Ты моя жена! (СИ)
8
Что может сравниться с первым пробуждением на новом месте, когда в открытое окно заглядывают ветви деревьев, усыпанные огромными бледно-лиловыми цветами, и косые лучи теплого утреннего солнца! Кент и Поуни одновременно проснулись в своих комнатах от пения незнакомой птицы, под отдаленный шум прибоя, зовущий на пляж.
Они встретились перед ванной. Пропуская Поуни вперед, Кент обратил внимание, что на ней длинная желто-зеленая футболка, а не белая кружевная рубашка. Рубашку, несомненно, сунула в чемодан Миранда.
Поуни же отметила, что Кент спал в одних пижамный штанах и что его обнаженная грудь выглядит куда внушительнее, чем прикрытая одеждой. Безволосая, но крепкая и мускулистая. Тонкая талия, узкие бедра. Темные, блестящие, всклокоченные со сна волосы, небритое лицо. Сейчас Кент казался настоящим великаном, и притом куда менее мягким и безобидным, чем обычно.
Девушка поспешно шмыгнула в ванную. Она только умылась и почистила зубы: глупо принимать душ, когда внизу шумит настоящий океан. Перед тем как уйти, она постучалась в дверь Кента и крикнула: «Ванная свободна!» Все было как в Торонто, у Сэмми, но что-то и изменилось. Поуни вернулась в спальню, откопала старый черный купальник и переоделась в него.
Через пять минут, выйдя на террасу, она увидела, что Кенту пришла в голову та же мысль. Он был в плавках, на шее у него висело полотенце. Обменявшись парой фраз, они сбежали по ступенькам и поспешили вниз, к океану, с благоговением посвящаемых в Великое таинство. Вот почему канадцы предпочитают каждую зиму совершать двухнедельное паломничество на юг.
Выступающие в море утесы представляли собой естественные преграды, защищавшие от слишком высоких волн тихую бухточку. Ярко-синяя, почти спокойная вода, белый песок. За пределами бухточки внушительного вида волны с барашками разбивались о черные вулканические скалы.
Поуни никогда прежде не видела океана, но плавать умела и любила. Она весело кинулась в набегающую волну — и вынырнула отплевываясь. В глазах щипало, во рту был странный привкус.
— Что это такое? — спросила она, поспешно протирая глаза. — Что за вода такая?
Кент, которого окатило той же самой волной, рассмеялся.
— Соленая! Ты просто не привыкла.
— Ой, да, конечно! Вот здорово! — воскликнула Поуни. — Знаешь, я ведь никогда еще не купалась в морской воде.
Кент опрокинулся спиной в следующую волну, затем перевернулся и в несколько сильных, энергичных гребков оказался далеко впереди.
— Ну, поплыли!
Поуни отдалась шелковым объятиям океана и устремилась следом за Кентом.
Позавтракали они кофе и ананасом, сидя на террасе и болтая о том о сем, а больше ни о чем. Кент еще никогда не чувствовал себя так легко и свободно с женщиной. Когда они с Поуни не ссорились, ему было с ней на редкость хорошо. Он не помнил, о чем шла речь пять минут назад, но это было неважно. Ему пришли на ум свидания, организованные Мирандой, и прочие подобные встречи в прошлом. Те разговоры — если их можно так назвать — Кент обычно запоминал именно из-за острого ощущения, что он не знал, о чем и как говорить.
С Поуни тоже было непросто, но скованным Кент себя в ее обществе не чувствовал.
Он так заболтался, что забыл переодеться, и когда приехал Барри, Кенту пришлось поспешить в дом, оставив Поуни на террасе со своим новым помощником.
— Может, твоя жена угостит меня кофе? — крикнул ему вдогонку Барри.
— С удовольствием, — улыбнулась Поуни. — Сейчас налью вам чашечку.
Твоя жена… Кенту было приятно, что Поуни исполняет роль хозяйки его дома.
— А ты женат? — спросил он Барри в машине по дороге на стройку.
— Я — нет, а Гордон женат.
Гордон Блейк был главным архитектором проекта отеля и осуществлял авторский надзор над строительством.
— Соня ужасно жалела, когда Джерри, а главное — его жене Сьюзен — пришлось уехать, так что она, наверное, скоро явится в гости к Поуни.
