Перерождение (СИ)
Гвилим не помнил, когда в последний раз так часто улыбался, как за последние дни.
Радовался чему-либо.
Жизнь уже давно превратилась в предсказуемую рутину и бесконечные проблемы, которые требовали немедленного решения.
Всегда.
– Ты чего быкуешь? – появилась на мониторах голограмма айкора ведьмы, стремительно удаляющейся от оборотня. – Офигенный же образчик. Сильный, влиятельный, богатый. Сексуальный, – немного поколебавшись добавила она.
– О сексуальности-то что тебе может быть известно? – улыбнулась Аттика, не сбавляя шаг.
– Ну… – отвела глаза голограмма, засмущавшись. – Существуют среднестатистические данные, – нашлась она, натянув на лицо чопорную маску. – Господин Маррт один из тех, кого предпочитают женщины. Прекрасная партия.
– Мне не нужна партия, – отозвалась ведьма. – И куда же делся твой высший интеллект? Не возникает вопроса, с чего вдруг он примчался?
Дива растерялась. Задумалась.
– Любопытство, – предположила она, пытаясь оправдаться. – Его слова вполне могут оказаться правдой…
– Дива, – разочаровано посмотрела на неё Аттика.
– Мо-гут, – настаивала искусственный интеллект, размякшая от собственной влюблённости.
– В любом случае, мне не нужна пара, – решила не спорить Атти.
– Аттика, – сочувственно начала искусственница. – Ты же не из тех, кто гребёт всех под одну гребёнку и разочаровывается с одного раза.
– Да. Я сама всегда поражалась, глядя на таких людей, но… – ведьма запнулась. – Ты не представляешь, как мы любили друг друга, Дива, – вдруг с болью начала она. – Как он… А всё закончилось таким ужасом… Как такое вообще могло закончиться? Я была абсолютно уверена, что это настоящая любовь. Та самая. На всю жизнь. Если это была не она… Впереди всё равно конец… Я просто не хочу. Мне больше этого не надо. Я не хочу. У меня уже другие цели, приоритеты, интересы… Я больше не наивная маленькая девочка. Я наконец–то выросла. Всё. Хватит.
– Это никогда не изменит того, что ты человек, Аттика, – серьёзно отозвалась Дива. – Из плоти и крови, как минимум.
– Буду держаться до последнего, – твёрдо отозвалась она. – И уж точно не с этим.
– Что тебе в нём так не понравилось? – искренне удивлялась айкор.
– Такие не умеют любить. Быть искренними, преданными, настоящими, заботливыми. Он не видел ме-ня. Лишь цель. Я нужна ему зачем-то.
Дива ничего не ответила, углубившись в размышления над словами хозяйки, анализируя данные, поведение, сопоставляя, изучая личность оборотня.
– Да, – согласилась она серьёзно. – Ты права.
Девушки вышли в ворота и покинули доступную для наблюдения зону.
Гвилим разочаровано «потушил» мониторы, задумчиво потерев подбородок.
Новоприбывшая становилась всё занимательнее и занимательнее.
Кто этот «он»?
Она уже бывала в городах людей?
Жила?
С человеком?
Может, поэтому её и изгнали?
«И совсем не глупа, – подумал Лим напоследок. – Совсем».
Этой ночью он не спал.
И впервые не из-за государственных дел.
Глава 8. Рождение и Пробуждение
Новости в сети распространяются молниеносно.
Тем более такие, как прибытие оборотня.
Высокопоставленного.
Злющего, скачущего через машины и разбрасывающего на своём пути людей, как кегли.
На пути к ней.
Неизвестной.
Появившейся из ниоткуда и живущей в лесу!
Подобная инфа разорвала сеть, вызвав сумасшедший ажиотаж.
Гвилим смотрел на причину шумихи в городе и пытался разгадать загадку под названием Аттика – та, что живёт совершенно одна в лесу.
Да, он не был обязан быть сейчас в лётном транспортном средстве, доставлявшем две тысячи человек для сбора урожая на дикое поле в четырёх часах от города.
Даже не собирался.
Но.
Он хотел.
Она его слишком интересовала.
