Ничей сын (ЛП)

― Кого ты защищаешь?
― Не твоё дело. 
Туман сгустился в тело красивой женщины. Длинные чёрные волосы, овальное лицо и большие тёмные глаза.
― Тебе нравится так говорить, верно?
― Эта фраза сослужила мне хорошую службу. 
С ехидным смехом она окинула Люшеса взглядом, прежде чем подошла к Кэдигану и Джо. Медленная улыбка изогнула губы незнакомки, пока она любовалась красивым телом Кэдигана. А потом она указала подбородком на их переплетённые пальцы.
  
― А ты, должно быть, очень много значишь для своей леди, раз так желаешь и защищаешь её.
Они даже пискнуть не успели, как Джо оторвали от Кэдигана. Он бросился к ней.
Когда Джо попыталась дотянуться до него, из земли появилась изогнутая золотая клетка. Прутья окружили и удержали её в крошечном пространстве. Такие же клетки появились и заточили Иллариона, Иоана, Талврина и Люшеса.
Женщина подошла к Кэдигану в теле Джо.
― Ты знаешь, кто я?
― Королева Корделия. 
Она одобрительно кивнула.
― Тебе всё известно обо мне?
― Каждый в Гластонбери знает историю о Гвине и его жене Крейддилад [31]. 
Она погрозила пальцем у него перед носом.
― Нет, до кануна дня всех святых. На данный момент я принадлежу Гвитиру ап Грейдолу, который снова завоевал меня прошлым майским днём. ― Тяжело вздохнув, она перевела взгляд на клетку с Джозеттой. ― Я уже устала быть трофеем. Когда-то я была готова отдать душу за Гвитира. Но те дни давно канули в лету. Теперь я жажду обнять другого. Мужчину, достойного этого подарка, который всегда будет добиваться моей руки больше других. 
Задумчивый взгляд королевы вернулся к телу Кэдигана, прежде чем она посмотрела на тело Джозетты.
― Что скажешь, если мы сразимся за твоего мужчину, и та что выиграет― заберёт его себе?
Кэдиган мешкал.
«Неужели она не поняла, что нас поменяли местами? Это какой-то трюк?»
Теряясь в догадках, он хмуро посмотрел на неё.
― Как будем драться?
― Рыцарский турнир. Ты против моего лучшего бойца. Если твоя любовь и сердце верны, ты отвоюешь своего мужчину. Но имей в виду... если ты лжёшь о своих чувствах, все узнают об этом, и ты наверняка проиграешь.
В своём собственном теле, с силой и мастерством, Кэдиган мог легко сразиться с любым противником. Но лгать королеве фейри весьма глупо. И он слишком ценил жизнь Джозетты, чтобы ею рисковать.
― Ваше величество, вы знаете, кто я?
Она одарила его коварной улыбкой.
― А ты знаешь?
Справедливо. Честно говоря, большую часть времени он едва узнавал себя. А сегодняшний день особенно запутанный. Однако в своих чувствах к Джозетте он не сомневался.
― Я знаю своё сердце. 
― Тогда, нас ждёт поединок.  
― Нет! ― закричала Джозетта, пытаясь разорвать удерживающие её золотые прутья. ― Я этого не потерплю! А если тебе причинят боль?
Кэдиган взял её за руку и прижал к своей щеке.
― Я исцелюсь. ― Он повернулся обратно к королеве. ― Но я хочу кое-что взамен. 
Корделия вопросительно подняла бровь.
― И что же? 
― Победа, поражение или ничья, Джозетта возвращается в свой настоящий дом целой и невредимой. Телом и душой. 
Она несколько минут обдумывала предложение.
― Только, если ты согласишься, что в случае проигрыша Кэдиган будет принадлежать мне вечно. Телом и душой. 
Несмотря на высокую цену он был согласен. 
― Договорились.
― Нет! ― закричала Джозетта. ― Нет! Я не согласна. Я отказываюсь от этого! 
Корделия фыркнула.
― Не тебе решать. Сделка заключена. 
Она отступила назад и хлопнула в ладоши.
По пещере пронёсся вихрь. Он прилип к телам, и в комнату ворвался сильный холод. Внезапно появился золотой жеребец. С красными глазами и мерцающей гривой. Он бил копытом о землю и со злостью смотрел на Кэдигана.
В мгновение ока его тело покрылось золотыми доспехами, на голове появился шлем с красным оперением, а на земле боевое копьё.
Конь свирепо посмотрел на Кэдигана, когда тот забрался в седло, чтобы сразиться с посланным Корделией противником.
