Нурарихен поневоле (СИ)

— И тебе доброе утро, Лешнер, — сквозь зубы поздоровалась Ада. — Опять суёшь свой нос в чужие дела?
— Просто беспокоюсь, не чужие же люди всё-таки, что бы ты не говорила. А тут непонятный новичок, а ты с ним уже так близко общаешься. — Как бы не старался парень говорить насмешливо, в его голосе проскальзывали нотки обиды. — Или вы были знакомы раньше? Уже вместе засиживаетесь в библиотеке и ходите за ручку… странно это.
  
Даже такая большая школа — это, по сути, очень маленький мирок, в котором все всех знают, новости разносятся очень быстро, и так же быстро обрастают выдуманными подробностями.
— А если и так, тебе-то какое дело? — вмешалась в разговор Рая.
Парень положил мне руку на плечо и с силой сжал пальцы, продолжая улыбаться.
— Просто любопытно, я же переживаю за Аду. Что мы знаем о новичке? Вдруг он окажется не очень хорошим человеком.
Разумеется, мне было больно от его хватки, хоть я и не показывал вида. После пыток Орлова подобная боль едва ли могла меня пронять, но всё же, это было слишком неприятно, чтобы спокойно стерпеть. Поэтому я поднялся из-за стола, вынудив его отпустить плечо, и протянул свою руку.
— Меня зовут Роман, уверен, мы можем стать хорошими друзьями, — стараясь проявить дружелюбие, сказал я.
Парень скептически посмотрел на мою тонкую ладонь, и пожал её, а я тут же сжал пальцы, очень стараясь выдать лишь часть своей силы. И нет, мне было не жаль его пальцы, я больше беспокоился за свои, которые от усилий могут сломаться ещё быстрее. И действительно, в этот момент раздался хруст.
— Ау! — воскликнул парень, попытавшись вырвать руку из моего хвата. — Больно!
Вот неженка, а вроде такой крепкий с виду, мне вот тоже больно от приложенного усилия, но я же терплю.
— Ой, ладно тебе, — продолжил улыбаться я. — От переломов ещё никто не умирал.
Высвободив руку из моего хвата, парень подвигал пальцами.
— Хват у тебя, конечно, сильный, но не настолько, чтобы что-то мне сломать.
Я же посмотрел на свою ладонь и понял, что хрустел всё-таки не он, а я.
— Кажется, мне нужно в травмпункт.
— Что⁈ — воскликнули девушки. — Девид, ты что, ему руку сломал⁈
Парень ошарашенно отшагнул от меня.
— Я⁈ И в мыслях не было!
— Спокойно, не надо кричать, ничего страшного не случилось, — сказал я, рассматривая мгновенно посиневшие костяшки. — У меня очень хрупкие кости.
Руку я себе всё-таки и правда сломал, поэтому вместо завтрака был вынужден отправиться в медкабинет. Мда, будет мне урок, лишний раз не выпендриваться, во всяком случае, до тех пор, пока Шики не сделает то, что обещал. Девушки, разумеется, последовали за мной, как и этот самый Девид, резко растерявший все свои понты и буквально умолявший меня не писать на него жалобу.
— Да успокойся ты, у меня слабые кости, я сам себе руку сломал, — далеко не в первый раз сказал я. — Иди уже на урок.
На четвёртый раз парень наконец-то послушался и ушёл. На меня же обрушился шквал ехидных замечаний Раи на тему моей работы в качестве медиума. Но это вполне заслужено, всё-таки моя попытка устроить демонстрацию силы была слишком идиотской. Сам же говорил, что вокруг меня дети, и сам же повёл себя более чем характерно для глупого ребёнка.
Медсестра вколола мне лекарство и наложила бинты из состава, похожего на резину, пообещав, что к концу дня всё заживёт. Да будет благословенна современная медицина. Самое интересное, что мой перелом не стал чем-то необычным или неожиданным, женщина решила вопрос за пару минут отработанными движениями, а затем буквально пинком выставила меня из кабинета, даже не спросив фамилию.
— Это вообще нормально? — удивлённо спросил я девушек.
— Да у нас постоянно что-нибудь ломают, хотя, чтобы ломали сами себе, такого ещё на моей памяти не было, — хихикнула Рая.
— Мальчишки же постоянно решают все споры драками, — присоединилась к ней Ада. — Особенно старшеклассники.
— И это никак не пресекается?
