Хозяйка дома на холме (СИ)

Миновав столовую с длинным столом и двумя рядами стульев, мы попали на кухню. Помещение было просто огромным! Посреди комнаты возвышался широкий стол с мраморной столешницей, часть одной из стен занимал большой камин с вертелом, на котором при желании можно запечь целого быка! Рядом с камином я увидела странную печь, которая словно разделялась на несколько секций, во всяком случае, я насчитала у неё целых четыре дверцы.
Все остальные стены занимали шкафы с посудой. Вот её здесь было великое множество! Под большие казаны, сковородки и кастрюли был отведён отдельный стеллаж.
В помещении я насчитала три двери – одна вела в столовую, откуда мы сейчас пришли.
- А куда ведут эти две двери? – поинтересовалась я у Георга.
- Эта – в комнаты прислуги, а вот та в чулан с припасами.
- С припасами – звучит обнадёживающе! – обрадовалась я. Да только рано.
Крупы, хранившиеся в небольших мешках, давно отсырели и выглядели очень неаппетитно. Часть припасов вовсе сгнила или превратилась в труху. Поживиться здесь было нечем.
- Есть ещё погреб, - вспомнил Георг, показывая мне лаз в полу чулана, закрытый деревянным щитом с кольцом вместо ручки.
Под крышкой, которую я с трудом отодвинула в сторону, нашлись ведущие вниз каменные ступени. Кролик первым спустился в лаз, в темноте его шёрстка снова началась мерцать и светиться холодным голубоватым светом.
- Там винный погреб, - указал он мне на узкую дверь в каменной стене, - а за этой дверью ледник, сомневаюсь, что там могло что-то сохраниться, лучше посмотреть вот тут, - он поскакал вправо, освещая собой полки, на которых стояли глиняные горшки, стеклянные бутыли и банки. Так же рядом со стеллажами нашлось несколько больших бочек, но пахло от них не очень хорошо, поэтому я сосредоточила своё внимание на полках с банками.
- Так, что тут у нас? – я рассматривала емкости, запечатанные сверху воском, - Скорее всего, какое-то варенье.
Прихватив несколько банок и горшочков, поднялась с ними наверх, в кухню. Поставила их в ряд на столе и, найдя нож, принялась отковыривать закрытые промасленным пергаментом и залитые сверху воском горлышки горшочков. Банки и вовсе были закупорены расплавленным сургучом.
В первом горшочке оказался мед, он сильно засахарился, но в остальном выглядел совсем неплохо. Я знаю, что если правильно хранить мед – в прохладном сухом месте, то он никогда не испортиться. Это единственный продукт, у которого нет срока хранения.
Ну, хоть чая с мёдом попью! Соберу немного трав для заварки, вода в доме есть, посуды с избытком. Не пропадём!
В остальных банках и горшочках, как я и предполагала, оказалось варенье. Эх, к нему бы сдобную булку! Но чего нет – того нет.
Разыскала на полках небольшой чайник, ополоснула его, налила воды, поставила на плиту и задумалась. Чтобы вскипятить воду нужно сначала разжечь печь. Вот и стопка сухих дров рядом лежит. Ещё бы знать, как это делается.
Открыв дверцу в самом крайнем отделе печи, я положила в неё несколько поленьев. Теперь нужно всё это зажечь. Я покрутилась в поисках спичек.
- Вот же огниво лежит, - кролик указывал лапкой на странную штуку.
Рядом с печью, в плетёном коробе лежал ворох старых лоскутов, а поверх них несколько небольших серо-черных камней с жирноватым блеском и две сплюснутых овальных железки. Я взяла в руки одну из железок, она легко надевалась на руку наподобие кастета, её было удобно обхватывать ладонью. А камни для чего? Лоскуты – это понятно, для розжига, а с камнями-то что делать?
- Это кресало, ты правильно взяла его в руку, - руководил кролик, - а эти камни – обычный кремень, с помощью него нужно высечь искру. Только для начала приготовь трут, это кусочек льняной или хлопковой ткани, которую ты будешь поджигать с помощью искры.
Я послушно взяла лоскут, на всякий случай положила его в железную миску - вдруг полыхнет!
- Теперь кресалом ударяй о кремень, да над лоскутом, над лоскутом ударяй! Видишь, от кресала искры летят, нужно чтобы они на ткань попали! – руководил процессом кролик.
