Ничей сын (ЛП)

— Тогда, почему он запер тебя здесь?
Кэдиган вздохнул.
— Это длинная, ничего не стоящая история.
Ей было невыносимо слышать, что он отмахивается от столь важных вещей. Казалось, Кэдиган считает, будто занизив их значимость, сможет притупить боль. Этот самообман не сработает. Единственный способ облегчить боль — разделить свои переживания с кем-то, кому ты дорог. Человеком, кто без лишних вопросов и осуждений поддержит тебя, невзирая на прошлое.
  
У Джо для этого есть семья.
А у Кэдигана за всю жизнь ни души.
— Брат — твой единственный родственник?
— Нет. Мои родители живы и у них полно детей.
— Разве они не могут тебя вытащить отсюда?
Он горько рассмеялся.
— Ласточка, стоило матери исторгнуть меня из своего чрева, она бросила меня у монахов и думать забыла. Отец зачал меня с единой целью — использовать против матушки, посему она не захотела со мной знаться. И я не смею винить её в этом. Братья и сёстры заняты собственными жизнями, кои не коим образом с моей не пересекаются, а после содеянного Люшесом я понял, что так даже лучше. Если честно, я предпочту одиночество, чем находиться с тем, кому нельзя доверять.
Где такое видано: иметь огромную семью, в которой тебя никто не захотел защитить? Любить? У неё это в голове не укладывалось. И понять они друг друга могли как сытый голодного.
— Я не желаю верить, что ты застрял в этом месте.
Он грустно улыбнулся.
— Это не имеет значения.
— Кэйд! Прекрати так говорить! Конечно, это важно. Как может быть иначе?
Он остановился, взглянув на неё.
— Я здесь уже целое тысячелетие, ласточка. Чем ты предлагаешь заняться мне в твоём мире? Где мне жить? Работать? Я едва понимаю половину сказанного тобой. Ты говоришь о вещах за пределами моего знания.
Злая и расстроенная Джо в бешенстве взирала на него.
— Ох, ладно, давай начнём тыкать меня косичками в разумные доводы, так что ли? Какая сволочь поспорит со здравым смыслом, верно?
— Обед узнают по кушанью... что ты хочешь сказать, ласточка? Твои слова звучат как бессмыслица.
Честно говоря, смысл ускользал и от неё. Она о себе едва могла позаботиться. И потерпела неудачу во всём, за что взялась.
Однако не могла отрицать одну истину.
Джо обхватила ладошкой его щеку, не дав сдвинуться с места.
— Милый, ты разбиваешь мне сердце. Так больно видеть тебя изгнанным в этот мрачный заброшенный ад.
Он прижал её руку к своему лицу, словно пытаясь выжечь в памяти ощущение прикосновения.
— Меня сослали.
— Ты такого не заслуживаешь! Никто не заслуживает.
Кэдиган сжал её руку, повернул к себе ладошкой, и поцеловал пальчики.
— Ничего не изменить, любимая. Никогда. Надежда — коварная лисица, посланная замучить непостоянством. Я покончил с ней, пустыми обещаниями и неисполненными желаниями.
Его наполненный болью взгляд разрывал ей сердце.
— Тысяча лет. — Каждое слово пропитано нестерпимой горечью. — Я лучше позволю содрать с меня кожу живьём, чем заполнить душу несбыточными мечтами. Забери с собой в свой мир бесполезную надежду. Я лишь молю, чтобы к тебе она была добрее, нежели ко мне.
Внезапно разнёсся громкий визг.
Съёжившись от разрывавших барабанные перепонки децибелов, Джо зажала уши.
Кэдиган взглянул на серое небо над их головами.
— Время пришло, любимая. Тебе пора уходить. — Его голос омрачала паника.
— Кто это?
Он прижался к её лбу.
— Враги, жаждущие получить то, что я им никогда не отдам. Я пообещал брату Эйригу и не нарушу клятвы. — Нахмурившись, он прижал пальцы к её скуле. — Они всё отняли у меня. Я не позволю забрать и тебя.
Он перенёс их от ручья в какое-то место искорёженного леса. Хотя сейчас было светлее, чем прошлой ночью, всё оставалось бесцветным и тёмно-серым. Однако что-то странное блестело между двумя невысокими деревьями справа от Джо. Оно напоминало перевёрнутый пруд, из которого на них льнул свет.