— Есть штрафные баллы за поведение. Тот, кто набирает десять штрафных баллов, попадает на разбирательство, по итогам которого принимается решение об отстранении или исключении. Но обычно до этого не доходит — поругают, возможно, назначат отработки, и простят. Дети же.
— Принято, — кивнул я. — Поэтому Девид так переживал, что его обвинят?
— Угу, у него уже есть девять штрафных баллов, — подтвердила Рая. — Он ещё тот любитель подраться. И, кстати, о штрафных баллах, если не хотите получить их за опоздание, то стоит поторопиться.
В классе моё возвращение в бинтах вызвало фурор, но начался урок, поэтому никто не трогал меня до следующей перемены. А потом я быстро сбежал из класса в столовую, чтобы избежать расспросов. Всё-таки я понятия не имел, как общаться с одноклассниками, они раздражали, словно мошкара. И особенно мне хотелось скрыться от неразлучной парочки — Ады и Раи. Возможно, кому-то и бы было приятно их внимание, но я смотрел на несовершеннолетних девушек исключительно с точки зрения своего психологического возраста тридцатипятилетнего мужчины. И, если честно, мне были очень некомфортны их заигрывания.
И да, я позорно прятался от двух девушек и остальных одноклассников до следующего урока. Это была химия, с которой я никогда особо не ладил, к тому же её теоретическая часть. Мне пришлось как следует напрячь мозг, чтобы вникнуть в тему, ещё и преподаватель, престарелый седой мужичок, не особо старался, монотонно бубня материал.
Телефон завибрировал в самый неподходящий момент посреди урока, но увидев, кто звонит, я тут же принял вызов, наплевав на правила школы.
— Привет, Роман, у нас произошло второе убийство, — сходу сказала Князева.
— Точно?
— Конечно, не точно, я же не детектив. Но знакомые люди из полиции мне только что сообщили, что у убийства тот же почерк, и всего в нескольких кварталах от моей школы. Мне это очень сильно не нравится.
Преподаватель очень выразительно посмотрел на меня и откашлялся.
— Михайлов, мы вам не мешаем?
— Нет, нет, продолжайте, — по инерции ответил я, на время забывшись, а когда понял, кому и что сказал, отступать было уже поздно. Поэтому я решил спокойно закончить важный разговор: — Я могу попасть на место преступления?
— Это уже не ко мне вопрос, а к полиции. Думаю, твой статус медиума — это отличный пропуск.
— Ладно, разберусь, — немного подумав, сказал я. — Адрес можете прислать сообщением?
— Конечно. Рассчитываю на тебя.
Да уж, кто бы мог подумать, что я стану кем-то вроде детектива. Даже охотиться на призраков проще, тут хотя бы понятно, что делать. Во всяком случае, теперь уже понятно. А как искать убийцу? Я же не Шерлок Холмс всё-таки. Вся надежда на то, что где-то рядом в момент убийства бродил какой-нибудь осознанный призрак, которого можно допросить.
— Михайлов! — рявкнул преподаватель, на какое-то время опешивший от моей наглости, но быстро взявший себя в руки. — Как ты смеешь болтать по телефону во время урока⁈ За это можно пять штрафных баллов получить!
— Виноват, — склонил я голову, собирая со стола свои вещи. — Плохой, плохой Михайлов. Я сам себя выгоняю из класса.
— Ты что? — зашипела на меня Ада, а Рая с довольной ухмылкой показала большой палец.
— Я плохо себя чувствую, мне срочно нужно в больницу, — на ходу продолжил говорить, я, уже выходя из класса и показывая забинтованную кисть. — Рука очень сильно воспалилась, сейчас кровь и гной пойдут, всё тут залью…
Выскочив из класса, я на ходу проверил по карте присланный адрес и убедился в том, что место убийства действительно находится в пешей доступности от школы. Выскочив из здания, я побежал, ориентируясь по карте.
  
Найти нужный дом оказалось несложно, в его дворе стояло несколько машин полиции и экипаж скорой помощи, а рядом топтались люди в форме и несколько зевак разного возраста. Трехэтажное здание, в английском стиле из красного кирпича, очевидно, что-то вроде триплекса или дуплекса на несколько семей, как и остальные окружающие дома. Вход в подъёзд огорожен не был, поэтому я уверенно направился к нему, понадеявшись, что наглость берёт не только города, но и подъезды.