Поцелуй у водопада

Зарплата, предложенная Мартой, оказалась много ниже той, что Сорель получала в Мельбурне, но если учесть разницу в курсе валют, перепад был не такой уж значительный.
— Можете еще подумать, — предложила Марта.
— Нет, если я вам подхожу, то мой ответ — да.
Среди забот о матери Сорель чуть не забыла, что договорилась пойти с Крегом Кэссиди в театр на пьесу одного из самых известных новозеландских драматургов.
Первой ее мыслью было отказаться. Потом она вспомнила увещевания матери — не слишком трястись над ней — и согласилась пойти. Она провела приятный вечер. На прощание Крег поцеловал ее.
На следующий день Рода ответила на телефонный звонок и подозвала Сорель.
— Это Блейз, — проговорила она с оттенком осуждения. — Он звонил вчера, когда ты ушла в театр.
  
ГЛАВА ПЯТАЯ
 
— Вчера мне звонила Марта, — сообщил Блейз, — благодарила, что прислал тебя. Как тебе показалось, работа будет интересной? Она отличается от той, к которой ты привыкла?
— Да, придется подучиться, но мне вполне подходит. Хорошо иметь только одну подчиненную и одного босса. В больших магазинах политика в отношениях со штатом ужасно сложная, она утомляет.
— Наверное, как и в офисе. Послушай, твоя мама говорит, что у нее все хорошо, отец подтверждает, что она идет на поправку, а что ты думаешь?
Сорель понизила голос:
— Она не хочет, чтобы о ней тревожились. Она прямо так и выразилась: отцепитесь от меня.
— Да, Рода — дама сильная, ей не нравится, когда что-то вырывается из-под контроля.
— Я догадывалась, что ты всегда ее понимал.
После короткого молчания Блейз сказал:
— Ты очень чуткая.
— Я давно знаю вас обоих. Но сейчас мама открылась с другой стороны. — Сорель настораживало, что в броне Роды появилась брешь.
— Такая угроза кого хочешь выведет из равновесия.
Когда Сорель вышла на работу, Марта сразу познакомила ее с молоденькой продавщицей, бойкой семнадцатилетней девушкой с рыжими волосами, собранными в покосившийся хвост, и длинными серьгами, свисающими до плеч. На ней был короткий топ в красно-желтую полоску, такие же колготы, фиолетовая кожаная мини-юбка и черные туфли на каблуке.
— Это Поппи, — представила Марта. — Детишки ее любят.
Еще бы, подумала Сорель. Им кажется, что она выпрыгнула прямо из книжки.
Сорель быстро освоила порядок работы бутика, запомнила, где что лежит, поэтому возвращалась домой усталая, но довольная.
Как-то ее пригласили в гости «с другом», и она позвала Крега. Прощаясь, Крег ласково поцеловал ее, она ответила ему и тут же отпрянула.
— Что-то не так?
Сорель помотала головой.
— Ты весь вечер выглядела какой-то рассеянной. Набиралась духу сказать, что больше не хочешь меня видеть?
— Ну что ты! — Он был милый, нетребовательный и предупредительный спутник. Не его вина, что, когда он ее целует, она сравнивает его с Блейзом. Он целует… довольно мило, возможно, со временем его поцелуи ей будут больше нравиться, как и он сам.
Когда пришли результаты биопсии, сопровождать Роду к врачу отправился отец. Потом он позвонил Сорель в бутик.
— Нашли образование, которое придется удалять, но хорошо то, что оно не злокачественное.
Чувствуя огромное облегчение, Сорель повесила трубку и вернулась к прилавку, где Поппи одна справлялась с наплывом покупателей.
Сегодня у них было много работы, и, когда позвонил отец и сказал, что они с матерью едут праздновать в ресторан, Сорель отказалась к ним присоединиться. Она устала, а еще нужно заполнять конторские книги. Отправив Поппи домой, она села за стол.
Когда она добралась домой, было уже довольно поздно. В холле звонил телефон, Сорель бросила сумку и схватила трубку.
— Сорель? — В голосе Блейза слышалось беспокойство. — Ну, каков результат? — Он спрашивал о матери. Сорель ответила, и он сказал: — Передай, что я ее люблю и думаю о ней.
— Передам, но сейчас ее нет дома, они с папой пошли праздновать. А я только что вошла.
 
