Агент 000
– А вот это что? — показываю пальцем на широкую коробку, прилепленную к сверхпроводниковой катушке.
– Это силовой коммутатор, — подсаживаясь рядом, сказал техник, открывая притёртую крышку с коробки, крепёжные винты которой были удалены заранее. — Сюда тоже подавался жидкий гелий, и здесь сходятся вместе концы контура сверхпроводниковых обмоток, а вот отсюда идут провода к системе управления.
Я внимательно осматривал внутренности устройства. Надо же как, я до сих пор не слышал о возможности создания сверхпроводниковых ключевых элементов, судя по всему, рассчитанных на очень большие плотности тока. Да и вообще вся эта конструкция очень необычна. Материал, та самая серая керамика, из которой сделана обмотка, только что был официально открыт, будучи совершенно непригодным для более-менее серьёзной эксплуатации. Тут же он уже не просто используются по полной программе, но и управляются чем-то подобным, о существовании чего научная общественность мира пока не знает.
– Блок управления полностью уничтожен?
– Нет, посмотрите сами, — техник открыл ещё одну крышку, обнажая плату, утыканную микросхемами и другими компонентами, — пуля разрушила лишь малую часть устройства, это, судя по обломкам, внутренний преобразователь питания, если его починить, то остальную схему можно будет запустить. Детали тут обычные буржуйские, за несколько часов можно управиться.
– А вот этот разъём что здесь делает, какое его назначение? — указал я на очень знакомый мне
разъём, такой же, как используется в компьютерах для подключения мыши.
– Судя по всему, это последовательный интерфейс связи с другим доставшимся нам артефактом, вот посмотрите его, можете включить, он полностью исправен, — подал мне техник желтую коробочку, очень сильно напоминающую цифровой тестер с приделанным снизу блоком из прозрачного пластика.
Впрочем, это и был обычный немецкий тестер, доработанный в явно полукустарных условиях. Судя по всему, теперь это устройство предназначено для комплексного анализа параметров магнитного и электрического поля. А ещё одна дополнительная плата с микропроцессором и небольшой клавиатурой предназначена для передачи полученных данных в 'бомбу'. Сама 'бомба' собрана куда более качественно, но, судя по использованным в её блоке управления электронным компонентам, её могли собрать буквально вчера, купив широко распространённые детали на радиорынке. Правда, по остальной части конструкции, для изготовления которой требуется серьёзная лаборатория или даже целое производство, всё это изготовлено не в нашей стране. Значит реально проносить через порталы что-либо сложноустроенное всё же нельзя, можно и не пытаться пробовать. Мозаика мыслей в моей голове сложилась в осмысленный рисунок.
– Фёдор Степанович…, — кивнул я в сторону техника.
Тот понял мой намёк сразу.
– Говорите-говорите, Алексей Сергеевич, Пётру Викторовичу можно доверять полностью, он в курсе вашего проекта. Вы определили, с кем мы имеем дело?
– С гостями из будущего! — уверенно ответил я.
– Идёмте пить чай, — сказал Фёдор Степанович, ситуация совершенно нестандартная, нам нужно решать, что делать дальше.
Будущее с неизвестными параметрами, Владимирские леса
Шел пятый день моего пребывания в неизвестном мире будущего, из которого нас посетила диверсионная группа. Всякого я мог ожидать в будущем, но что бы оно было таким мрачным…, я мог бы подумать, что наша земля полностью обезлюдела. Дороги, которые мне встречались, давно не видали колеса автомобиля, будучи разрушенными и занесёнными природным мусором, в трещинах асфальта на шоссе росла трава и кусты. Редкие населённые пункты, в которые я не побоялся зайти, встречали меня остовами домов со следами пожаров и даже кое-где артиллерийских обстрелов. Исключением из этого была лишь железная дорога, лежавшая у меня на пути, которой активно кто-то пользовался, судя по тому, что рельсы практически не тронула ржавчина. Куда я иду? Нет, я не иду в Москву, как это могло показаться, чтобы всё узнать там сразу, нет, это было бы для меня слишком большим риском. Я иду в одно очень неприметное место, про которое практически никто не должен был знать, кроме очень узкого круга лиц. Это некогда была пусковая площадка шахт баллистических ракет, взорванных ещё по договору СНВ-2. Впрочем, взорвано было далеко не всё, в глубине кое-что осталось. Там была размещена автономная станция долговременного наблюдения за эфиром, из записей которой можно было многое узнать, если суметь на эту станцию проникнуть. Пока ещё идти и идти до нужного места, расскажу по порядку, как так получилось, что я нахожусь тут.
