Надежный тыл (СИ)
— Мама⁈ — удивленно переспросила Кира.
— Живо, собралась и за мной! — рявкнула я на дочь.
— Мам, я не пойду, — Кира отступила на шаг назад, глядя на меня с обидой и болью.
— Пойдёшь. Не пойдёшь — побежишь! — рыкнула я, чувствуя, как меня захлёстывает гнев. — Ты, Кира, совсем тупая стала? Или слепая? Тебе нравится, когда тебе задницу подтирают? Это сейчас эта дрянь такая белая и пушистая, песни тебе про твой талант поёт. А ты не помнишь, что сказали профессиональные учителя, когда твои рисунки увидели? Ты — не художник, Кира!
Кира замерла, её глаза расширились, а губы приоткрылись, как будто она не верила своим ушам. Но меня уже несло. Я знала это, чувствовала, что переступаю черту, но не могла остановиться.
— Ты умная, талантливая, но не в этом! И она говорит тебе то, что ты хочешь слышать! — мой голос становился громче, пропитываясь горечью. — Она просто играет с тобой! Ты думаешь, она заботится о тебе? Да она строит планы, Кира! Окучивает тебя, пока ты глотаешь её лживые сказки. И ты этого не видишь?
— Хватит! — Кира почти закричала, её голос дрожал от гнева и слёз. — Почему ты всегда должна всё разрушать, мама⁈ Почему ты никогда не можешь просто… просто послушать меня? Ты даже не спросила, чего я хочу!
Алина качнулась в сторону Киры, но Лика, моя верная Лика быстро преградила ей путь, схватив стакан с грязной водой из-под красок, и выливая его прямо на синее платье.
— Упс…. Извини…. Случайно….
Вода потекла по платью Алины, оставляя грязные разводы. На её лице промелькнуло удивление, сменившееся мгновенной холодной яростью. Но она быстро взяла себя в руки, стоило только заметить взгляд Киры, направленный на неё.
— Ничего страшного, — сдержанно произнесла Алина, отступая на шаг и пытаясь сохранить достоинство. — Такое случается.
Кира выглядела растерянной, её глаза метались между мной, Алиной и Ликой. Она хотела что-то сказать, но явно не знала, как отреагировать на происходящее.
— Лика! — я произнесла её имя, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля, но она только повернулась ко мне и невозмутимо пожала плечами.
— Ну, она же хотела быть ближе к реальности, — язвительно сказала Лика, бросив взгляд на Алину. — Вот, пожалуйста. Реальность. Никаких сказок.
Алина окинула её ледяным взглядом, потом посмотрела на Киру, которая стояла с растерянным видом.
— Кира, — спокойно, но с ноткой властности произнесла Алина, игнорируя перепалки вокруг, — иди в кабинет отца.
— Не смей, — рыкнула я, сделав шаг вперёд. Гнев прорвался наружу, голос звучал низко и угрожающе. — Не смей приказывать моей дочери. Она идёт со мной.
Алина повернула ко мне голову, её лицо было абсолютно спокойным, но в глазах вспыхнула сталь.
— Анна, — начала она, словно объясняя очевидное капризному ребёнку, — я не приказываю. Я рекомендую. Для её же спокойствия.
— А мне плевать, как ты это называешь, — перебила я, чувствуя, как от гнева и боли внутри всё сжимается. — Ты не имеешь никакого права ни говорить за неё, ни направлять её.
Кира, стоявшая между нами, казалась на грани истерики. Её взгляд метался от меня к Алине, и я видела, как на её лице борются гнев и страх.
— Мам, хватит! — наконец выкрикнула она. — Почему ты делаешь это ещё хуже?
— Я делаю хуже? — повторила я, указывая на Алину. — Она пользуется тобой, Кира. Она манипулирует тобой, пока ты этого не видишь. Я пытаюсь тебя защитить, а ты…
— А я не маленькая! — перебила она, её голос срывался. — Я могу принимать решения сама! Почему ты всегда думаешь, что знаешь лучше?
Я замерла, эти слова были как удар ножом. Но Алина, как будто почувствовав момент, решила подлить масла в огонь.
— Кира, — мягко сказала она, наклонив голову чуть вбок, её голос стал почти ласковым. — Если тебе нужно время, чтобы поговорить с мамой, оставайся. Но ты знаешь, что я всегда буду рядом, если понадобится поддержка.
Лика фыркнула, скрестив руки на груди.
