Навлекая беду

— Я увидел, что он ведет Энн, — рассказывал Гил. — Руку он держал у нее за спиной. Я подумал, что, возможно, у него там пистолет или нож.
За ним находилась Бенни. Она слушала, наклонив голову. Гила представляла она: Энн присутствовала при стрельбе и не могла его защищать.
«Увидел, что он…» — печатал детектив. Раферти нагнулся вперед и положил локти на колени. Детектив все еще был в костюме, только распустил галстук, сдвинув узел в сторону.
— Как вы узнали, что это Саторно?
— Я уже отвечал на этот вопрос, — сказал Гил устало. Его легкая полосатая куртка была разорвана, отвороты забрызганы кровью Кевина. Энн ничуть не сомневалась, что полиция ни в чем не обвинит Гила, даже в непредумышленном убийстве. Особенно с Бенни в качестве юриста. Хотя наверняка никто знать не мог. А Энн не хотелось, чтобы Гил пострадал за то, что он сохранил жизнь и себе, и ей.
Бенни похлопала своего клиента по плечу:
— Будет лучше, если вы повторите свой ответ.
— Ладно, повторю. Я узнал его, так как видел фотографию по телевизору и в газетах.
— Вы запомнили его внешность, увидев простую фотографию?
— Конечно. Я был заинтересован. Он пытался убить моего юриста и друга. Когда пресса распространила его портрет, я стал его высматривать. В случае с Теодором Качински  [45]я делал то же самое. А вы?
— Понятно.
Раферти почесал поросший седой щетиной подбородок.
— А как вам удалось оказаться там так вовремя?
— Оказаться где?
— У шатра с супербутербродами.
— Ну, я был в одном баре, дальше по Паркуэй. К востоку оттуда. «Охотничий домик», знаете? Я там праздновал…
— Один?
— Да, — ответил Гил. — Семья осталась дома.
Энн заметила, что тот не спешил рассказать о том, что Джэми его выставила. Впрочем, полиции это не касалось.
— Вы общались с кем-нибудь, мистер Мартин? С кем-нибудь, кто мог бы вас запомнить?
— Не совсем так… Там была одна блондинка, она пила коктейль. Только я не запомнил ее имени.
— Пытались ее подцепить?
— Это имеет значение? — огрызнулся Гил, и Бенни укоризненно на него посмотрела.
— Возможно, — ответил Раферти.
— Ну ладно. Да. Я пытался ее подцепить. — Гил протянул руки: — Арестуйте меня.
Со своей стороны Энн не могла не подивиться на Гила. Цеплять блондинку после того, как Джэми выгнала его из дому? Пытаться приударить за Энн? Крутить роман с Бет? По-хорошему ему бы надо обратиться к специалисту. Впрочем, это можно сделать и после «Чипстера».
— А как насчет бармена?
— Я и к ней приставал?
Раферти не рассмеялся.
— Я не знал, что это женщина. Я имею в виду, помнит ли она вас?
— Да. Ее зовут Джил. Джил и Гил, поэтому я и запомнил. Да, мы с ней поболтали. Она должна помнить. Мы еще смеялись над совпадением.
— А дальше что было?
— В баре работал телевизор, и я увидел Энн. Она сказала, что будет у этого шатра часов в девять. Я пошел туда. Там было столько народу, что я не стал и пробовать ее разыскать. На обратном пути я случайно заметил Энн. На ней было белое платье, и оно привлекло мой взгляд. И тогда я разглядел, что происходит.
«Джил и Гил» — печатал здоровяк, а Раферти тяжело вздохнул, словно завершая разговор. Он взглянул на Бенни.
— Мисс Росато! Мне, конечно, придется обсудить это с моим начальством, однако я сомневаюсь, что мистеру Мартину будут предъявлены какие-либо обвинения.
— Вы приняли правильное решение, детектив, — сказала Бенни. Если она и беспокоилась, то виду не показывала. Она положила руку на спинку стула, на котором сидел Гил. — Мистер Мартин понимает опасность, кроющуюся за попытками рядовых граждан спасти чью-либо жизнь — какие бы благие намерения ни лежали в основе этого. Больше такого не повторится. — Она обратилась к Паркеру: — Еще раз хочу повторить, сэр, что вы действовали профессионально и аккуратно и мы будем рады прийти на завтрашнюю пресс-конференцию.
— Спасибо. Вас проведут через ту голодную толпу, что беснуется сейчас снаружи. Мой водитель и шофер начальника полиции развезут вас по домам. Конференция завтра утром, в десять часов. Здесь. Инспектор полиции к тому времени уже вернется.
