Хрустальный пепел (СИ)

— В двух совах. Она совсем лишилась сил.
— И вот мы снова одни…
Ланс взглянул мне в глаза. Серебряные волосы были в беспорядке, на лице порезы, куртка пропиталась кровью, но мне он показался еще привлекательнее, чем с серьезным лицом и хмурым взглядом. Теплые пальцы коснулись моей раны, легкое тепло разлилось по телу, отгоняя прочь боль. Я вдохнула живительного воздуха, чувствуя, как силы и жизнь медленно возвращались в мое тело.
— Ну и зачем ты это сделала? — Ланс наклоняется ко мне, глядя прямо в глаза. Я чувствую себя беззащитной, тяжело сглатываю.
— Что сделала?
— Предпочла мою жизнь своей.
— Я…
Мне не хватает смелости, произнести это в слух, но кажется маг все понимает без слов. Его нежные пальцы спускаются по моей шее, к ключицам и наконец к центру груди. Я замираю. Легкий свет льется из его ладони, согревая меня и заставляя сердце трепетать. Он прижимает ладонь к моей коже. Я невольно опускаю взгляд на его полуоткрытые губы. Его горячие губы накрывают мои, заставляя забыться. Его губы нежные, поцелуй неторопливый. Пальцы Ланса обхватывают мой затылок, углубляя поцелуй. И весь мой мир сужается до одного странного мага. Его губ, его рук, согревающих мою холодеющую душу, его сладкого шепота, который прячется под моей кожей. Сейчас есть только Ланс, без амулета, без страха быть пойманными, без метки, без тьмы. Я прижимаюсь к нему еще ближе, пытаясь раствориться и вновь ожить. Напитаться его силой, его страстью, его нежностью ко мне. Я глажу его серебристые волосы, широкие плечи. Его сбивчивое дыхание путается с моим.
А потом он отстраняется, закрывая глаза и прислоняясь к моему лбу своим. Я пытаюсь остановить бешеное сердце и прийти в себя.
— Теперь все будет по-другому, — шепчет маг, сжимая мои руки. Я знала, что он имеет в виду, но не хотела подавать виду. Я не могла жить в вечном страхе и соревновании на выживание. Я хотела продлить этот чистый момент, хотела его только для нас. Тот момент, когда ты останавливаешься перед обрывом лишь на несколько мгновений, в последний раз наслаждаешься красотой неба и природы, чтобы потом прыгнуть. И попытаться взлететь…
Глава 10
Моя жизнь разлеталась на осколки, но я по-прежнему пыталась ее собрать. Мама была главным ее пазлом. И я верила, что встреча с ней меня исцелит. Ланс обошел всю поляну убеждаясь, что мы одни и в безопасности. Начертил кровью огромный круг, который защищал нас от внешнего вмешательства и протянул мне руку.
— Что нужно от меня? — я присела на траву напротив мага. Тепло его ладоней согревало и успокаивало. Я старалась не смотреть на тела наемников, которые как тяжелые камни придавливали мою душу к аду. Я пыталась убедить себя, что это самозащита, вынужденная и порой жестокая, но это не приносило облегчения.
— Вспомни свой дом и маму. Во всех мельчайших деталях. Сосредоточься лишь на этом, — голубые глаза Ланса сверкали, воздух вокруг нас стал нагреваться и искрить, наполняясь силой природной стихии. — Закрой глаза.
Мягкий голос Ланса проник в мое сознание выдергивая из памяти все детали моей прошлой жизни. Наша маленькая квартирка в серых тонах и с малочисленной мебелью. Уютная и светлая. Мой любимый книжный шкаф и потертое темно-зеленое кресло, в котором каждый вечер я открывала для себя новый мир, погружая нашу серую жизнь в краски. Я увидела мамину вышивку на прикроватном деревянном столике. Несколько ее работ висели в потертых рамах в моей спальне. Я ощутила слабый аромат корицы, которым была наполнена кухонька. Я была снова дома, окруженная любимыми вещами, купленными на барахолке или найденными на мусорке. На моем столе все так же лежали кисти и краски и незаконченные наброски рисунков. Мне казалось, что вот сейчас стоит только открыть глаза и я войду в свой дом и все станет по-прежнему.
Легкий хлопок входной двери заставил меня повернуться. Мама поставила пакет на пол и устало присела на стул.
