Жизнь без права на респаун (СИ)

  
Герои Кериона #1: Жизнь без права на респаун
   
Пролог
 
— Это сколько я буду лежать? Полтора года?
— Девятнадцать месяцев с хвостиком, если не считать выходные.
Капсула длительного погружения… Перспектива стать дряблым овощем на такой срок была интригующей. Пугающей, но интригующей.
“Новая Жизнь” — настолько банальное название, что странно, что у “Сферы” оказались на него права. И, кстати, по злой иронии это название подходило именно мне, как испытателю этой капсулы — если я соглашусь. А я, скорее всего, соглашусь, ведь от моей “старой” жизни ничего уже не осталось.
— Не волнуйся, овощем ты не станешь, — заверил меня Игорь, мой друг детства и по совместительству ведущий гейм дизайнер “Сферы”. — Капсула самостоятельно поддерживает тело пользователя в тонусе, избавляется от отходов… Нужно только вовремя менять картриджи и пополнять питательную смесь, хотя в планах мы хотим и эти процессы автоматизировать. Но за тобой будут наблюдать с полсотни специалистов мирового уровня, от биологов до уборщиков.
— Ну, если и уборщики мирового уровня, то я спокоен, — отшутился я.
На самом деле, на душе мне было не так весело. В игре я привык к авантюрному стилю поведения, но я всегда хорошо разделял игры и реальную жизнь. И в жизни никогда не принимал такие решения, не обдумав их как следует.
— Макс, не загоняйся попусту, — снова заговорил Игорь. — Твою кандидатуру уже одобрили, документы уже составлены. Так что сможешь приступать почти сразу же, как только согласишься.
— А с чего ты взял, что я соглашусь?
— А у тебя что, выбор есть? За тобой разве что спецслужбы не гоняются, перед законом-то ты чист. Ты хоть в курсе, что твоя старая квартира до сих пор под наблюдением?
— Догадываюсь. По крайней мере, родители под защитой…
Сказав про родителей, я невольно вспомнил вчерашний разговор с отцом. Родители живут в деревне, на собственной ферме — в наше время это неплохой престиж и большие деньги, ведь с развитием прогресса натуральные продукты становятся все реже и все дороже. Кроме того, такие фермы всегда особо охраняются законом, и даже самые влиятельные корпораты предпочитают с ними не связываться.
Созваниваемся мы редко, оттого звонок застал меня врасплох. Но еще больше меня застали врасплох новости, которые отец мне сообщил.
“Привет, Макс. Ты как сейчас, сильно занят?” — Отец почти всегда начинал разговор с этой фразы.
“Привет, пап. Нет, как раз освободился.” — Учитывая, что вместо работы у меня был доход из Легенд Камелота, и теперь я потерял всякий смысл туда заходить, я мог бы сказать, что у меня отпуск, но почему-то не стал. Наверное, предчувствие сработало. — “Чего звонишь, случилось что?”
“Да я просто обменяться новостями хотел, но раз уж ты спрашиваешь…” — Отец, как заядлый оптимист, всегда имел трудности с сообщением плохих новостей, поэтому я успел морально подготовиться. — “С фермой проблемы. Один хмырь хотел выкупить нашу землю, а когда мы отказались, похоже, пролез и чем-то почву отравил. Так что сейчас у нас не растет ничего, и парочка кур уже сдохли от какой-то болезни.”
Я еще долго обдумывал услышанное. По тону отца я понял, что все именно так, как он описал, если не хуже. Это значит, что им нечего продавать, а восстановление почвы — занятие очень недешевое.
“Да ладно, не бери в голову. Ты не хочешь в гости заехать? А то уже почти год, как не виделись, а живем-то почти рядом…”
“Хочу,” — искренне ответил я. — “Давай на днях еще свяжемся? Я посмотрю планы и решу, когда смогу освободиться.”
“Добро. Тогда до связи, тебе привет от мамы!”
Сейчас, вспоминая этот разговор, я понимал, что действительно не могу выбрать иначе. Гонорар за испытание капсулы выплачивался более, чем щедрый, и аванс я получу уже завтра, перед первым погружением. И помочь родителям — это самое верное решение. Не потому, что я такой благородный. Конечно, я безумно люблю и уважаю маму и папу, и всегда помогу им, если это будет в моих силах, но причина верности такого решения была не в этом. Все дело в том, что я обладаю уникальной способностью тратить все, что получаю. И не просто тратить без смысла и цели, часто я расстаюсь с нажитым вполне осознанно и осмысленно. Любой другой, имея такой оборот золота в Легендах Камелота, как у меня, мог бы обеспечить себе и своим детям безбедную старость, но я все нажитое тут же тратил, либо усиливая себя, либо помогая союзникам. В итоге, являясь сильнейшим в игре, в которой многие бизнесмены построили свои империи, я жил в старой съемной однушке, и имел ровно столько одежды, сколько было необходимо, чтобы не остаться голым на время стирки.
  
