Бэтмен возвращается

— А знаете, — Пингвин стал серьёзным, — ведь могло быть намного хуже. У меня из носа могла хлестать кровь.
Джош не понял.
Из носа — кровь? Что вы хотите сказать?
Пингвин ударил, быстро, зло, точно в нос. Давайте смейтесь теперь над ним. Пингвины, вскормившие его, обучили Освальда паре трюков.
— Достаточно, — сказал Макс, растаскивая дерущихся в стороны. — Оба хороши…
Он махнул толпе, чтобы все вернулись к работе. На минуту все забыли о Джоше. Тот, не теряя времени, грохнулся без сознания. Парень совсем потерял жизненные силы. Придётся Максу найти консультанта уровнем повыше, чтобы и дальше иметь дело с Пингвином!
Макс отвёл Пингвина в укромный уголок.
— Ты прав, — признал Макс, когда их не могли услышать.
— Мы упустили традиционное время выборов. Но официальным лицам могут выразить недоверие, они могут быть отозваны избирателями и получить пинка под зад. Вспомни Никсона, Мичема, Барри… — Он сделал паузу и затем указал на плакат над головой. — Теперь подумай о себе, Освальде Кобблепоте, заполняющем пустоту.
Но Освальд Кобблепот по-прежнему созерцал Джейн.
— Я бы лучше заполнил её пустоту, — пробурчал он.
— Нам необходимо собрать подписи, — настаивал Макс, — чтобы заново провести выборы. И я могу набрать их для тебя, Освальд.
— И научить её моему трюку «французский плавник», — твердил своё Пингвин. Удивительно, каким только чудесам не научишься, работая в цирке.
— Освальд, — упорно добивался своего Макс. — Нам необходима ещё одна вещь.
Пингвин прищурился. Ага, кабинет мэра — вот о чём они говорили, не так ли?
— Избирательная платформа? — догадался он. — Дайте подумать. «Остановить глобальное потепление! Начать глобальное оледенение!» Превратить мир в огромный ледяной шар…
— Идёт, Освальд, — с готовностью согласился Макс. — Но, чтобы добиться отзыва мэра, нам нужен катализатор, толчок, инцидент.
Да, думал Пингвин, мэр. Теперь, когда он привык к этой мысли, она стала ему нравиться. Даже более того. «Ваш стол готов, мэр Кобблепот». А как насчёт женщин? Женщин типа Джейн? Э, раз уж он мэр, у него будут отборные женщины.
— Ты нужен мне, Освальд. Ты нужен мне сейчас. Это самый большой «зонтик», какой я когда-либо…
— … Как пожар рейхстага, — продолжал Макс настойчиво.
— «Как Тонкинский залив»  [4].
О чём толкует Макс? Наверное, что Пингвин ещё не стал мэром. О'кей, он получит это место. В конце концов, он привык давать по двенадцать представлений на дню… Он выдержит всё что угодно.
Но прежде мэрства была работа. Грязная работа. Впрочем, Пингвин знал, кто с ней может справиться.
— А, понимаю, — догадался он, — ты хочешь, чтобы мои друзья — те, что наверху, — заставили мэра лопнуть от бешенства.
Макс усмехнулся шутке.
— Именно, — согласился он. — Но они всегда должны приходить и уходить отсюда только через вентиляционный ход, чтобы не вызвать подозрений.
Значит, Макс предлагает подпольный саботаж?
— Звучит забавно, — согласился Пингвин. — Но я…
Он колебался. События развивались так быстро, что он почти позабыл о своих истинных стремлениях.
Макс вопрошающе смотрел на него.
— Я не должен двигаться в объезд, — объяснил Пингвин. — У меня свои собственные…
— «В объезд»? — прервал его Макс. Он раскрыл объятия, словно хотел обхватить не только окружающие здания, но весь Готем-Сити. — Освальд, это твой шанс вернуть свою судьбу, в которой твои родители неосторожно тебе отказали…
Тут Макс прав. Что там говорил этот противный слюнтяй Джош?
— Рекламировать моё право на рождение, это ты имел в виду? — спросил Пингвин. Сейчас, когда он всё обдумал, фраза звучала очень неплохо.
Макс кивнул. Он стоял по-прежнему с распростёртыми объятиями.
— Представь, — он опустил одну руку, — к тебе будут прислушиваться массы. — Он опустил другую. — И у тебя будет доступ к управлению промышленностью. — Он раскрыл обе ладони и собрал их в чашу. — Неограниченные возможности!
Пингвин был впечатлён.
— Ты предлагаешь нелёгкую махинацию, Макс. — Он сделал паузу, достаточную чтобы осознать, каков его выбор. — Хорошо. Я буду мэром.
 
