Путь Стратега (СИ)

— Спасибо за советы, актуарий. Чтобы я без вас делал. И, кажется, пополнение в кавалерии?
— Это Шанир бар Авис. — кивнул Стилион в сторону всадника-шаддица. — Он и его товарищи станут твоими телохранителями на поле боя.
— Отлично.
Я выбрал всех смуглых всадников взглядом, направил запрос и…
«Запрос отвергнут».
Шаддинец повернулся к Стилиону и произнес:
— Пусть он узнает наш долг.
— Эти всадники не часть легиона. — заявил Стилион. — Они мои люди, задача которых в целости и полной сохранности доставить тебя в Мелиодан, если… Сражение обернется не лучшим образом.
— Понял. Но так дай мне над ними контроль. Мне будет проще их использовать.
— Использовать их не надо. — возразил Стилион. — Ими надо воспользоваться как последним шансом. Поэтому они останутся вне твоей власти, стратег. Несмотря на бледную кожу и тихий голос в тебе горячая кровь.
Это он так красиво назвал меня дебилом? Скорее всего. А Стилион продолжал:
— Ты азартен и самоотвержен. Подобные люди готовы все ставить на кон, забывая про осторожность. Я многих таких видел. Немало пустил в расход. Но, стратег… Твоя жизнь — ценность в масштабе всей Империи. Так что эти всадники твои телохранители, а не конный резерв. Да хранят боги храбрецов. Удачного боя.
— Постой. Но хотя бы те цестинские всадники и лучники…
— Нужны мне как личная охрана и эскорт для перевозок серебра. У тебя развивается нехорошая привычка пользовать чужие вещи. Так зазеваюсь и ты мою тогу порежешь на шейные платки для солдат.
И актуарий был таков.
Я посмотрел на отряд в полсотни всадников. Сначала просто, а затем через режим стратегии.
Шаддинские легкие саваран
Штурмовая конница.
Стрелковая конница.
У каждого кольчуга, усиленная пластинами, составной лук, несколько дротиков, одноручная пика или длинный меч. Годны как для дальнего, так и для ближнего боя. И это легкие всадники? Что же тогда представляют из себя тяжелые?
Шаддинец смотрел на меня волком. Похоже сам не горел желанием стать нянькой «буйного» стратега. И почему у Стилиона обо мне такое мнение сформировалось? Горячая кровь. Это же надо так… Ранее никогда не слышал в свой адрес подобных слов. Все же это он так меня завуалированно идиотом окрестил.
Остаток дня я провел наблюдая за выполнением своих указаний по укреплению побережья и отбиваясь от знати. Все они считали важным пообщаться с новым стратегом. И чем больше, тем лучше. К вечеру усталость навалилась сто тонным прессом. Не только от дней марша и подготовки к бою. От всего моего путешествия, начиная с Терта. Бесконечная тряска по камням, ночной холод и дневная жара, затем тяжесть доспехов и ощущение постоянной угрозы. В том мире я иногда развлекался походами. Их прелесть в том, что за напряжением сил следует отдых. Ты вываливаешься уставший и пыльный из электрички или паркуешься у дома, заносишь в квартиру здоровенный рюкзак, а дальше все… Душ, чай да кровать.
Мой нынешний поход не имел обозримого конца. Я буду таскаться от шатров к чужим домам, носить килограммы стали и по восемь-десять часов проводить на марше. Не будет больше КФС, тупления сутками в комп и музыки в наушниках. Поход на всю оставшуюся жизнь…
А вокруг чуждый дикий мир. Здесь вся цивилизация — лагерь легиона да смотровая башня у моста. И на сотни километров леса, поля, травы и люди, живущие по законам каменного века.
Я смотрю на темные силуэты деревьев с высоты птичьего полета. Жду. Время от времени хочется вернуться. Просто ощутить свое тело, а там меня встречает боль. В мышцах, костях, голове и желудке. Спасибо, с меня достаточно. Снова я бесплотный парю над лагерем, где по-моему приказу почти не горят костры. Можно разглядеть как…
«Войска атакованы».
Началось.
Ни я, ни редкие дозорные застрельщики у реки не заметили приближения врага. Велиты новобранцы обратились в бегство, даже как следует не разглядев с кем имеют дело. Лишь несколько вражеских точек подсветила мне система. А в темноте варваров было намного больше. Поражали бегущих велитов летящие копья. Оставалось дивиться точности врагов. Впрочем, они жили у моря, били моржей и тюленей. Подкрадываться, метать дротики, докалывать — все это положено уметь хорошему охотнику. А то, что Гераты в первый натиск пошлют лучших, я не сомневался.
 
