В оковах бездны (СИ)

— Татьяна Олеговна, я бы вам посоветовал остаться у нас на пару дней, чтобы мы смогли за вами присмотреть. Меня настораживает ваше эмоциональное состояние. Чуть позже придет к вам психолог, обязательно пообщайтесь с ней.
— Спасибо, мне уже лучше. У вас я не останусь, хочу домой, — сказала, бросив на Игоря жесткий взгляд, и добавила. — Хочу вернуться к родителям. Одолжи телефон. Позвоню им, чтобы они приехали и забрали меня.
— Тань, я не говорил твоему отцу о том, что случилось, — насторожился Ларин.
— Раз не хотите оставаться в больнице, тогда подойдите в ординаторскую за выпиской, — сказал доктор и вышел из палаты.
— Хорошо, что не говорил папе, не хватало, чтобы у него сердечный приступ случился, — пробурчала я.
— Тань, не дури. Домой нельзя. Люди, которые за твоим отцом следят намного опаснее Алмазова. Тебе мало приключений в жизни? Скажи спасибо, что цела и невредима, а ведь могло произойти все, что угодно, — злился Ларин, вышагивая из угла в угол по палате.
— Спасибо, — съязвила я. — Тебе разве не плевать? Ну, убьют меня, тебе-то что? Мы ведь никто друг другу. Скажешь моему отцу, что я сбежала, что не смог остановить, да все, что угодно. Он не вправе тебя заставить силой меня удерживать. Так что я еду домой.
— Тань, прекрати меня раздражать. Ночь была тяжелая, не собираюсь выслушивать твои психи. Забери выписку, и поедем домой, — зарычал Игорь, а я хмыкнула.
— Ларин, это ты меня раздражаешь. Ночь у него тяжелая была, — передразнила я, закатив глаза. — Это не тебе вкололи какую-то дрянь в организм, это не тебя пытались изнасиловать и убить.
— То есть это моя вина? Если бы ты сидела дома и не рвалась в этот чертов клуб, ничего бы не случилось. Ты как магнит, притягиваешь к себе неприятности, — раздраженно бросил в ответ Игорь.
— Работу и дом я не смешиваю, — я передразнила Ларина. — Лжец! Ты сам себе врешь! Тебя просто бесит то, что я волную твою кровь. Хочешь поддаться чувствам, но не можешь, потому что сам себя загнал в какие-то рамки и правила.
— Не льсти себе, Танечка, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Как же с тобой сложно!
— Это со мной сложно? Кто бы говорил! — хмыкнула я. — То целуешь, то делаешь вид, что ничего не было. Ты уже определись, чего хочешь от жизни. В клубе, когда мы танцевали, ты желал меня, даже не отрицай, я это чувствовала. А сейчас снова включил зануду.
— Обычная физиология, — больно ужалил меня своими словами. — Я здоровый мужчина, естественно, что отреагировал на твои откровенные прикосновения. Я же не железный. Не знаю, в каких облаках ты летаешь, но не строй иллюзий. Как только пройдет суд, ты переедешь обратно к родителям, — жестко проговорил он, а я прикусила губу.
Внутренности сжались до боли. Пыталась удержать эмоции. Не собиралась показать ему свою слабость. Бесит! Как же он меня бесит! Ненавижу или люблю? Запуталась! Почему так сложно?
— Как ты меня нашел? Сережки работают? — перевела я тему.
— Через семь минут я проверил на телефоне твое местонахождение. Каково же было удивление, когда датчик показал движение. Я не мог понять, как такое возможно. Спросил о тебе у выходящих из уборной девушек, а они ответили, что не видели тебя. Когда я вошел в туалет, наткнулся на наркоманку, она, увидев меня, побледнела и почему-то сорвалась с места. Это вызвало подозрение. С чего бы ей пугаться? Могла вместо этого наорать на меня, что это женский туалет. Она помчалась в комнату с умывальниками, а я за ней. Не дал ей заскочить в подсобку. Ну а потом мы с Никитой надавили, и она раскололась, призналась, что тебя выбрали для игры. Мы вызвали подкрепление, надеялись, что успеем. Долго не могли вскрыть люк в полу. Наркоманка вырубилась то ли от передоза, то ли от страха и не успела рассказать, как открыть этот адский проход.
— Теперь улик хватит, чтобы засадить этих психов за решетку? — уточнила я.