Достав телефон, я набрал папе короткое сообщение: “Я приеду послезавтра.”
Набрал сообщение, потому что сейчас я разговариваю с Игорем, а я не люблю перебивать разговоры телефонными звонками. Не стал ждать, чтобы позвонить, чтобы у меня точно уже не было другого выхода. Я приеду к родителям и тогда скажу, что помогу с фермой. Даже если до этого буду сомневаться — там я не смогу отказать. Я себя знаю.
— Хоть жить у тебя больше не придется. Но все же принимать решение за меня — не лучший ход. В который раз вспоминаю, что друг из тебя паршивый.
— И тем не менее, я твой лучший друг, — игнорируя подколку, продолжил Игорь с широкой улыбкой. — Но не буду давить. Сегодня можешь еще подумать, а завтра утром поедем к исследовательскому центру.
— Конечно, ты ни капли не давишь… Скажи хоть, как игра ваша называется. Я знаю, что громкий проект, выпустили пять месяцев назад или около того, но с заварушкой в Камелоте совсем потерял связь с реальностью.
— “Герои Кериона”. Но не смотри ничего про нее. Ты подходишь на должность испытателя не только потому, что являешься лучшим игроком из всех, о ком я знаю, но и потому, что не знаешь ничего о Керионе. Это обязательное условие.
***
Мы приехали к центру ровно к семи утра, и я чувствовал себя слепым котенком. Единственное, что мне известно об игре, в которой я проведу следующие полтора года, это сеттинг — классическое фэнтези. В остальном придется осваиваться на месте, и уже совсем скоро.
Однако до капсулы я добрался только через несколько часов. Сначала нужно было пройти миллион обследований и заполнить два миллиона бланков… И выслушать примерно столько же инструкций.
— Максим Павлович Каратов, капсула уже настроена под ваши показания. Немедленно сообщайте о малейшем…
— Помните: всего пять погружений. Сутки, неделя, месяц, шесть месяцев и год. Интервал между погружениями — двое суток...
— По завершении погружения вы будете принудительно выведены из мира, постарайтесь завершить сессию в спокойной обстановке…
Все эти рекомендации и напутствия сыпались друг за другом, смешиваясь в кашу. На их фоне выгодно выделилась местная секретарша скромной, но милой внешности.
— Здравствуйте, я Катя. Желаете кофе перед началом тестирования?
— Не откажусь, спасибо… — суматошная подготовка изрядно долбила по нервам, и меня даже немного потряхивало, так что тут Катя попала в точку.
На самом деле я откровенно недолюбливаю кофе, но в качестве допинга организму его эффект неоспорим.
— Вы не переживайте, — сказала она, подавая мне бессмертный “американо”, — это все формальности. Вы ведь второй тестировщик, первый уже третью неделю лежит… В хорошем смысле.
— Я второй? А кто первый? — От удивления я чуть не подавился. Ни Игорь, ни кто-либо другой даже словом об этом не обмолвились.
— Да пенсионер какой-то, кто-то-там Петрович. Характер у него, конечно… — Катя сделала такое выразительное лицо, что никаких пояснений не потребовалось. — Но здоровье по всем параметрам намного хуже вашего. А перед погружением было вообще критическое.
— Как же его пустили тестировать?
— Ну я подробностей толком не знаю, но там совсем другой договор был… Вроде как один тестер нужен был здоровый. а другой — из группы риска. Не знаю, как они его нашли, но ему как будто вообще было плевать, что с ним в этой капсуле случится. Похоже, непростая жизнь у него выдалась.