На коленях перед врагом (СИ)

Боль, страх, обреченность, счастье, экстаз и невыразимая, пугающая, ужасная по своей неправильности нежность. Рон ловил себя на мысли, что наблюдает за маленьким аргентинцем, а на губах натягивается глупая, абсурдная в своем счастье улыбка.
Он стал различать весь спектр эмоций, которые излучал Месси. Например, Рон знал, что если Лео прикусывает нижнюю губу, то это означало, что в голове у мелкого идет напряженный мыслительный процесс. Если вдруг он прикрывал глаза и запускал пальцы в волосы, то это говорило о том, что Лео чем-то обеспокоен. А если темно-коричневая радужка глаз темнела, а на светлой коже появлялся румянец, то мысли распущенного барселонца приобретали вполне себе не невинный характер.
Рон ловил на себе такие взгляды Месси. Каждый раз, когда эти темные глаза останавливались на его лице, то три самые яркие и самые запоминающиеся эмоции тут же становились видны. Лео одновременно прикусывал губу, краснел, а расширившиеся зрачки моментально вытесняли теплый, золотистый цвет, становясь черными и настолько глубокими, что Рон непроизвольно вздрагивал.
Он знал, чего хочет Лео, и обычно хотел того же самого. И это пугало до чертиков. Сметало все преграды, сносило запреты. В такие моменты становилось совершенно не важным, что в Мадриде его ждали Ирина и маленький сын. Что перед ним был его враг. Мужчина. Самое противоречивое создание этого мира. В такие моменты ненависть вытеснялась всепоглощающим, острым, почти болезненным желанием взять, присвоить себе, владеть, покорить и властвовать над человеком, который лишил покоя его тело и душу. Он хотел, чтобы Лео чувствовал то же самое. Всю эту боль, неуверенность, ярость. Эту непостижимую, неправильную, но такую нужную любовь, которая поселилась там, где до этого жила лишь пустота.
И это было настолько сильно, настолько завораживающе и ярко, что Криш не мог сопротивляться. Как не мог, по всей видимости, и Лео.
Они набрасывались друг на друга, словно оголодавшие волки. Было совершенно неважно, где происходил этот всплеск животной, отчаянной страсти. Момент – и одежда уже летит в разные стороны, а сильные, тренированные тела сплетаются в извечном танце. Борьба за доминирование, стоны, яростные толчки и абсолютно лишенные нежности ласки.
Наказать.
Заставить мучиться.
Страдать.
Чувствовать.
Рон понимал, что каждому из них больно по-своему. Они оба боятся, но никто не в состоянии отказаться от того, что могут дать друг другу только они.
И это ощущалось словно тупик. Грань, за которую переступить - значило рискнуть. Причем никто не мог назвать подобный риск оправданным.
Поэтому все, что им обоим оставалось – это ждать.
Из отведенных им четырех дней минуло три. Завтра последний вечер наедине. Последний шанс на то, чтобы или свернуть с этой дороги, или отпустить тормоза и с закрытыми глазами мчаться вперед, не зная, что впереди - бетонная стена или пропасть.
Рон боялся этого ощущения полета, но знал, что рано или поздно придется остановиться и осмотреться.
Пора было делать выбор.
И черт бы его побрал, если он знает, какая сторона перевесит.
========== Осознание. ==========
Время за городом, вдали от шумных и суетливых улиц Мадрида тянется медленно. Оно как будто периодически застывает, вяло сменяя жаркий полдень на прохладный, приятный вечер.
Криштиану впервые за очень долгое время оказался столь далеко от привычного, никогда не спящего мегаполиса, что сейчас с трудом привыкал к размеренной и спокойной жизни в уединении.
Вокруг было тихо, мирно и единственное, что нарушало покой двух отдыхающих футболистов это громкое пение птиц и плеск переливающегося озера.
Их никто не беспокоил. Не было никаких звонков телефона, никто не стучал в дверь, никуда не звал, не нужно было мчаться на каждодневные тренировки и, тем более, отвечать на назойливые, бестактные вопросы журналистов. Была лишь тишина и полное спокойствие, способствующие умиротворяющим размышлениям.
  
За несколько дней Роналду привык к окружающей обстановке и просто стал получать обычное человеческое удовольствие от того, что все проблемы, пусть и всего на несколько дней, остались в Мадриде.
Но существовала еще одна, которую нужно было решить в ближайшее время. И звалась она - Лионель Месси.
Криштиану наблюдал за Лео. Он никогда бы не признался в этом даже самому себе, но он постоянно следил за маленьким аргентинцем, пытаясь прочесть его мысли, понять, о чем он думает. Обычно это не приносило никаких плодов, ибо темный, лукавый взгляд Месси, как обычно, излучал веселье и, казалось, что он прекрасно понимает, что именно происходит с Кришем.
Но Роналду интуитивно догадывался, что Лео выжидал. Ждал решающего хода именно от него. Португалец знал, что все предыдущие шаги в их странных отношениях обычно делал именно Месси, но то, что должно произойти сейчас, намного больше и масштабней того, что было раньше.
Они еще ни разу открыто не говорили о том, что между ними происходит. Они занимались сексом, подтрунивали друг над другом, обсуждали футбольные матчи, но никогда не касались темы личных взаимоотношений. Да и были ли эти отношения вообще? Какие в принципе отношения могли связать двух мужчин? Двух спортсменов, публичных личностей, две ожившие эротические фантазии половины женского населения земли? Правильно! Никакие. Но Криштиану больше не мог обманывать себя. Что-то внутри него определенно было по отношению к Месси. И осталось узнать, чувствует ли Лео нечто похожее.
Время нахождения в отпуске подходило к концу, и уже завтра утром Роналду и Месси должны были оказаться на пути в Мадрид. И в этот же вечер аргентинец улетит в Барселону, так как скорое возобновление усиленных тренировок ждет обоих парней, естественно, только после общения с руководством. И если Рон не рискнет завести нужный разговор с Лео, то снова вынужден будет оставаться в таком же положении, как и до приезда сюда. А это никак не входило в его планы. Пора было расставить все точки над І.
Поэтому, дождавшись вечера и увидев, как Месси устроился с привычной бутылкой пива на берегу озера, глубоко вздохнул и двинулся к нему.
- Привет, Ронни, - тихо проговорил Лео, даже не оборачиваясь. – Решил составить мне компанию?
- Что-то вроде того, - откликнулся Криштиану, опускаясь рядом на теплый песок. - Нам надо поговорить.
- Определенно надо, - хмыкнул Лео, даже не глядя на Роналду. – Но, разумеется, только в том случае, если ты действительно созрел для этого.
Криштиану повернул голову и впился глазами в четко очерченный профиль Месси. Тот смотрел прямо перед собой, на поблескивающее в слабом отсвете закатного солнца озеро. Барселонец был спокоен, расслаблен, а в уголках рта притаилась легкая улыбка.
Проскочила мысль о том, что Лео всегда знал и понимал намного больше того, о чем говорил, но Криш быстро загнал ее в глубину подсознания. Если сейчас он снова начнет думать о поведении Лео, то вряд ли этот разговор вообще состоится.
- Я просто хочу поговорить, Месси. Не усложняй это своим блядским характером. Давай все обсудим и покончим с этим. Я и так чувствую себя полным лузером…
- Не хочу нарушать твои иллюзии, Ронни, - привычно съехидничал Лео. - Но ты и есть полный лузер. Так что не велика беда.
Криш сцепил зубы и дал себе обещание не вестись на провокации мелкого аргентинца. Похер на его дурацкий язык и неуместные замечания. В морду он всегда успеет ему дать.