Ковчег Фабиана (СИ)

«Позорные клетки» приняли к себе «постояльцев».
Одна повозка повезет гномов в столицу, а другая, в сопровождении капитана Эвеля, отправит мальчишку в неизвестный до того Вальтальский замок. Где он останется до возвращения Таррона. По приказу короля Регеля, старый маг непосредственно примет участие в громком процессе против клана «Золотого Молота». Единственным главным свидетелем станет седой старик с древним посохом в руке. И никому не будет дела, что его воины сами вероломно напали на хозяев «Пивной Бороды».
Гномам не позавидуешь.
Да и свою судьбу, Сальват мог с большой вероятностью предположить.
Из Вальтальского, в сопровождении Таррона, его перевезут на Святую Землю, чтобы применить страшное и самое главное, запрещенное заклинание — память крови. В окружении опытных магов, Сальват умрет, жалея, что не захотел покинуть трактир, когда представилась такая возможность. Что не скрылся в ночной глуши, трусливо покидая заведение, вместо этого вступив в бой с Воинами Света.
И еще не известно, чья участь будет страшнее.
Бородачи непременно умрут на виду у разъяренной толпы. Но сына Джарета ждет поистине мучительная смерть. Остров Земли применит к нему все свое мастерство. Пустит кровь молодого парня на жертвенный алтарь, чтобы докопаться до правды.
И никакие Великие Боги не смогут их остановить.
Отряд королевской стражи раскололся на две части.
Первая — под руководством высокого воина в железных доспехах продолжила патрулирование приграничной территории, а вторая, под командованием капитана Эвель, приготовилась сопроводить несовершеннолетнего парня в Вальтальский замок.
Герцог и старый маг, в сопровождении вооруженного отряда в ярко-красных доспехах, готовились доставить гномов в столицу, как и гласил королевский приказ.
Впервые в жизни сын Джарета расставался со своими названными сородичами и покидал «Пивную Бороду», понимая, что никогда в жизни не вернется в это чудесное место.
Мало того, он больше не увидит Тули и Роти живыми.
О своей участи, он старался не думать.
— Я горжусь, что был другом твоего отца и воспитал такого чудесного парня! — «Позорные Клетки» все еще стояли вплотную друг к другу.
И слова Тули юноша слышал отчетливо.
А Роти добавил:
— А я горжусь, что был твоим другом, Сальват. Что ты терпел все мои ночные байки, которыми я травил тебя по нескольку раз на дню.
Слеза предательски просочилась сквозь сомкнутые веки.
Скоро клан «Золотого Молота» прекратит свое существование. Гномов признают посланниками Тьмы, и Нефритовые горы объявят вне закона. Какая участь ждет остальных гномов Тальгарда, трудно себе представить.
Как бы благосклонно король Регель не относился к хозяевам «Пивной Бороды», пособничеству Великой Тьме он никогда не простит. Никакие прошлые заслуги не перекроют того, что произошло этой ночью. Того, что Таррон сегодня поведал его брату.
И самое страшное, что в слова старого мага герцог Батаб действительно поверил. Он принял выдуманную историю за чистую монету. И как бы убедительно старейшина не успокаивал молодого юнца, отчасти это была и его вина.
Кто бы, что сейчас ни говорил, но он лично принял из рук Карабара ключ от ковчега, взяв в придачу большую горсть золотых монет. И можно долго спорить о том, что юноша делал все, как учили его поступать меркантильные гномы, но это будет слабым утешением.
Да, их жизнь непосредственно была связана с золотом.
И что в итоге?
Теперь они не владели ни тем, ни другим.
— Спасибо вам за все! — глаза Сальвата заблестели, когда повозки двинулись в противоположные стороны. — Я тоже был безумно рад жить рядом с вами. И никогда не забуду все, что для меня сделал клан «Золотого Молота». Простите меня и прощайте! Надеюсь, в следующей жизни, мы будем такими же верными друзьями!
Последние слова, юноша кричал, заглушая стук катящихся по дороге колес повозки.
Оба отряда довольно далеко отдалились друг от друга, но расстояние еще давало возможность видеть силуэты гномов сквозь плотный строй войска.
Кто кричал ему вслед, юноша не разобрал.
 