Совершенно обыкновенная.
Ну привлекательная.
Зелёные глаза завораживали, было в них что-то…
Обычные светло-русые волосы. До плеч.
С лёгким рыжеватым отливом.
Едва заметным.
При дневном освещении. Когда в них путается солнечный свет.
«Тьфу», – мысленно сплюнул Лим, отвернувшись.
Давно он в поэты записался?
Взгляд непроизвольно оббежал присутствующих.
Практически все не сводили с неё глаз.
Она новость номер один.
Загадка.
Та, ради которой в город прибыл претендент на престол оборотней.
Та, что сидит сейчас рядом с мэром в окружении его охраны.
Всех интересовало лишь одно:
Кто она?!
И всё, что с ней отныне связано.
– Вообще странно, – привлёк внимание мэра один из разговоров, долетевших до его ушей. – Разве бабак не должен начать созревать где-то через месяц-полтора?
Его собеседник безразлично пожал плечами.
– Может, он дольше созревает в искусственных условиях, где мы их выращиваем? – предположил другой, рядом сидящий.
Начавший эту тему нахмурился, задумавшись.
– Мне кажется, что нет, – произнёс он. – Я точно помню, что ему ещё рано. Как бы не прилетели, а там фига – зря рискуем.
Двухтысячная толпа взволновано зашевелилась, передавая из уст в уста и слова и треволнения.
Мэр многозначительно посмотрел на командира охраны.
– Так! – поднялся он, гаркнув с помощью усилителя голоса. – А ну позакрывали рты! Вам, во-первых, платят за риск; во-вторых, силой никто не тащил; в-третьих, не идиоты сидят в наблюдательных центрах, чтобы лазутчиков запускали, а, в-четвёртых, если урожай не созрел, вам же лучше – работать не придётся, а деньги заплатят!
– А-а-а, ну раз заплатят, – послышалось откуда-то и вновь разнеслось.
Мэр улыбнулся, глядя на командира.
О последнем речи не было, но они оба понимали психологию толпы.
Да и осечки быть не должно.
Лим повернулся к агроному. Он не разбирался в травках-букашечках. Это было не его. Для подобных вопросов у него существовали целые штаты профессионалов.
«Да, – поступил ответ от главного агронома на айкор мэра, – бабаку ещё рано созревать, но этот вызрел. Я не один раз проверил. Лазутчику даже удалось доставить образцы. Сам удивлён, господин мэр, но он спелый, клянусь».
«Ответишь», – коротко пообещал Гвилим Хор и вернул внимание к толпе.
Он никогда не недооценивал подобную силу.
Да, стадо баранов, но если не уметь им управлять, оно может снести всё на своём пути.
– Идём на посадку, – раздалось из кабины пилотов.
Все стихли.
Даже пошевелиться боялись.
Особо нервные уже включили щиты, испуганно переглядываясь.
Набирали не кого попало, а лишь сотрудников зон, которые привыкли иметь дело с агрокультурой, и тем не менее...
Лётный мягко приземлился. Экипаж лишь слегка качнуло.
Военные выстроились у выхода и по их команде шлюз медленно начал открываться.
Лим поправил оружие на плече.
Сегодня он вспомнит старые «добрые» времена, если придётся.
Даже испытывал некое волнение.
И поймал себя на мысли, что желает этого.
Адреналина.
Эти ощущения на грани.
И радость победы.
Осознание своей силы.
Засиделся в офисе.
Запылился.
В нём уже почти не осталось жизни.
Почему он раньше не додумался встряхнуть себя подобным образом?
Хорошо, что подвернулся случай.
Ведьма то и дело бросала на него удивлённые взгляды с момента, как увидела в военном обмундировании у лётного.
Не ожидала.
Лима так и подмывало приосаниться под её взглядом, гордо расправить широкие мощные плечи. Натуральные, между прочим.
Он едва сдерживал себя, чтобы этого не сделать.
Не восемнадцатилетний юнец, в конце концов, чтоб перед барышней хвост распускать…
Сборщики начали выходить и распределяться по местности, согласно знакам и направлениям военных.
Никто не разговаривал.