— Ах ты, святая простота, — язвительно бросила она. — Только вот в глазах твоих видно, как сильно тебе хочется, чтобы Кира пошла с тобой. Аня права. Ты здесь красивый спектакль разыгрываешь!
— Лика, — произнесла Алина, всё ещё сдержанно, но с очевидным предупреждением в голосе, — не стоит вмешиваться. Кира здесь с разрешения Дани… Даниила Сергеевича.
Мне хотелось ударить её. По-настоящему. Не просто плеснуть водой, как сделала это Лика, а врезать со всей силы, так, чтобы она рухнула на землю и больше никогда не поднялась. Лживая, мелкая тварь, методично разрушавшая мой мир, мою жизнь, мою семью. В груди бушевала ярость, кипела отрава обиды и боли. Она была как яд, просачивающийся в каждую клеточку моего тела, выжигая здравый смысл. Казалось, что только этот удар мог бы стереть её наглую улыбку и вернуть хоть каплю справедливости в этот мир.
Внезапно Кира разрыдалась, падая на колени.
— Кира! — я рванулась к ней, видя, что и Алина дернулась всем телом, но остановилась.
— Не трогай меня! — закричала Кира, поднимая на меня заплаканные глаза, полные гнева и обиды. Её слова ударили, как пощёчина. Я замерла, но она уже вскочила, резко развернулась и вылетела из кабинета, хлопнув дверью так, что стены задрожали.
Я осталась стоять, не в силах сделать ни шагу, пока ярость не накрыла меня с новой силой. Повернувшись к Алине, я выплеснула всё, что переполняло меня.
— Будь ты проклята, шлюха! — выкрикнула я, срываясь на крик.
Алина медленно подняла голову, её лицо оставалось спокойным, но глаза стали холодными, как лёд. Вокруг кабинета уже стали собираться люди, привлеченные нашими криками и плачем Киры.
Кто-то подал сучке платок.
— Алина Геннадьевна….
Она молча покачала головой, но в ее зеленых глазах я отчетливо рассмотрела триумф. Откровенный, наглый триумф. И она была права — я только что полностью проиграла первую битву. Моя дочь рыдала, сотрудники компании шептались, а эта сука выглядела как хозяйка положения.
Но внутри меня что-то оборвалось. Боль и унижение уступили место гневу, чистой, пульсирующей ярости. Я почувствовала, как рука инстинктивно потянулась к бутылочке с водой, стоящей на краю стола. Не раздумывая, я схватила её и с размаху плеснула воду на её рабочий стол, заваленный бумагами, эскизами и её идеально организованными планами.
Брызги воды разлетелись во все стороны, покрывая дорогую бумагу разводами. Капли ударились о планшет, стоящий сбоку, и заструились по экрану.
Алина застыла на месте, её рот приоткрылся, а глаза на мгновение расширились от потрясения. Маска сдержанного спокойствия слетела с неё мгновенно, словно её сорвали. В её зелёных глазах заплясали бешенство и ярость, такой я её ещё не видела.
— Вы совсем спятили⁈ — прошипела она, её голос зазвенел, пропитанный негодованием. Она резко потянулась к столу, пытаясь спасти хотя бы часть документов. — Это же рабочие материалы! Эскизы! Вы в своём уме⁈
Я улыбнулась, но улыбка моя была мрачной, злой.
— Теперь ты почувствовала, что значит, когда разрушают то, что ты создаёшь? — произнесла я низким голосом, глядя ей прямо в глаза. — Приятно, правда?
Её руки дрожали, пока она поднимала пропитанную водой бумагу. Сотрудники за дверью тихо ахнули, когда поняли, что произошло. Но никто не осмелился вмешаться.
— Убирайтесь, — сквозь зубы процедила Алина, её голос сорвался на холодный рык. — Немедленно убирайтесь отсюда!
Я гордо развернулась, не дожидаясь, пока она повторит свой приказ. На этот раз это была не победа, но хотя бы реванш.
14. Алина
От бешенства у меня потемнело в глазах. Больше всего сейчас мне хотелось схватить эту спятившую бабу за её идеально уложенные волосы и несколько раз припечатать об стол. Представление об этом было настолько ярким, что я невольно сжала кулаки, чтобы удержать себя. Но, к счастью — ох, к счастью, — она, захватив свою хамоватую приятельницу, и покинула мой кабинет, оставляя меня одну с хаосом, который они здесь устроили.