Он подошёл к выходящему на улицу окну, забранному тяжёлыми жалюзями. Просунув плавник в новенькой перчатке между планками, Пингвин посмотрел на вечерний Готем-Сити — город, который скоро станет его собственностью. Он сможет забрать себе всё: сначала офис мэра, а потом, когда весь Готем будет у его ног, свершит свою сладкую месть.
Пингвин улыбнулся и пробормотал всего три слова:
— Жги, малыш, жги.
  
20
 
Нет ничего забавнее цирка. И это было вдвойне справедливо, когда тон представлению задавала банда циркачей.
Шарманщик наигрывал весёлый мотивчик, а обезьянка танцевала и смешила остальную труппу. Музыкант нажал на поршень и из инструмента послышалось жужжание и скрежет. Обезьянка протанцевала к публике, чтобы собрать наличные.
— Ох уж эти деньги! — воскликнул шарманщик. — Они прожигают такую дыру в моём кармане!
Первый акт представления закончился. Во втором вышел толстый клоун и принялся рассказывать о разных злоключениях Пингвина.
— Ледяной каток был залит светом факелов. — Что бы он ни говорил, в его словах всегда чувствовались сарказм и ирония. И потом, почти без паузы, он продолжал: — Рапорты двенадцатого полицейского округа порицают граффити на стенах зданий и… ограбление аптек со взломом!
Пингвин сжал кулак в новенькой перчатке.
— Мне нравится пачкать плавники! — закричал он с триумфом. Пингвин выбросил кулак вперёд и закусил губу. — Двинуть кому-нибудь по шее. Съесть чью-нибудь любимую собачонку…
Тут он сообразил, что такое поведение не подобает мэру.
— Но ваши бесчинства в городе должны гармонировать с осторожностью, — заметил он. Ох-ох, тяготы власти. По крайней мере, они, эта банда, не будут вмешиваться в другие его дела.
Пингвин вернулся к телефонным книгам и блокнотным листам. Он должен добавить ещё несколько адресов к списку.
Готем-Сити засыпал.
Селина выглянула в окно. Откуда-то бежали люди, где-то завывали три или четыре полицейские сирены. Вдалеке бушевал пожар. Она услышала выстрелы — так близко, словно из-за угла.
Мисс Китти недвусмысленно мяукнула.
А почему бы и нет?
Селина быстро переоделась.
— Оргия секса и силы? — спросила она кошку. — Что ж, тогда, Мисс Китти, включи и меня.
Она выбралась на пожарную лестницу. Берегись, Готем-Сити!
Кэтвумэн вышла поточить когти.
Опоясанная ножами леди поигрывала топором, примериваясь к запертой двери магазинчика. Остальная шайка стояла вокруг, довольствуясь избиением беззащитных прохожих.
Из тени аллеи шагнул Бэтмэн.
Бандиты обернулись к нему в дьявольском приветствии.
Он потянулся к поясу и извлёк маленькое электронное приспособление, идеально подходившее к данной ситуации. Держа коробку в руках, он нажал на четыре белые кнопки, а затем на красную.
Женщина с ножами метнула клинок в грудь Бэтмэна. Лезвие застряло в эмблеме его армированного костюма. Бэтмэн вытащит его потом, когда выдастся свободная минутка. Он ввёл вторую программу в своё устройство.
Бандиты с боевым кличем всем скопом бросились на него. Бэтмэн нажал последнюю кнопку, и два крылышка выскочили по бокам коробки. Компьютерный Бэтеранг был готов заняться нападающими.
Бэтеранг вырвался из рук Бэтмэна и срикошетив о голову ближайшего гангстера, устремился к слдующему. Один-двое-трое-четверо нападающих и Леди с ножами рухнули под мощными ударами миниатюрного истребителя. Бэтмэн шагнул вперёд, Бэтеранг просвистел за спиной и достал пятого, который подкрадывался с тыла.
Потративший большую часть энергии Бэтеранг на бреющем полёте возвращался к Бэтмэну. Неожиданно из ближайшей подворотни выскочил пудель и, схватив Бэтеранг зубами, запрыгал обратно. Через секунду воришка и женщина в изодранном цирковом костюме уже бежали прочь по аллее.