Выделил одного и прочитал:
Племенной воин-ветеран Гератов
Нестроевые элитные застрельщики
Все верно. Охотники. Сотня? Две? Сколько их там? Темные фигуры в меховых шапках и коротких плащах. Почти как в том дурном сне. Идут группами и через мост, и со стороны воды. Они и реку пересекали? Вот это странно. Мы должны были их заметить.
Без труда разогнав велитов, Гераты занимают переправу, топчась по срытому редуту Тилля. Это укрепление могло их остановить, но я от него избавился. Все больше варваров проникает через мост. Некоторые начинают рассредотачиваться по местности. Вьются около башни и частокола.
Кажется, пора.
Как же хорошо работают мои способности. Не нужно ни сигнальных ракет, ни костров, ни боевого рога. Ничего, что могло бы предупредить врага о надвигающийся опасности. Просто из-за небольшой рощи на берегу выруливает почти полторы сотни кавалерии и несётся к мосту. Всадники из моих турм при поддержке городской знати отсекают путь к бегству. А навстречу врагу со всех остальных сторон уже идёт железная стена легиона. Пусть стена пока не в лучшей форме. Пусть солдаты плохо держать строй, да и опыта ноль. Но там почти тысяча легионеров, которые уже кое-что умеют.
Где нет угрозы задеть нашу кавалерию, отдаю приказ о начале обстрела дротиками. Да… Моржа никто из моих бы не забил на охоте. Но это война. И решает теперь не столько мастерство, сколько выучка. Несколько сотен племенных воинов накрывает град дротиков. Они теряются. Кто-то кидается вперед на строй, к своей смерти, другие кружат около башни, третьи бегут к реке. С укреплений уже работают лучники и пращники гарнизона. Бой обращается бойней.
Если бы остались укрепления Тилля, то Гераты не решились бы пересечь реку или отступили с небольшими потерями, а то и без. Я сделал все, чтобы убедить врагов в нашей беспечности и слабости. Сокрыл за лесом основной лагерь легиона, оставил на переправе только лёгкую пехоту велитов с приказом при первой опасности бежать. Около тысячи бойцов попеременно дежурили в боевой готовности за пределами лагеря. И варвары клюнули. Они полезли брать переправу. Ловушка захлопнулась. Теперь несколько сотен их будут перебиты.
Я осмотрел мост. Подкрепление к варварам не подходит. Лишь бегут туда разгромленные силы.
Выйдя из режима стратегии, я впервые за долгое время ощутил удовлетворение. Хоть что-то пошло по плану. Не скажу, что он был гениален, но Геноций и многие центурионы одобрили. Если можно дать врагу по голове, то надо бить покрепче. Легиону нужна первая победа. Как вода семечку ему нужна вражеская кровь, чтобы из зачатка стать армией.
Я поднялся на вершину башни. Прохладный ветерок касался лица. Шум побоища, конечно, гремел в ушах, но можно было испытать некую расслабленность. Пока все. И не так уж страшно было. Гераты, действительно, дикари среди дикарей. Малочисленные, плохо вооруженные, лезущие без всякой организации.
Над рекой поднимался легкий туман. Начинало светать. Мрак ночи обращался сумерками. Я протяжно зевнул. Гады решили ударить под самое утро. Кажется, в это время человек наименее активен. Температура тела ниже, сон крепче. Все же расчет и организация на уровне первобытного мышления у них имелись. Однако мы оказались…
 
Мысль моя оборвалась, словно перетертый трос моста над бездной. Расслабленность испарилась. Я несколько раз как мог прищурился, а затем перешел в режим стратегии. К сожалению, потрепанные техникой прошлого мира глаза не ошиблись. На том берегу к реке толпами стягивались темные силуэты. Они жались к лесу, копошились в речном камыше отмелей. Их копья и дротики казались не толще иголки. Тысячи человеческих жизней, взглядом сверху обращённые в муравьев. Тысячи врагов, пришедшие по мою душу. Пара сотен у моста? То была малая капля грядущего моря крови.