— Понятно. — Он помолчал. — Пришла с празднования? Как я понимаю, праздновала не в одиночестве?
— Я работала.
— Так поздно?
— Только не говори, что ты никогда не задерживаешься на работе.
Он засмеялся.
— Сама знаешь.
— Так что я сейчас отпраздную чашкой какао и пораньше лягу спать.
— Намек понял. Приду сказать «доброй ночи».
— Никакого намека не было.
— Не было? Ну что ж, можешь ложиться спать пораньше. Как я слышал, у тебя теперь допоздна горит свеча.
— Что ты имеешь в виду?
— Говорят, ты часто встречаешься с Крегом Кэссиди.
Стараясь быть сдержанной, Сорель ответила:
— Мы несколько раз с ним выходили. Не очень бурное времяпрепровождение. — И опрометчиво добавила: — Он мне нравится.
Какое-то время Блейз молчал. Потом проворчал:
— Пусть радуется. Передай маме, что я к ней зайду.
Он опять повесил трубку не попрощавшись, оставив ее неуверенной и почему-то раздраженной.
Блейз часто навещал Роду и редко заставал Сорель дома. Как-то вечером она проводила показ детской одежды. Рода сказала, что снова приходил Блейз и, скорее всего, решил, что Сорель пригласил куда-то Крег, поэтому ее нет дома. Ей не хотелось разбираться со своими чувствами.
Когда Роде сделали операцию, хирург сообщил Сорель и отцу, дожидавшимся в больнице, что он не обнаружил в легких ничего угрожающего и не ожидает осложнений. У них словно гора с плеч свалилась. В тот же вечер, когда Рода очнулась, Айен отправил Сорель домой. Она бы предпочла остаться, но подумала, что родителям хочется побыть вдвоем.
Придя домой, Сорель сразу же включила автоответчик. Она прослушала два сообщения — от Блейза и от сестры матери из Саутленда. Сначала она позвонила тетке, поговорила с ней, а потом набрала номер Блейза.
У него тоже работал автоответчик, она оставила краткое сообщение и положила трубку с облегчением и досадой. Потом послонялась по квартире, что-то постирала, полистала журнал, включила телевизор, а оказавшись на кухне, принялась делать бутерброд — не потому, что хотела есть, а просто чтобы чем-то себя занять.
И тут раздался звонок в дверь. Весь дверной проем заполнила темная фигура Блейза.
— Вот, ехал домой и увидел у тебя свет в окне.
— Я тебе звонила. — Сорель пропустила его в прихожую. — Ехал домой откуда? — От его офиса до дома ему к ней совсем не по пути.
Он стрельнул в нее глазами.
— От Чери. Я прочел твое сообщение на мобильнике. Наверное, у тебя гора с плеч свалилась.
Сорель согласилась. Она вспомнила, что он звонил ей на мобильник и предлагал подвезти из больницы до дому. Значит, тогда он ехал к Чери? От такой мысли во рту у Сорель появился кислый вкус.
— С тобой все в порядке?
Он внимательно смотрел на нее, и сочувствие, которое она увидала, развязало клубок долго сдерживаемых эмоций. Чтобы не показывать их, она отвернулась.
— Да.
Он мягко повернул Сорель к себе лицом и нахмурился, увидев, что слезы застилают ее глаза.
Сорель прикусила губу, но не смогла сдержать рыдания, и они вырвались из груди.
— Сорель! — Сильные руки обняли ее. Сначала она пыталась восстановить самообладание, но потом сдалась и прильнула к Блейзу, уткнувшись головой в грудь, и плакала, плакала, изливая страх и напряженность последних недель.
Наконец слезы иссякли, Сорель подняла руку, чтобы вытереть лицо, и Блейз слегка отстранился, но не отпустил ее от себя.
— Извини, — она шмыгнула носом. — Не знаю, почему я плачу, ведь теперь, похоже, все идет к лучшему.
— Просто ты долго все носила в себе, а теперь расслабилась. — Он вынул из кармана платок, но, вместо того чтобы отдать ей, стал сам утирать заплаканное лицо с такой нежностью, будто перед ним был ребенок.
Сорель улыбнулась сквозь слезы.
— Ты единственный, у кого для такого случая всегда найдется чистый платок.