 
Я вся взмокла, чиркая железным полукольцом по камню, крошечные искорки вспыхивали, ткань чуть занималась и сразу гасла.
- Ты подуй, подуй. Да потихоньку, - посоветовал кролик.
Чиркать железкой по камню да ещё тихонько дуть на искорки – оказалось не самым простым делом. Я уже и чая расхотела, шикнув на пустой живот, чтобы заткнулся. Но и бросить дело не могла – привыкнув доводить всё до конца, я действовала на одном упрямстве.
От ткани пошёл едва заметный дымок. Она начала потихоньку тлеть. Я, не переставая потихоньку на неё дуть, подобрала из поленницы несколько щепочек и положила сверху. Скоро огонь перекинулся на сухое дерево и я перенесла горящие щепки в печь.
Полдела сделано, теперь осталось дождаться, пока закипит вода, а я пока пойду в сад, надеру немного трав для заварки.
 Глава 5 
Чтобы не возвращаться назад и снова не идти через весь дом до парадной двери, Георг предложил воспользоваться черным ходом. Для этого нужно было из кухни пройти в крыло для прислуги.
Здесь всё выглядело ещё хуже, чем в гостиной. Эта часть дома и так была довольно скромной, а теперь и вовсе выглядела плачевно. Полный осмотр я оставила на потом, сразу направившись к двери, ведущей во двор.
Выйдя на улицу, сразу заметила, сколько в этой стороне надворных построек. Совсем маленькие сараюшки и огромные сараи, или как это здесь правильно называется? Между ними я обнаружила правильные ряды кустов и деревьев. Подойдя ближе, поняла, что это кусты смородины и крыжовника, а деревьями оказались яблони и груши. Всё знакомое и понятное – пока никакой экзотики.
Судя по тому, что деревья уже отцвели, и на ветках висели маленькие, словно зелёные горошинки, яблочки – здесь тоже начало лета.
Нарвала немного листьев чёрной смородины, сунула добычу в карман и решила поискать ещё чего-нибудь.
За сараями царствовал бурьян, только рос он странно – квадратами и прямоугольниками, которые разделяли протоптанные тропинки. Да это же бывший огород, а квадраты и прямоугольники – обычные грядки!
Я уходила всё дальше, а кролик задержался у одной из грядок, увлеченно ковыряясь в зарослях. Остановилась только у крайнего, совсем крохотного сарайчика, вокруг которого густо росли молодые побеги перечной мяты. Вот это находка! Для чая самое то, и вкусно и нервы успокоит!
Решила нарвать побольше, чтобы в следующий раз не ходить в такую даль, а иметь небольшой запас прямо на кухне. Аромат свежей мяты витал в воздухе, я так увлеклась, стараясь не рвать в одном месте, а выбирать кустики в самых густых местах, заодно прорежая их.
Сначала, я совсем не обратила внимание на шорох, доносившийся из завалившегося на бок сарайчика, мало ли какая живность в траве шуршит. Но потом мне показалось, что я слышу чей-то едва слышный шёпот.
Замерла, прислушавшись. Тихо. Наверное, показалось…
Хотела уже уходить, собрав достаточно ароматных стеблей мяты, уже предвкушая, как буду пить горячий мятный чай с мёдом. Желудок снова обиженно заурчал.
Характерный треск сломанной доски раздался совершенно неожиданно. После моего падения в яму, я этот треск теперь ни с чем не перепутаю.
Замерла на месте, глядя на сараюшку. Инстинкт самосохранения нашёптывал, что стоит сейчас же вернуться в дом, но любопытство упрямо твердило, что нужно подойти и посмотреть что там.
Крадучись я вернулась к сараюшке, отодвигая в сторону висевшую на одной петле дверь заглянула внутрь. Хлипкое сооружение держалось на честном слове, грозясь обрушиться в любую минуту.
Заходить в сарай я не стала, окинув взглядом заваленный всяким мусором пол. Ничего интересного внутри не было, нужно уходить, а то, неровен час, всё рухнет прямо на меня.
Боковым зрением заметила, как шевельнулось тряпьё, кучей сваленное в одном из углов. В полутьме, за тряпьем, я не сразу разобрала настороженно следившие за мной две пары глаз.