— Мама! — я бросилась к ней, но столкнулась с невидимой стеной. Она отделяла меня от того, что было мне нужно больше всего на свете-маминых объятий. Я била по преграде, кричала и плакала. Мне было мало просто наблюдать, я хотела поговорить с ней, успокоить ее, обогреться ее любовью. Но эта чертова стена не пускала. Я сползла на пол, рассматривая мамино лицо. Она будто постарела за несколько недель. Глаза пустые и безжизненные, лицо серого цвета, волосы в беспорядке, как и одежда. А потом она заплакала, опустилась на колени и начала рыдать, закрывая лицо руками. Мое сердце пронзила боль, острее кинжала. Я знала, что была причиной этой боли, которая разбивала материнское сердце, но ничего не могла сделать. Я возненавидела себя, за то, что заставляю страдать самого дорого для себя человека.
 
— Мамочка…мы скоро увидимся, — я задыхалась от слез, продолжая надеяться, что она почувствует, что я рядом. — Я обещаю…только дождись меня….
Но она не слышала. Беспомощность и отчаяние сковали все мое тело, это было невыносимо наблюдать за тем, как она медленно угасала из-за меня. Я зажмурилась.
— Мамочка, только дождись и мы снова будем вместе, — я протянула руку, к стеклянной стене, будто могла забрать ее боль себе. — Я люблю тебя.
— Где ты, милая моя девочка? — тихий шёпот пробивался сквозь мамины рыдания, — моя добрая девочка…почему ты оставила меня?
— Нет, нет…мама, я здесь.
Я стала стучать по стеклу, разбивая руки, лишь бы пробиться к ней. Я чувствовала, как начинала задыхаться, все вокруг замерло, остались лишь сгорбленная фигура мамы на стуле в прихожей. Меня накрыло вакуумной тишиной.
Сердце вырывали, но я не чувствовала боли.
Ничего.
Ничего кроме съедающего желания оказаться в своей маленькой квартирке, радуясь простой жизни. Мой голос исчез, но губы повторяли одни и те же слова:
«Я здесь,
я люблю тебя,
я вернусь,
обещаю»
А потом кто-то резко обхватил мои плечи и вытащил из моего видения. Я повалилась на мягкую траву, не открывая глаз. Я знала, что, если открою их реальность сломает меня окончательно. Реальность, где я одна, потеряна, и опустошена. Где-то вдалеке меня звал голос Ланса, но я не хотела отзываться. Я хотела вернуться. Назад. В свою жизнь.
— Обещаю.
Я вытерла слезы, собирая все силы, чтобы подняться и открыть глаза. На лице Ланса отпечатались беспокойство и тревога, но он молчал. Давал мне возможность прийти в себя.
Я кивнула ему, потому что не могла произнести в слух что все хорошо.
Потому что тогда я солгу…
Маг запрокинул голову, и я увидела капельки пота на его лбу. Руки, сжатые в кулаки, подрагивали. Только сейчас я осознала сколько сил ему потребовалась чтобы на мгновение вернуть меня к маме. Вероятно, это были его последние крупицы силы, оставшиеся после боя. И сейчас он опустошен, и по-прежнему не сдается. Я взяла его за руку, сжимая прохладные пальцы. Голубые глаза встретились с моими синими, он улыбнулся, показывая ямочки на щеках.
— Нам нужно остаться здесь до полуночи. Луна придаст силы земле и поможет открыть портал в Хрустальные холмы.
— Хорошо, — это все что я смогла сказать, вместо слов благодарности, которые должна была произнести, но не смогла.
Я повернулась к лесу, чтобы занять себя сбором ягод или сухих веток, но Ланс удержал меня.
— Это не твоя вина, — он будто посмотрел мне прямо в душу, пытаясь возродить ее. — Ты сделала все правильно. Ты защитила ее, пусть она об этом пока не знает.
— Да…
Он тяжело вздохнул, запуская руку в волосы. Я зашагала к лесу, стараясь сбежать хотя бы на мгновение.
— И ты должна знать… — догнал меня его голос, — что я сделаю все, чтобы вы снова были вместе.
Я скорее прижалась к дереву, зажмуриваясь. Было тяжело вынести боль и тепло одновременно. Мне нужны были его слова. И он сам, готовый разделить со мной все, чтобы с нами не происходило и что бы я не чувствовала. Он забирает половину себе. Я с ужасом начинала понимать, что у меня появляется нечто такое, что я не готова потерять. Человек, в которого я начинаю влюбляться.