Разобрал только смысл, донесшихся до него слов:
— Не торопись умирать, Сальват! Тебе еще рано. Я это знаю!
«Позорная Клетка» скрылась за поворотом, уводя гномов прямиком в Китежар.
А потом и трактир исчез из поля зрения.
«Позорная Клетка», запряженная парой лошадей, неторопливо двигалась по проторенной тропе, в самое сердце Вальтальского леса. И выбраться из нее было невозможно.
Сальват внимательно оглядел замок.
Потом железные решетчатые прутья, составляющие каркас его временной обители.
Мастер кузнец постарался на совесть. Но, не это его смущало.
Даже если предположить, что каким-то чудом удастся выбраться наружу — что потом?
Одному против восемнадцати обученных королевских бойцов ему ни за что не выстоять. Люди Регеля вооружены до зубов, а у Сальвата в руках не было даже захудалого ножа.
Вместе с гномами, он не выстоял против восьмерых наемников. Можно, конечно, долго оправдываться, что большую роль в этом маленьком сражении сыграл Таррон, но это будет нелепой отговоркой. Воины Света были лучше подготовлены. И победа над кучкой неопытных гномов рано или поздно должна была закончиться разгромным поражением.
«Золотой Молот» при равной численности, не смог совладать со своим соперником. А уж безумного головореза, рискнувшего бросить вызов восемнадцати королевским всадникам, в помине не сыскать во всем Тальгарде.
Сальват разочарованно откинулся на спину, прильнув к деревянному полу повозки.
Глаза медленно закрылись, не хотелось.
Усталый взгляд отказывался верить в происходящее.
Он вдруг вспомнил Хагрима, с кем проводил тренировки на заднем дворе; Роти, от кого пришлось выслушивать выдуманные истории про пещерных троллей; Гимрина, чей эль ценился в каждом уголке Тальгарда. И всех остальных: Рабура и Бофура, Дварина и Дэрина и, конечно же, Тули.
Старейшину было жальче всего.
Кому еще предстоит ответить перед королем за их безрассудный поступок, произошедший почти двадцать лет назад.
Повозка уже преодолела порядочное расстояние. Это Сальват определил по дневному светилу, что спряталось за пышной листвой деревьев. Вальтальский лес становился все гуще, но тропа, по которой катила «Позорная Клетка» была все еще видна. Много лет ее натаптывали лошади герцога. Ведь это была единственная короткая дорога, соединяющая Вальтальский замок с «Пивной Бородой».
Где-то здесь, на потаенной опушке, Джарет сломал древнюю печать рекулы. Теперь, почти двадцать лет спустя, ковчег наконец-то открыт. Опасный ковчег, как все это время твердил маг с острова Святой Земли.
Сальват хорошо помнил слова Таррона. И все больше убеждался в его неизмеримой лжи.
Старый маг окончательно верил, что сражается за какую-то свою, никому непонятную правду. И в произнесенных словах присутствовало безукоризненное убеждение.
Откуда он знает о ковчеге, для юноши оставалось загадкой.
Фабиана никто никогда не видел. Один Джарет знал о всесильном маге. И Таррон каким-то образом вмешался в историю Тальгарда, подчиняя всех своей магии убеждения.
Почему этот старый хрыч знает о том, что для обычных людей является секретом?
Фабиан не хотел вверять ковчег магам Святой Земли. Хотя обратное было бы логичнее.
Тогда каким непонятным образом Таррон узнал о нем? Кто изначально рассказал ему об этой затее?
Напрашивался самый безумный ответ, что только приходил в голову — Святая Земля точно играла за противоположную сторону. Может, не вся. Но верхушка этого магического центра — действительно могла поклоняться Слугам Тьмы, как называл их сам Великий маг. А убедить в этом прямых союзников — было проще простого.
 
Герцог Батаб ни мгновения не сомневался в словах Таррона. Его разум подчинился. И пусть немаловажную роль сыграла магия убеждения.
Кстати, о магии!
Сальват ощутил знакомый горелый запах. И с каждым движением повозки, он становился все отчетливее и отчетливее. Словно незнакомая волшба манила королевский отряд в свои сети.