 
— Я приду.
Бенни посмотрела на Энн.
— Мисс Мерфи присутствовать не сможет: у нее процесс.
— Знаю. Я читаю газеты. — Паркер широко улыбнулся Энн: — Мисс Мерфи, если судья потребует справку от врача, обращайтесь ко мне.
— Спасибо.
Энн выдавила улыбку и поднялась со стула. Коленки у нее дрожали. Детектив Раферти посмотрел ей в глаза.
— Вы ничего не забыли, мисс Мерфи? — спросил он. И тут Энн поняла. Он вытянул руку и раскрыл ладонь. — Сдается мне, разрешения у вас нет.
— Ой!..
Энн полезла в карман, вытащила «беретту» и сдала ее детективу. Надо думать, оружие ей больше не понадобится. Раферти поднял брови:
— С каких это пор девушки носят в карманах «беретты»?
— Только если выходят из дома без сумочки, — ответила Энн, и детектив улыбнулся — впервые за все это время. — Значит, обвинения в незаконном ношении оружия мне предъявляться не будет? Вы отпускаете меня на все четыре стороны?
— Только потому, что вы ирландка, — сказал улыбающийся Раферти.
Мэт бережно взял ее за руку:
— Пошли.
Он повел ее к двери, остальные потянулись за ними. Энн с облегчением вздохнула.
«Теперь все… Совсем все…»
Больше ей не придется трястись и оглядываться через плечо. Она не нуждается в оружии. Кевина больше нет, действительно нет. Энн была потрясена, но наконец-то чувствовала себя в безопасности.
Внизу, в холле с филенчатыми стенами и хранившимися за стеклом моделями старых полицейских машин, они все какое-то время бродили, будучи не в состоянии уйти сразу.
— Не знаю, как благодарить тебя. Ты спас мне жизнь, — сказала Энн и с удивлением заметила, что и у Гила глаза на мокром месте.
— И думать забудь. — Нахальства Мартина как не бывало. Его место заняла искренняя счастливая улыбка. — Мне просто повезло.
— Нет, это мне повезло.
Следующей Энн обняла Бенни — как маму, которой у нее никогда не было.
— Спасибо тебе за все… — сказала она, и Бенни тоже ее обняла в ответ.
— Я рада, что ты в безопасности.
— Извини, что сбежала от тебя тогда.
— Не напоминай. — Бенни изогнула бровь. — И никому не рассказывай, что я попалась на эту дурацкую удочку с «посмотри туда».
Энн рассмеялась, к ней присоединились Джуди и Мэри. Мэри раскинула руки, чтобы обнять подругу.
— Любовь продолжается. — Мэри сжала ее изо всех сил. — Я так рада, так счастлива, что у тебя все утряслось.
— Передавай привет родителям, — сказала Энн. — В воскресенье я приду к ним на обед и лично верну талисман.
— Заметано! — Мэри еще раз ее обняла. — Возвращай только в обмен на кота.
Энн смеялась и собиралась уже вытереть глаза, как ее чуть не задушила в объятиях Джуди. Отступив, девушка довольно улыбнулась и сказала:
— Я вижу, ты по-прежнему в моих сережках.
— Естественно. Я их полюбила.
Энн переполняли чувства. Какие у нее замечательные подруги… Мэри, Бенни… И Джуди тоже… Однако она была не в силах что-либо сказать. И впереди ее ждет тоже немало…
Улыбающийся Мэт по-хозяйски обхватил ее рукой.
— Спасибо тебе, Бенни. Вам всем спасибо. Вы так о ней заботились!
Стоявший в стороне Гил переводил взгляд с Энн на Мэта и обратно. Энн посмотрела ему в глаза и вздрогнула. Она забыла! Гил не знает о них с Мэтом. Нет! Ей стало очень плохо, особенно теперь, после всего, что он сделал для нее. Энн повернулась к своему клиенту.
— Гил, извини. Ты не знал. Мы с Мэтом встречаемся.
— Да, не знал… — Гил сжал губы.
— Клянусь тебе, нашего дела это никак не касалось.
Ее щеки вспыхнули. Она чувствовала на себе взгляд Бенни, которая явно не испытывала к ней сочувствия. Надо решать на месте. Ей вспомнился сегодняшний выбор Мэта.
— Извини. Если ты хочешь взять другого юриста — пожалуйста. Мы можем добиться отсрочки. С учетом сегодняшних событий твое правление отнесется к этому с пониманием.