Диверсанты, перехваченные в нашей реальности, оказали нам поистине неоценимую услугу, оставив в относительной целостности свои артефакты. И если бы они так сильно не торопились и лучше подготовились, то нам так ничего бы и не удалось узнать. К примеру, кто мешал им использовать в системе управления микроконтроллеры с хорошей защитой данных ПЗУ (постоянного запоминающего устройства)? Но они явно спешили, причём спешили очень сильно, и на то, что их миссия может провалиться, совершенно не рассчитывали. Зато теперь, в результате разбора программного обеспечения их артефактов, и проведённых экспериментов с их 'тестером', мы знаем о порталах очень многое. Та самая 'бомба' оказалась внутри портальным порталом, предназначенным для перехвата порталов, а не для их уничтожения. А 'тестер' содержал в себе параметры, благодаря которым удалось рассчитать сдвиг поля, для перемещения в мир, отстоящий от нашего вперёд по времени и устройство, благодаря которому это можно сделать. Но это не самое главное. Главное, мы, наконец, узнали, как все эти порталы работают. Миры с разным историческим временем отличались друг от друга частотой синхронных колебаний всей материи окружающего пространства. Если изменить эту частоту, то можно переместить материю из одного мира в другой. Но относительно легко можно было переместить материю только из мира будущего в мир прошлого. Для обратного переноса требовалась просто колоссальная энергия. Впрочем, для переноса меня с очень небольшим грузом в будущее, энергии, уже накопленной в моём портале, вполне хватало. Жалко ещё одного такого путешествия придётся ждать минимум полгода. И хорошо ещё, что в это путешествие пошел именно я, как самый тренированный частыми переходами между мирами, как меня не отговаривали, ибо кто-либо другой просто не выдержал бы перехода. Я и сам уж было подумал, что сдохну, пост эффект переноса был гораздо сильнее, чем в первое моё путешествие. Когда я пришел в себя, то первое, что обнаружил на месте прибытия — это молодой лес. Шар портала пронизывал своим слабым мерцанием несколько молодых деревьев. Походив вокруг портального окна, я нашел полностью сгнившие останки сторожки, в этом мире никакой лаборатории на этом месте явно не возникало. Поляна заросла лесом, несмотря на не очень подходящую каменистую почву. Проверив, что портал не пропускает в себя ничего из этого мира, я достал блокнот, написал записку ждущим меня с той стороны коллегам, что со мной всё хорошо, какое здесь время года, что происходит в округе, и закинул записку назад. Подождал полчаса, через которые мне забросили посылку с вещами, подходящими по сезону и припасами на десять дней, а потом пошел в большую разведку, ориентируясь по естественным признакам, так как даже самый простой компас не пережил перехода. 'Конторские' ни за что не санкционировали бы это путешествие, если бы в нашей реальности не началась активная охота на их людей, как-либо причастных к теме порталов. Потеряв двоих сотрудников и с трудом отбившись от ещё трёх покушений, они всячески помогли мне перестроить установку, и отправится сюда в разведку. Я не знаю, на что они рассчитывают, уж больно вся эта 'разведка' по-дилетантски организована, даже я это понимаю. Кстати, я в последнее время несколько потерял осторожность, стал азартен и чрезмерно любопытен. Так совсем недолго дойти до беды, однако мне почему-то ничего не хочется менять, наоборот хочется просто положиться на удачу, столь сопутствующую мне в последнее время. Впрочем, если встать на сторону наших противников, и подумать о том, что они предпримут, оказавшись на нашем месте…, то нет ничего лучше именно того, что я делаю. Сплошная импровизация и риск, никакой долгой подготовки и строгих расчетов. Та самая русская непредсказуемость и надежда на авось, что, как известно, резко увеличивает вероятность позитивного развития событий.