Ковчег Фабиана (СИ)

Мгновения замешательства хватило, чтобы юноша поднялся на ноги и сжал свои мощные кулаки. Его оружие вышло из строя, раскрошившись на мелкие кусочки.
Защищаться было нечем.
Но молодой парень не желал сдаваться.
Он мог бы броситься на убийц с голыми руками, восхваляя месть, но последнего шанса атаковать наемников ему уже не представилось. Сумасшедшей силы магическая волна ударила в его незащищенный мозг, отчего юноша схватился за голову с неистовым криком.
Таррон читал заклинание уже в полную силу.
У парня помутнело в глазах, и от запаха гари стало невозможно дышать. Будто кто-то сдавил его горло, перекрывая доступ свежего воздуха.
Краем глаза Сальват успел увидеть, как героически сражается Тули один против двух сильных соперников. Неутомимый Рабур с дорогим кинжалом в боку уже оставил все попытки подняться на ноги и помочь своим сородичам. И великолепный Хагрим с раной в животе, несовместимой для жизни, лежит на земле, удерживая крепкой хваткой двух воинов.
Лишь Роти, все еще сражался бок о бок со своим сородичем, хоть как-то обозначал ход битвы.
Гномов осталось всего двое.
Они из последних сил защищали неизвестный ковчег и ключ, который принес Карабар в «Пивную Бороду».
И долго это продолжаться не могло.
Двое бойцов старого мага уже освободились от железных объятий Хагрима и поспешили на помощь своим соратникам.
Пятеро подготовленных воинов в белых одеждах против двух гномов, сильно уставших, и едва сдерживающих невероятное наступление.
Поражение было обеспечено.
Скоро хозяева «Пивной Бороды» гордо падут от рук непобедимых бойцов, и жизнь в старом трактире навсегда закончит свое существование.
Но магу Святой Земли и этого оказалось мало!
Таррон, видимо, не хотевший больше рисковать жизнью своих людей, поднял древний посох над головой, и в его костлявых руках деревянный артефакт засветился ярким синим пламенем. Двор трактира озарил яркий свет, словно на улице был снова ясный день.
Заклинание явилось в Тальгард мощным ударом.
От сильной боли в голове, у Сальвата подкосились ноги.
Он беспомощно упал, словно его сразило оружие наемника.
И последнее, что парень успел увидеть сквозь пелену затуманенного взгляда — это отряд королевской стражи.
Солдаты Регеля быстро заполняли двор трактира. Юноша не успел заметить, чью сторону примут воины в голубых доспехах. Его сознание проваливалось в небытие и больше не подчинялось.
Необъятная Тьма окутала разум молодого парня, и он ей с легкостью поддался.
На сегодня магии было предостаточно.
  
Глава 3. Секрет Фабиана
 
… Вспышка. Вторая. Потом еще одна.
Сальват зажмурился, пряча глаза от нестерпимо яркого света. Казалось, сами Перворожденные Боги спускаются на землю, жестоко наказывая его за нелегальную сделку с молодым магом. Карабар выполнил свое предназначение, и теперь преспокойно покинул Тальгард, хоть и не по своей воле, оставляя главную заботу своему «последователю».
Четвертая вспышка была куда сильнее предыдущих трех.
Солдаты королевской стражи закрыли лицо руками, чтобы избавиться от безудержного света. Всю территорию трактира осветила неизвестная магия. Прокралась в самые потаенные уголки «Пивной Бороды».
И когда, сопровождая вспышку, появился шум в голове, стало нестерпимо больно.
Кто-то из стражников повалился на землю, больше не в силах терпеть такие издевательства. Большинство из них зажимали уши руками, не так сильно реагируя на яркий свет, как на гудение в голове.
Сальват ощущал и то и другое.
И в неизмеримо больших размерах.
Неизвестная сила проникла в его сознание, словно пыталась полностью взять над ним контроль. Парень ничего не слышал и не видел. Только этот неугомонный гул в голове и белое свечение перед глазами. Остальной мир для него перестал существовать. Находясь в пустом пространстве, юноша больше не ощущал твердую землю под ногами. Если это заклинание сработало по воле старого мага, то ему просто не было равных. Либо его поддерживают Боги Небесной Колыбели, либо он и есть сам Бог.
 
