себя некомфортно. За последние дни свыкся, что я выгляжу как Рэмбо.
— Знаю. Но теперь такие порядки. Всё оружие является собственностью Авалона, — тоном, не терпящим возражений, сказал Стоун.
— Кто такой Авалон? — спросил я, указывая пальцем вверх. — Очередное высокое начальство?
— Название лагеря.
— А чем Рябчиково не угодило? Звучит не слишком возвышено? — я хмыкнул.
— Не знаю, — сказал Стоун, в очередной раз показывая удостоверение.
Мы прошли в палатку, разбившуюся между двумя ракетными комплексами. Помещение, если не считать деревянной мебели, напоминало заштатный офис: ноутбуки, принтеры, ламинаторы. За столом сидел сухощавый мужичок неопределенного возраста.
— Алексей, сделай по-быстрому разрешение. Его Столыпин вызывает.
— ФИО? — не задавая лишних вопросов, спросил игрок девятого уровня. Его прозвище ничем не отличалось от имени.
— Фролов Андрей Владимирович, — представился я.
— Имя, уровень, количество опыта, — мужичок окинул меня заинтересованным взглядом.
— Фрол, девятнадцатый, две тысячи сто семнадцать, — я обратил внимание, что среди прибывшей армии было мало людей, переваливших хотя бы за четырнадцатый уровень. И на их фоне я, видимо, смотрелся опасно.
— Школа, направление, ранг, общее количество знаков силы, — пальцы профессионально бегали по клавиатуре.
— Морозный элементалист, послушник, двадцать восемь, — отрапортовал я. Сперва хотел назваться неофитом, но передумал. Да и Столыпину я уже говорил, что достиг следующего ранга.
— Характеристики. Название и количество вложенных очков.
— Сила-пять, крепость-два, дальновидение-пять, обнаружение личины-одиннадцать, — я на мгновение задумался. Количество баллов в параметрах, вроде, должно равняться знакам силы. — Яснослышание-пять.
— Уровень допуска?
— Общий, особый, гражданский, — вмешался Олег.
— Из местных что ли? — спросил Алексей, неотрывно глядя в монитор.
— Из местных. Быстрее. Генерал ждёт, — поторопил Стоун. — И сделай дополнительную копию.
Через пять минут я получил две пластиковых таблички. При этом на них был чип, несколько печатей и один узкий прокол. Около уровня стояла цифра «17». Рядом были ячейки. В двух из них стояли печати. Остальные — пустые. Догадался, что при переходе на следующую ступень, должен отчитаться. Тогда поставят подтверждающие печати. С характеристиками была такая же история.
— Запомни! — сказал Олег. — Всегда, когда будешь предоставлять его, ты должен держать разрешение левой рукой. Не правой, а именно левой. Держишь тремя пальцами. Мизинец и безымянный палец смотрят в сторону проверяющего. В противном случае тебя ликвидируют на месте. Потренируйся.
Я выполнил требование. Спросил, почему так. Стоун, не вдаваясь в подробности, рассказал, что обозначения зависят от уровня допуска.
— Сейчас доведу тебя до Столыпина, а дальше сам: размещаешь артфикс, получаешь жетоны на довольствие, постельное белье, номер палатки, спальное место и так далее. Потом тебе подберут рабочую или военную специальность. В общем, разберешься. Идешь к зазывалам, вливаешь к гражданским, а дальше тебе всё объяснят, — он уверенно зашагал вперед. Я не отставал.
Мы снова вернулись к КПП и запрыгнули в БТР. Оружие мне так и не вернули. Через пару минут остановились. Вдалеке рассмотрел лачужки, которые терялись на фоне воздвигнутых палаток. Только двухэтажный дом Михалыча, будто Гулливер среди лилипутов, возвышался над раскинувшимся Авалоном.
 
Люди... Многие сотни зашуганных человек стояли в очередях. Периодически пространство разрывали зычные команды офицеров. Ни о каком равноправии гражданского населения и военных речи не шло.