— Это хорошо, — отозвался Кент. — А то я боялся, что Поуни одной будет скучно.
— С Соней не соскучишься. Она прочесала остров вдоль и поперек. Гордон говорит, его жена — настоящий следопыт: даже если привезти ее в дикие джунгли, она тотчас отыщет там десяток модных магазинов.
Но Поуни уже успела обо всем позаботиться на свой лад. К десяти утра, договорившись с Бет о распорядке дня, который устраивал их обеих, она принялась прощупывать почву насчет работы на ферме.
— Я веду хозяйство, а фермой занимается Берт, — сказала экономка. — Он время от времени нанимает работников, но нужен ли ему кто-то сейчас, не знаю. Почему бы тебе не заехать к нам и не спросить у него самой?
— Давай так и сделаем прямо сейчас, — предложила Поуни.
Вскоре она уже ехала в джипе через пастбище, впервые за два года чувствуя себя как дома.
Познакомившись с Бертом, Поуни рассказала, кто она такая и что умеет. Берт взял ее с собой показать свои угодья, и, увидев, как уверенно девушка держится в седле, понял, что та говорила правду.
— Ну, если вы готовы выполнять всякую работу, какая понадобится… — неуверенно начал фермер, он никогда раньше не нанимал на работу женщин.
Поуни заверила, что согласна на любые условия.
— Тогда ладно… Так вы канадка?
Девушка кивнула.
— В таком случае мне, наверное, стоит сначала взглянуть на вашу визу. Видимо, придется заполнить какие-то бумаги. У вас ведь виза по форме Х-2?
— Что за Х-2?
— Х-2 — это виза, дающая право заниматься неквалифицированным трудом.
— Ах, вот оно что! Ну, думаю, с этим проблем не будет.
Поуни вернулась в дом над бухтой в самом радужном настроении, весьма довольная собой и тем, что скоро вновь окажется в седле. Оказывается, раньше она просто слишком многого хотела! Раз у нее диплом — значит, должна непременно управлять фермой! Да лучше бы она эти два года провела в помощниках у толкового хозяина, чем работать официанткой в отелях!
Ну, теперь ей загорать будет некогда! Поэтому Поуни немедленно натянула купальник, взяла полотенце, крем для загара и спустилась на пляж.
Там ее и нашел Кент. Девушка играла в волнах, точно дельфин. Кент присоединился к ней.
— Привет! — крикнула Поуни, радуясь, что у нее появилась компания. — Что, рабочий день кончился или ты приехал на ланч?
— На ланч, — ответил Кент. — Решил посмотреть, как ты тут.
«Ну, ты, наверное, поедешь домой, к жене?» — подмигнул Барри, показав ему столовую, где ели служащие компании. И Кент подумал, что это очень неплохая идея.
Поуни вынырнула на поверхность и откинула прилипшие ко лбу волосы.
— Потеряла резинку для волос, — пояснила она. — Наверное, унесло в море.
— Где ты научилась плавать? — спросил Кент через несколько минут, когда они поднимались через заросли на террасу. Как странно, что он не знает таких вещей о собственной жене! Временами ему казалось, что они с Поуни знакомы всю жизнь.
— В школьном бассейне. В старших классах я даже ездила на соревнования, но на ферме было слишком много работы, так что пришлось бросить. А в колледже все равно делать было нечего, поэтому снова стала заниматься плаванием. Но в соревнованиях больше не участвовала.
Поуни привыкла к тяжелой работе, и в колледже ей все время казалось, что она бездельничает, несмотря на то что приходилось подрабатывать. И в свободное время Поуни слонялась как неприкаянная, пока не узнала, что при колледже тоже есть бассейн.
— А ты где учился плавать? — в свою очередь поинтересовалась Поуни.
— Тоже в школе. В универе пробовал выступать в соревнованиях, но особых успехов так и не добился.
Тут они дошли до дома. Поуни принялась готовить ланч, а Кент накрывал стол на террасе.
— Кент! — крикнула Поуни. — Знаешь, на вилле есть бассейн. Бет сегодня сказала, что мы можем им пользоваться, пока хозяев нет. То есть, если приедет сам Макнаб с женой, то все равно можно, а вот если они пригласят пожить кого-то еще — деловых партнеров или какую-нибудь знаменитость, — тогда нет.