В следующее мгновение мир вокруг «Пивной Бороды» немедленно опроверг эту информацию. Яркая вспышка довольно прилично ослабила хватку, предоставляя Сальвату возможность, хоть и через туманную пелену, но кое-что разглядеть в этой суматохе.
Из этого состояния его вывел знакомый голос Таррона. Маг пытался остановить это безумие. Его слова медленно наслоились на царящий вокруг шум, больше напоминая стон отчаяния:
— Нет!
Похоже, один Таррон понимал, что сейчас происходит.
Его древний деревянный посох стремглав поднялся над головой, тоже изображая что-то наподобие белого света. Настолько слабого в отношении мира вокруг, что в его объятиях тот напоминал маленькую игрушку.
Сальват с трудом вглядывался в силуэт Таррона, боясь потерять из виду что-то очень важное. Сильно болели глаза. Слезы переполняли веки. А нестерпимый шум в голове стал уже просто невыносимым.
Таррон монотонно шевели сухими губами, читая свое заклинание. Оно направлялось теперь не на горстку гномов, а на неведомую силу, что сковала Тальгард в белом безумии.
На какое-то время юноша поверил в то, что маг с острова Святой Земли, сможет все это остановить, пока не произошло очередное непредсказуемое событие.
Сила, прорывавшаяся в наш мир, почувствовав сопротивление, обнаружила его источник и сразу же атаковала.
Теперь белая вспышка била прицельно.
В один момент маг оторвался от земли, принимая на себя ее удар, отлетел на несколько шагов назад, и приземлился на спину около поверженного Хагрима. Его открытый рот жадно хватал ночной воздух, не позволяя себе так глупо умереть.
Магическая рана появилась в груди Таррона. Она доставляла тому ужасные страдания, но не была смертельной. По крайней мере, он попытался подняться, чтобы дать новый бой неведомой силе.
Волею судьбы, оказавшись на земле возле умирающего гнома, он не сразу заметил, как бородач, истекая кровью, зло посмотрел на упавшего врага. Гном изобразил что-то наподобие зловещей ухмылки. За все время битвы, Таррон впервые оказался так близко.
И этот шанс нужно было использовать!
Превозмогая боль, Хагрим потянулся, издавая тяжелейший стон. Он больше похож был на рык раненого зверя. Рука потянулась к магу и схватила того за горло, еще больше перекрывая доступ свежего воздуха.
Таррон попытался вырваться из крепких объятий, но сделать ему это не удалось.
Приложив максимальное усилие, Хагрим сдавил трахею, заставляя врага обеими руками ухватиться за его запястье. Такой прием должен был на мгновение отвлечь руки противника. И незащищенный живот оказался во власти умирающего гнома.
Наставник Сальвата вынул кинжал из ножен своего же врага и воткнул его точно в грудь по самую рукоятку.
— Умри, старый колдун! — предсмертные слова бородача гордо прозвучали в ночном воздухе Приграничья.
И в этот самый миг, призрак Принцессы мертвых мелькнул над их головами. Душа умершего мага медленно отделились от тела. Взмыла в ночное небо и перешла во владения новой хозяйки.
А яркое свечение, почувствовав, что сопротивления больше нет, тотчас потухло, возвращая миру те краски, в которых он существовал все это время. Как будто бы ничего и не произошло…
— Живой?! — голос доносился откуда-то издалека.
Такой тихий, что Сальват не сразу сообразил, что обращен он был именно к нему. Складывалось ощущение, что с ним разговаривали сами Создатели.
«Великие Боги решили удостоить его вниманием?».
 
И тут же нашелся ответ: «Неужели это конец, и он на краю Царства мертвых»?
Нет!
Этого просто не может быть!
Нужно срочно выбираться отсюда!
Сальват хотел объяснить, что он еще в сознании. И умирать ни в коем случае не собирается. Но губы предательски отказывались подчиняться. Битва в трактире полностью лишила его сил, не давая возможности заговорить.