Разбитые острова

– Есть лишь одно препятствие, которое отделяет нас от рая, каким станет в будущем этот город. Те, кто нападал на Виллирен, захватили теперь Джокулл. Но они не остановятся и на этом, они продолжат захватывать остров за островом, пока не придут сюда. И я прошу вас об одном: все, кто здоров, все, кто способен встать в строй и держать меч, вступайте в армию и деритесь за свое будущее, за свои семьи, за ваши дома. Без вас, без вашей помощи, я не решаюсь даже предположить, что будет со всеми нами… Даже если мы выживем, наш мир станет слишком опасным местом. Но если мы победим, гарантирую вам общество, в котором врачебная помощь будет доступна всем, даже беднейшим, в котором не будет голодных, а новое правительство позаботится о развитии промышленности, чтобы тем, кто вернется с войны, было где работать. Мы позаботимся о вас. Даже сейчас у нас достаточно средств, чтобы платить за службу всем, кто встанет в наши ряды.
Толпа снова забурлила, но понять ее настроя он не мог.
– Конечно, есть и другой путь – не предпринимать ничего и ждать, но мне бы очень не хотелось, чтобы вы так поступили. Потому что если продолжать жить так, как вы жили, и не сражаться, то мы рано или поздно снова окажемся в осаде, в этом самом городе, как уже случилось однажды. Полагаю, вы согласны со мной, что это не самая радужная перспектива.
Люди озадаченно молчали. Они пришли к крепости для того, чтобы праздновать победу или что угодно, а Бринд немедленно вовлек их в следующую стадию планирования кампании. Он знал, что второй такой возможности ему может не представиться. Он чувствовал спиной взгляд императрицы и знал, что законники и банкиры кипят от возмущения, ведь он говорил, не посоветовавшись с ними.
– Наши острова сплотятся для борьбы с врагом, пришедшим из пределов, куда не простирается наше знание, – вещал он. – Но знайте, мы больше не одни. Наша последняя победа стала возможной лишь благодаря друзьям из того же мира. Они… – Он умолк, подыскивая слово, зная, что от его точности зависит сейчас многое. – Расы-соседи. Они и в самом деле наши соседи, хотя и живут в таких местах, которые не отмечены на наших картах, но они доброжелательны по отношению к нам и умеют воевать. Иные из них похожи на вас и на меня. Другие выглядят… немного иначе, но они все равно наши соседи и союзники, и они помогли спасти жизни многих наших людей. И отдали за них свои. Наши соседи совсем не похожи на расу завоевателей, которые жаждут лишь одного – полного уничтожения нас с вами. И если мы хотим победить их, мы должны принять наших новых соседей. Они – наши друзья в час самой жестокой нужды.
Настроение толпы изменилось: люди недоумевали, они были растеряны.
– Но сегодня мы радуемся. – Голос Бринда заметно повеселел. – Вместе с союзниками наши военные одержали – уже во второй раз – победу над теми, кто пришел захватить наши земли и истребить обитающие в них народы. И, позвольте мне доложить вам, это была яркая битва, которой может гордиться наш народ. Наше будущее уже не столь мрачно, каким оно представлялось всего несколько дней тому назад. А мы, в этих стенах, – он показал на цитадель у себя за спиной, – отдадим все, что имеем, включая жизнь, за безопасность и процветание Виллирена.
Бринд повернулся к толпе спиной и стал спускаться с помоста; снова торжественно взвыли трубы, и звук заметался вокруг него, рикошетом отскакивая от стен. Только тут Бринд заметил, как колотится у него сердце и как крепко сжаты в кулаки его потные ладони. Едва он ступил на землю, его, словно императора, подвели к Эйр и Рике. Такое внимание было ему внове: он сам привык сопровождать и защищать людей.
Военные и чиновники расступились, и он пошел по живому коридору к воротам цитадели.
Вдруг из-за спины Эйр выступил Рандур – конечно, кто же еще? – и обеспокоенно зашептал:
– Командующий, мне надо с вами поговорить, срочно.
– А подождать никак нельзя? Я только что с войны, если ты не заметил.