— Да. Никита сказал, что на дисках видеозаписи о том, как издевались и убивали невинных людей, так что всем участникам светит тюрьма. Завтра тебя будет допрашивать следователь, тебе придется дать показания в суде.
 
— Хорошо, — сухо ответила я.
— Тань, еще ответь на вопрос. Ты нож всадила в спину одному из тех недоносков? — уточнил Игорь, как-то странно на меня посмотрев, будто я была преступницей.
— Да, воткнула ему лезвие между лопаток, — спокойно ответила, пожав плечами. — А что? Должна была смиренно ждать, когда он меня изнасилует? Я импровизировала. Согласна, что план был так себе, но у меня голова плохо работала, вообще удивительно, что хоть что-то придумала. Другие пленницы вообще только и делали, что рыдали.
— Тань, ты понимаешь, что тебе бы срок дали, если бы ты его убила? — серьезно проговорил Ларин, а я судорожно сглотнула.
— За то, что оборонялась от психа? Если бы хотела его убить, воткнула бы нож в шею, там артерий много, мгновенно бы умер. Я всего лишь собиралась его ослабить. Вообще не понимаю, к чему все эти вопросы.
— Алмазов может воспользоваться этим, так что будь готова дать четкие показания в суде, — заявил Ларин.
В кабинет вошла психолог, очень милая женщина. Она улыбнулась мне, бросила выжидающий взгляд на Игоря. Он будто ее мысли прочел.
— Буду за дверью, — сказал он на ходу, оставив меня наедине с психологом.
Она задала мне много вопросов, что-то записала, побеседовала со мной, а потом ушла. В палате появилась медсестра и вытащила из моей руки иглу. Мне совершенно не хотелось находиться в больнице, поэтому сползла с кровати и в больничной сорочке решила отправиться в ординаторскую, чтобы забрать выписку. Однако стоило выйти в коридор, как наткнулась на Ларина. Зарычав, он схватил меня под локоть и затолкал обратно в палату.
— Куда собралась? — спросил с раздражением. Началось!
— Отпусти меня. Психолог сказала, что со мной все хорошо, что я уже оправилась от стресса. У меня железные нервы. Так что я возьму назначение доктора и поеду домой к папе. Я могу и дома отлежаться, чтобы полностью восстановиться, — ответила ледяным тоном, одарив Игоря колючим взглядом.
— Твой отец сейчас очень занят, он итак переживает из-за предстоящего суда, не надо его волновать еще больше, — рыкнул на меня Ларин.
— Ты просто боишься, что мой отец разочаруется в тебе. Ведь ты допустил оплошность, когда меня выкрали у тебя из-под носа, — съязвила я.
— Вернемся домой, посажу тебя на цепь, чтобы точно никуда сбежать не смогла, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— Варвар, — хмыкнула я.
— Дуреха, — ответил он.
Я чуть не лопнула от бешенства, задыхаясь от возмущения и желания придушить Ларина. Мы метали молнии, хорошо, что санитарка вошла в палату, а то мы точно бы убили друг друга.
Что там Игорь про вещи говорил? Катерина купила? Взглядом заскользила по палате и заметила на подоконнике пакет. Схватила его и вытащила оттуда юбку и футболку. Не стесняясь присутствия Ларина, стащила с себя ночнушку и отправилась в душ, который находился в палате. Игорь, выругавшись, резко отвернулся, я лишь хмыкнула и прошла мимо него. Освежилась, натянула на себя новые вещи и вернулась к Ларину.
— У твоей Кати отличный вкус. Передай ей спасибо за вещи, деньги потом ей занесу, где она работает, знаю, — проговорила, стягивая волосы в тугой хвост.
— Я уже отдал ей деньги, — сухо ответил Ларин.
— Тебе ничего возвращать не собираюсь. Это будет для меня моральной компенсацией, — заявила я, услышав, как хрустнули кулаки Игоря.
— Прекрати бесить меня, — зашипел он.
Бросила на него взгляд исподлобья. Ларин подобрался, губы сжались, на скулах желваки ходили, а в глазах молнии сверкали.
Я вздернула подбородок и направилась к двери, вышла в коридор и растерялась. Где ординаторская? Спросила у проходящего мужчины, он указал направление. Забрала выписку, послушала наставления о том, какой курс лекарств пропить и вышла из кабинета. Уверенной походкой прошла мимо Ларина. Чувствовала на спине его тяжелый взгляд. Когда вышла из здания больницы, Игорь ухватил меня под локоть и силой затолкал в такси. Назвал свой адрес водителю, и машина тронулась с места.