Поддерживаемое магией фейри копьё поднялось и воспарило рядом с ним, пока он не взял его в руки. В следующую секунду на противоположной стороне светящейся полосы появился противник. Облаченный в серебряные доспехи с синим оперением и верхом на серебряном коне, всадник уставился сквозь шлем на Кэдигана красными демоническими глазами.
Рядом с Корделией образовался огромный, покрытый шипами трон, а возле поля запорхала крылатая пикси [32] с флагом.
Кэдиган подождал, пока пикси опустит знамя. После этого он направил коня вперёд. Держа наготове копьё для честного удара и готовясь к ответному.
За миг до столкновения противник растворился в воздухе. Лошадь проскакала мимо, а Кэдиган уже был не на поле боя.
И не в теле Джозетты.
А в далёком прошлом. Испуганный мальчик среди солдат короля.
Кэдиган застыл, услышав в свой адрес слова, которых не понимал. Воины бросали презрительные взгляды в его сторону, как на дворняжку, которая собирается нагадить им на ботинки.
Один из рыцарей бросил в него корзину с проржавевшей кольчугой и меч, который, казалось, подняли со дна Темзы…а затем переплавили обратно в качестве учебного предмета для детей.
Сбитый с толку он поднял глаза на человека, который насмехался над ним неведомыми по значению словами, но судя по интонации, Кэдиган и подобные ему заслуживали этого.
Остальные рыцари смеялись над новыми доспехами, которые король велел для него найти, поскольку собственных Кэдиган не имел.
И всё же они потешались над ним.
Одинокий и тоскующий по дому Кэдиган порылся в корзине и понял, что рыцари облили всё содержимое мочой. А при виде его отвращения начали хохотать ещё сильнее.
Хуже того, доспехи были в крови последнего хозяина, и судя по размеру дыры в боку тот умер в них.
Не желая, чтобы остальные знали, как сильно ранят его их слова и поступки, Кэдиган вымыл доспехи, насколько смог, и залатал их кожаными ремешками, отрезанными от верха собственной обуви.
В первый день битвы он облачился в броню, тщетно игнорируя презрительные насмешки. Благо он понимал лишь язвительный тон, а не слова. Но и этого было достаточно. И уж точно ему не хотелось знать значение сказанного.
За неимением лошади его отправили сражаться в пешей кавалерии, только со сломанным мечом и без щита.
Никто из рыцарей не позволил ему стать частью армейской группы. Один за другим они давили на него, пока не оттеснили в сторону от войска, заставив биться в одиночку. Никого рядом. Никто не прикрывал ему спину.
Те события стали худшим моментом в его жизни. Поскольку все солдаты отказались обучать его, Кэдиган не знал, как сражаться и правильно держать меч. Но в момент, когда мерсийцы атаковали и на поле у их ног густо потекла кровь, Кэдиган держался изо всех сил. Решив во что бы то ни стало пережить этот день.
Однако противники стремились безжалостно отрубить ему голову и повалить на землю.
Кэдиган не желал им угождать и не собирался сдаваться. Ни в этот день, ни в любой другой.
Сражаясь, он увидел, как один из конных рыцарей Поуиса [33] упал со своего коня. Мерсийцы набросились на него, как стая голодных волков. Свирепых. Беспощадных. Они рубили до тех пор, пока не сорвали с рыцаря шлем.
Это оказался тот же самый человек, что бросил в Кэдигана испачканные доспехи и посмеялся при этом.
На мгновение Кэдиган позлорадствовал, увидев судьбу поверженного воина.
Пока мысли не обратились к брату Эйригу, который любящими руками и терпением учил его порядочности и милосердию.
  
― Честь ― это то, что отличает человека от зверя. Лучший способ жить с честью в этом мире на самом деле быть тем, кем мы притворяемся. Пусть другие смеются и издеваются над теми, кого они считают ниже себя, но помни, добрый Кэдиган, честь лежит в наших сердцах, и именно она заставляет нас проявлять милосердие и сострадание к тем, кто причинил нам больше всего зла. Даже если шакал ранит твою гордость, не вознаграждай этого мошенника ценой своей чести. Ибо тогда ты по-настоящему всё потеряешь. Никогда не позволяй никому забрать твою душу, ибо они не стоят твоей вечности или твоего сердца.