– Понимаю, сэр, но дело срочное. – Голос молодого человека упал почти до шепота, и он то и дело оглядывался через плечо на сестер Джамур, которые следовали за Бриндом по главному проходу к крепости. – Это касается ваших планов на будущее, – добавил он. – И… ее. – Он указал на Рику.
 
Бринд кивнул:
– Мне надо отдать кое-какие распоряжения. Жду тебя в моей комнате через час.
– Так точно, командующий, – ответил Рандур и вернулся на свое место возле Эйр.
«Любопытный он все-таки парень», – подумал Бринд.
Бринд открыл дверь, и Рандур буквально ввалился внутрь. Восстановив равновесие, он выглянул в коридор и осмотрелся.
– Ты, как я погляжу, напуган прямо до смерти, – усмехнулся Бринд. – Напуганные плохо хранят секреты.
– Секретов я не боюсь. А вот жуткие психованные бабы меня пугают.
Бринд показал на стул возле камина и закрыл за Рандуром дверь.
– А запереть можно?
– Как хочешь, – отозвался Бринд и запер дверь на задвижку.
Рандур нервно шагнул к огню и опустился в резное деревянное кресло. Тут же лицо его приняло озабоченное выражение, и он поерзал на месте.
– Надо же, какое у вас неудобное кресло. А я-то думал, человек в вашем положении может позволить себе пристраивать свою задницу на чем-нибудь помягче.
– Кресло не дает мне задремать, когда я сижу возле камина, – объяснил Бринд, опускаясь в другое кресло, рядом. – Ну, любящий спутник Джамур Эйр, объясняй, почему я не могу отдохнуть ни минуты, даже вернувшись из похода? Что у вас там стряслось такого срочного и секретного?
– Точно, босс. – Подавшись вперед, Рандур уткнул локти в колени и начал свой рассказ.
Сначала он напомнил Бринду их недавний разговор о том, как переменилась Рика в последнее время. Но то, что Бринд услышал от него дальше, поразило командующего до глубины души.
– И вот, значит, стою я посреди города и вижу, как она объедает парнишке руку. – Рандур откинулся на спинку кресла и поднял вверх собственную руку, как бы подтверждая свои слова. – Она рвала с нее мясо прямо зубами, как бешеная… нет, не бешеная… как изголодавшаяся собака. – И он во всех подробностях описал, где именно это произошло, в какое время дня, при каком освещении, и даже кто был рядом, кому он сообщил о случившемся, – короче, не оставил у Бринда никаких сомнений в том, что видел это собственными глазами.
– Надеюсь, вы не думаете, что я спятил?
– Такая мысль меня уже посещала. – Бринд всеми силами старался сохранять спокойствие. – А ты уверен, что это была именно Рика? Ты ни с кем не мог ее перепутать?
– Вот чтобы она убивала своими руками, этого я точно не видел, врать не стану; а все остальное видел сам. Потом, когда я ее потерял, я вернулся назад, к Эйр, а они уже вместе сидят. Она сказала, что выходила по делу. Больше того, потом, поднявшись к себе в комнату, я видел ее за своим окном.
– И что произошло?
– Она испарилась, точно дух.
– А ты уверен? – настаивал Бринд. – Не могла же она просто висеть за твоим окном в воздухе. Фантастика какая-то!
Рандур дернул плечами.
– Я рассказываю о том, что сам видел. Не хотите верить – не надо, просто, зная, что вы намерены поставить ее в центр вашего нового мира, я подумал, вам надо иметь в виду, что она в шаге от катастрофы. А то как бы местные жители не возмутились, когда она станет их потихоньку подъедать.
– Хорошо сказано, – буркнул Бринд и задумался. Была ли у него причина не доверять Рандуру? Он и сам видел, что Рика уже не та, что прежде, а Рандур как-никак сопровождал ее через весь архипелаг и привез живой и невредимой в Виллирен. Насколько Бринд знал, Рандур не держал на императрицу никакой обиды, да и вел себя сейчас вполне естественно. Бринд имел представление, как выглядит страх, и видел его следы в каждом жесте и взгляде Рандура. Несмотря на фантастичность услышанной им истории, он готов был принять на веру, по крайней мере, ее часть.
И это глубоко его огорчало.
– Что вы думаете с ней делать? – спросил Рандур.