— И нахер ты нам нужен? — орал солдат с погонами сержанта. Он сверху вниз смотрел на щуплого паренька в толстых очках. — Ты нихера не умеешь. Может тебя прямо сейчас пристрелить, чтобы не жрал нашу еду?
— Что здесь творится? — нахмурился младший Стоменов. — Отвечать!
— Да вот этот дебил даже оружия никогда в руках не держал. И мобов не убивал. Ему отец нить принес. Он даже не знает, как молотком пользовать. Не смог даже одну балку удержать. Палатка завалилась. Час работы улетел в п***у. Нахера мне выдали таких тупоголовых имбецилов? Вот что ты умеешь?
— Я... я... в компьютер играю...
— А ты, кусок говна, видишь тут компьютер? Упор лёжа принять!
— Фрол, идём! — сказал Олег, отвернувшись от сержанта.
С каждым мгновением происходящее мне нравилось всё меньше и меньше. Мы проходили через толпу. Повсюду слышались крики и стоны. Люди жаловались, что не ели двое суток. Им отвечали, что не обязаны их кормить. При этом я дважды слышал угрозу: тогда валите из лагеря. После этих слов все обычно замолкали.
— В Москве для них, — я указал на грязную женщину, долбившую ломом землю, — было лучше, чем здесь?
— Нет, не лучше. Ты не был в Москве, — Стоун стиснул зубы.
Мы подходили к ограждению, обтянутому колючей проволокой. Дальше начиналась деревня Рябчиково. За забором всё было относительно тихо. Курсировали патрули с собаками (их при проверке я не видел), на расчищенных дорогах стояла бронетехника, на крышах расселись стрелки. Около сарая, где я впервые побывал в данже, чадили полевые кухни. Повсюду велась стройка, но всё возводилось без лишний суеты. Было видно, что люди знали, что и как надо делать.
Мы показали разрешения двум армейцам, которые после осмотра распахнули калитку. Они вскинули автоматы, отгоняя гражданских, намеревающихся протиснуться за нами.
— Это что такое? — я показал на дом Михалыча. Даже с большого расстояния я смог различить котлован, который примыкал к красному забору. Из ямы то и дело показывался ковш экскаватора. Земля загружалась в один из КАМАЗов.
— Ты же местный, — с подозрением сказал Олег.
— Ну да. И что?
— Полковник Стоменов сказал, что Александра с его артефактом ты привез.
— Ты про Люсю-берегиню? — догадался я. — Ну да. Понял.
— Это уникальный артефакт. Никто и никогда не видел ничего подобного. Плохо только, что его нельзя дезактивировать и перенести в другое место. Полмиллиона кубов полностью безопасного пространства. Тут будет многоквартирный дом, — Олег указал вперед. — Максимально высокий, широкий и глубокий. Если потесниться, расселим почти всех.
— Вы не слишком торопитесь? Людям сейчас даже спать негде, а ты говоришь про целый подземный комплекс.
— Нет. Ещё даже проект не готов. Пока что просто копают. И многие бездельничают. Да и не все ещё подъехали. Техника просто так простаивает. Чем раньше начнем, тем раньше закончим. Да и нужно подвезти очень много материалов.
— Из Москвы? Вы же мосты взорвали, — напомнил я.
— Да, взорвали. С этим поторопились. Нужно ещё много всего. Те же цистерны. У нас мало горючки.
— И где будете брать?
— Обменяем на машины. У нас свободной техники столько, что ставить некуда.
Я был с ним полностью согласен. Пока занимался наблюдением, часто проезжали грузовики с одним водителем — без пассажиров.
Около котлована один из джипов наставил на нас пулемет. Стоун, схватив меня за локоть, свернул в другую сторону. Он сказал, что это теперь стратегическая точка и тут разрешено находиться только людям некоего Кузнецова.