Демиург. Том 5 (СИ)

И казалось бы, вот она, конечная цель, но, естественно, ничего так просто не бывает.
В центре зала стояла группка демонов в доспехах, к которым из остальных коридоров, за исключением того, из которого вышел я, стекались местные демоны.
Было очевидно, что демоны группы А, то бишь князя Шатрафа, бьют морды и ломают рога поехавшим демонам группы Б, то есть барона Ситри, с целью не дать тем войти в сияющие золотом двери.
  
От чего я предположил, что сами князь с бароном уже попивают горячительные напитки в заветной комнате.
Или делают друг другу больно. Причём не словами.
Мне, конечно, было бы выгоднее посидеть у стеночки да понаблюдать, какая из команд выйдет в полуфинал, чтобы потом уже пробить… то есть добить победителей.
Однако голоса в моей голове звучали всё агрессивнее, отчего складывалось впечатление, что ещё немного, и они от убеждений перейдут к угрозам, и, соответственно, развязка уже близка.
Так что, прикинувшись случайным посетителем данной вечеринки, я, закинув дробовик на плечо и насвистывая нейтрально-весёлую мелодию, стал пробираться вдоль стенки, не привлекая к себе внимания.
И собственно, план работал на отлично. Правда, ровно до того момента, пока я не достиг одного из коридоров, извергающих демонов, не успевших со мной познакомиться лично.
Какая-то многоножка с рогами вместо того, чтобы заняться своим делом и валить соперников, резко затормозила своими крохотными ножками и плюнула в меня.
Я, по своей сути, человек не обидчивый и даже сделал вид, что ничего не произошло. Лишь погрозил пальцем и двинулся дальше, удачно выбрав момент, когда мимо меня проскочила очередная партия демонов.
Однако местная гопо-многоножка своего счастья не поняла, завизжала и бросилась отжимать мелочь… Причём привлекая внимание всех остальных участников соревнований.
— Ну вот оно тебе надо было? — спросил я у трупа, лишившегося верхней половины тела, после чего повернулся к демонам, что всё-таки заметили постороннего. — Чего уставились, спортсмены? Новый судья на поле. И хочу сразу предупредить, из всех карточек у меня одна. Вот, красная…
Я продемонстрировал на мгновение замершим демонам дробовик, а после принялся стрелять.
* * *
Чуть раньше
— Ты пришёл слишком поздно, Шатраф, — сидящий в кресле перед кристаллом барон даже не соизволил повернуться к вошедшему в святая святых Аллода. — Процесс запущен и не может быть остановлен. Сердце Аллода уже меняется.
— Сам процесс остановить я не могу, однако оборвать твою жизнь, предатель, всё ещё в моих силах, — мягко ступая по ковру, покрывающему весь зал, произнёс князь.
Даже несмотря на то, что его доспехи были массивны, Ситри слышал лишь хриплое дыхание соперника. Тот наверняка потратил очень много сил, прорываясь к месту ритуала.
— И кого же я предал по-твоему? — барон всё же повернулся к Шатрафу.
— Меня, своего господина. Ты посмел усомниться в моём праве создать новый мир. Ты также подбивал остальных на соперничество. Ты думаешь, я не знал об этом? — князь, державший в руках длинный меч с изогнутым клинком, сделал несколько шагов в сторону противника.
— Арус давно погиб, и те правила, которым мы были вынуждены подчиняться, исчезли вместе с ним. Система освободила нас от них, как и от тебя, — на лице Ситри мелькнула улыбка. — Ты как идиот решил, что все демиурги будут подчиняться тебе лишь потому, что ты до этого возглавлял нас. И сколько же по итогу осталось с тобой? Молчишь? А я скажу. Ни единого.
— Это всё твоё влияние и Системы! — князь дёрнул головой, прекрасно понимая всю глупость вырвавшихся слов.
— Ну-ну. Ты по-прежнему всё такой же самовлюблённый дурачок, — ухмыльнулся барон. — Знаешь, пускай Система и забрала у нас мир, и из-за неё и одного ублюдка я лишился дочери, однако она делает важное дело. Система делает нас свободными. При этом даруя право выбора. Вот как у меня сейчас…
— Ты не собираешься восстанавливать Арус? — внезапная догадка озарила Шатрафа. — Ты, как и Уфир, собираешься остаться здесь!