Кэдиган подтолкнул её туда.
— Тебе нужно пройти сквозь проход, и ты попадёшь домой.
Нестерпимая боль охватила сердце при мысли покинуть его здесь. Несмотря на все уверения, Джо знала, ему ужасно одиноко. Тому подтверждение — безграничная благодарность за её прикосновения.
— Идём со мной! Вместе мы со всем разберёмся.
Взгляд заволокло мукой, когда он обхватил её щеку ладонью в перчатке.
— Я не могу, ласточка. Как бы сильно мне этого ни хотелось.
Визг раздался ближе.
— Ты должна уйти, Джозетта.
На глаза набежали слёзы. Она не могла заставить себя пройти через врата. Только не без него.
— Кэйд...
Он оборвал её протест на полуслове:
— Уходи сейчас же. Живи ради нас обоих.
Джо услышала, как Селена с Кармой отчаянно зовут её с другой стороны блестящей глади. Она посмотрела на Кэдигана.
— Ты уверен, что не можешь пойти со мной?
Он прижал ладонь к порталу, демонстрируя ей, как ртутная гладь становится прочной непробиваемой стеной.
— Нет, ласточка. Я проклят этим изгнанием. А теперь — иди, пока можешь. Освободившись, разбей зеркало.
Визг раздался почти рядом. Обнажив меч, он направился защитить Джо.
— Могу ли я прийти к тебе в гости?
Кэдиган сжал зубы от вопроса, раздирающего его на части. Ничто не доставило бы ему большего удовольствия, чем ещё одна встреча с ней. Но, к сожалению, это невозможно.
— Слишком опасно. Для нас обоих.
— Джо! Где ты? Не вынуждай меня звонить твоей матери! Детка, я не шучу! Я это сделаю!
Она проигнорировала сердитые слова Кармы с другой стороны зеркала.
— Кэдиган...
Он что-то пробормотал по-валлийски, прежде чем подтолкнул её к порталу.
Как и он минуту назад, она врезалась в глухую стену.
— Прекрати! — прорычала Джо, когда он продолжил толкать её. — Я тоже не могу пройти!
Кэдиган застыл, осознав, что ласточка тоже оказалась в ловушке.
«Nay. Это невозможно!»
Охваченный яростью он свирепо кинулся на портал с вырвавшимся точно из бутылки лютым гневом.
Джо испугано ахнула, увидев Кэдигана с другой стороны. Он явно потерял контроль, колотя портал и крича на валлийском. По крайней мере, вроде на нём.
Внезапно они оказались в эпицентре визга. Сердце ушло в пятки при виде крикунов. Тёмные и скрученные, явно не люди.
— Кэдиган? — Она погладила его по плечу. — Что это?
Повернувшись, он в очередной раз витиевато выругался.
— Стой за мной.
С неизменным умением, проявленным прошлой ночью, он сражался с тварями, пока горстка выживших не бросилась прочь.
Когда сражение закончилось, единственный цвет ярко-красной крови, доступный этим землям, покрывал его с ног до головы.
Кэдиган вытер лицо.
— Пойдём, ласточка.
Он протянул ей руку.
Теперь уже не такая уверенная, стоит ли остаться с ним, Джо положила ладонь ему на плечо, позволив перенести себя в хоббитовскую нору.
Отбросив меч, Кэйд переместился к умывальнику, чтобы привести себя в порядок. В следующую секунду в дверь забарабанили.
Испугавшись, что незваные гости ворвутся внутрь, она со всех ног рванула к нему по лестнице.
— Я немного запуталась. Зачем ты сражался, если мы могли просто вернуться сюда?
Он рассмеялся самым горьким смехом.
— Представь, что ты собралась подоить быка, любимая. Это не принесёт ничего, кроме боли. — Успокоившись, он повернулся к ней. — Если я открою эфир, они смогут переместиться следом за мной. В двери не будет проку. Мне необходим определённый диапазон, чтобы безопасно использовать силы.
«Хм... вполне логично».
— А что это за твари?
— Хариусы. — Он вытер короткие волосы полотенцем. — Когда-то они были феями, но Моргана прокляла их таким изуродованным обличьем.
Он сердито нахмурился.
  
— Не понимаю, почему ты не смогла уйти. Проблем не должно было возникнуть. — Он обнял её, притянув к груди. — Я обещаю, что верну тебя домой, Джозетта.
— Знаю, у тебя получится.