— Естественно! Зачем мне какой-то жалкий мирок, когда я смогу жить вечно, с каждым витком становясь всё могущественнее? — Ситри указал пальцем в сторону кристалла. — Семя посажено. Как только кристалл полностью впитает его, моя власть среди демонов этого витка станет неоспорима. Я подчиню их всех, после чего поведу за собой на завоевание других рас. А там, после завершения цикла, поднимусь выше, на следующую ступень.
— Но это вечная борьба! Думаешь, там будет проще? Уфир, Ордан и другие такие же древние твари плетут интриги и воюют столетиями друг с другом. И что-то незаметно, чтобы они достигли своей цели…
— Им не хватает свежей крови…
— Крови? Или мяса для развлечения? Если ты рассчитываешь на помощь Уфира, так вспомни, что фактически он давно не демон, — оборвал Ситри князь. — Он — существо Системы и мыслит совершенно другими понятиями. Пусть мы и схожи внешне, но мы из разных миров и для него не более чем дальние родственники. Очень дальние. Которых совершенно не жалко.
— И что? — спросил Ситри. — Мне точно так же не жалко будет его. Я не идиот и понимаю, что Уфир что-то задумал. Ведь именно он доставил мне Семя и научил, как посадить его так, чтобы Система предложила остаться здесь, а не восстановить мир.
— Тогда на что ты рассчитываешь? — прорычал князь. — Ты осознанно идёшь в ловушку, расставленную им.
— Не держи меня за идиота, Шатраф, — начал злиться Ситри. — Я заключил с ним договор, и Система приняла его. Едва я выиграю гонку среди нашей расы, старый демон не сможет причинить мне вред без последствий для себя.
— И что же он потребовал взамен? — поняв, что разговорами здесь уже не справиться, князь поднял меч, руны на котором стали приобретать кроваво-алый цвет.
— Оказать ему помощь в борьбе с его старым врагом, Прядильщиком, — ответил Ситри.
На несколько секунд взгляд барона затуманился, и князь понял, что тот переключался на интерфейс.
— Орданом? — вслух произнёс Шатраф.
Теперь демону стало понятно, чего этот тёмный так переживал и заранее сообщил о планах мятежника. Прядильщику явно не хотелось, чтобы барон примкнул с новыми демонами к силам Уфира.
Выходило даже несколько забавно, представитель враждебной расы попытался помочь князю, чтобы тот спас свой народ и мир. Впрочем, похоже, Ордан всё же прогадал. Уж слишком поздно он сообщил важную информацию.
— Он самый, — кивнул барон. — Уфир опасается, что как только этот виток завершиться, старшие начнут разборки между собой, и на счету будет каждый воин.
— И ты хочешь пустить в мясорубку всех, кто тебе доверился? — ужаснулся князь.
— Нет конечно, я хочу вернуться в мир, в котором ты будешь править, а я в лучшем случае сразу отправлюсь на плаху, — с издёвкой произнёс Ситри. — Впрочем, зная тебя, быстрая смерть мне не грозит.
— Значит, ты умрёшь здесь! — произнёс Шатраф, резко ускоряясь и опуская рунный меч на голову спокойно стоящего противника.
Однако тот внезапно очутился на пять шагов левее.
— Неужели ты думал, что сможешь убить меня в моём же замке? Более того в зале, где хранится самое ценное для любого демиурга? — рассмеялся Ситри и щёлкнул пальцами.
В ту же секунду на полу, стенах и даже потолке проступили многочисленные пентаграммы, переливающиеся алым и оранжевым.
— Я годами выстраивал защиту…
Договорить барон не успел, так как голова стоящего перед ним князя внезапно превратилась в облачко кровавой пыли, а спустя мгновение и он сам оказался отброшен мощными ударами в туловище и голову.
— Что… — пытался произнести ослепший барон, однако вместо этого удалось выдавить из себя лишь невнятное бульканье.
— Годами он, гений, защиту выстраивал… А сделать так, чтобы двери автоматически блокировались, не догадался… Вот и шляются тут все, кто ни попадя, — сквозь темноту, полную боли, услышал барон незнакомый голос.