Повелитель теней. Том 4

– Ну, будем! – поднял одноразовый стаканчик Кривой. – Чтоб у нас всё было и ничего за это не было!
– Будем, – согласился Аркаша.
Они выпили, занюхнули корочкой хлеба и снова наполнили стаканчики. Косой затянул заунывную пиратскую песню.
– Аркаша! – донеслось с улицы.
Хозяин проклятого дома с трудом поднялся и поплёлся на улицу. Там стоял его возмущённый сосед.
– Что? – промямлил Аркаша.
– Ночь на дворе, вот что! Ведите себя тише! – прорычал сосед и погрозил кулаком, но с трудом удержался от членовредительства. – Эх! Тебя же если убить, то придётся сидеть как за нормального человека! Чтобы ты сгинул, урод! У меня из-за ваших попоек ребёнок вторую ночь не спит!
– Вызывай полицию, – посоветовал Аркаша и поковылял обратно, в дом. Он чувствовал свою безнаказанность, так как понимал, что полицейские не захотят с ним связываться. Посадить его не за что, а в обезьяннике он просто будет занимать место и вонять.
– Кто это был? – полюбопытствовал Косой.
– Да так, дурак один, – отмахнулся Аркаша. – Наливай!
Но спокойно отдохнуть им не дали – буквально через полчаса во дворе раздались чьи-то шаги. Аркаша и рта не успел открыть, как в дом вошёл высокий человек в широкой куртке и накинутым на голову капюшоном. Его лица нельзя было рассмотреть. Незнакомец дёрнул рукой, и собутыльники Аркаши рухнули на грязный пол без сознания.
– Эй, ты кто такой?! – проорал Аркаша и подскочил как ужаленный. – Я полицию вызову!
– Неужели у тебя есть телефон? – хмыкнул незнакомец, заткнул Аркашу заклинанием и обошёл дом. – Как ты здесь вообще живёшь? Тут бы и собака дворовая обтошнилась. Какая же мерзость… Не верится, что я действительно разговариваю с подобным отбросом. Вообще-то таких нужно отстреливать, но… – он приблизился к Аркаше и с деланным сожалением вздохнул. – Но сегодня у меня к тебе предложение. Хочешь остаток жизни провести в тёплом и чистом помещении, где тебя будут сытно кормить? Бесплатная одежда, развлечения, спортзал… Почти как пятизвёздочная гостиница.
Аркаша отрицательно покачал головой – ему нравилась его жизнь, – но в то же мгновение незнакомец щёлкнул пальцами и тело Аркаши пронзила невыносимая боль. Он взвыл, случайно прикусив язык до крови.
– Так что, ты не передумал, червяк? – переспросил незнакомец.
Аркаша кивнул.
– Отлично. А теперь к сути… – незнакомец вытащил фотографию красивой розоволосой девушки. – Узнаёшь? Твоя дочь. Завтра ты придёшь с повинной в полицию и признаешься, что распространяешь наркотические вещества, которые производит твоя дочь. Конечно же, заправляет всем она. Спаивает и бьёт бедного отца… Какая мерзкая девчонка. Последней каплей для тебя стало то, что она убила твоих дружков, – незнакомец дёрнул рукой, и шеи Аркашиных собутыльников громко хрустнули. – Да уж, не повезло тебе с дочерью…
***
Дмитрий Нахимов скривился в злобной гримасе – он специально стоял спиной к студентам и директору, чтобы его физиономию никто не видел. Виктор Викторович разговаривал с его шестёрками – они оттеснили его и не позволяли подойти. Смешно. Директор Академии – охотник с бриллиантовым когтем, он мог бы их размазать тонким слоем по стеночке. Но должность и толпа любопытных его останавливали, хоть я и чувствовал исходящие от него волны гнева. Он что-то втолковывал зарвавшимся солдатикам и делал это даже вполне вежливо.
По фойе разносились возбуждённые шепотки – студенты уже начали обсуждать новую сплетню. Безликую арестовали! Она кого-то убила? Ограбила? Все эти детали мой мозг улавливал за доли секунды – и это помогало мне остаться в сознании и никого не убить. Если я сорвусь, это используют против меня. Нужно действовать хитрее. Нахимов всё так же смотрел на меня с яростным торжеством, с жадностью бегая глазками по моему лицу, – видимо, искал следы страха или отчаяния. Но я остался равнодушным, словно ничего и не произошло, и это его взбесило. Нахимов проводил пошлым взглядом Кристину, которую заковали в наручники, и поиграл бровями. Он наклонился ко мне и прошептал мне почти прямо в ухо:
 
– Мы с ней хорошо развлечёмся. Она о-о-о-о-о-о-очень сильно пожалеет, что связалась с тобой, – он хмыкнул. – Жаль, что уже поздно сдавать назад. Розоволосая сучка ответит за твой каждый прокол. И знаешь что? Она будет отвечать очень старательно, иначе не доживёт до суда. А когда её отправят в тюрьму, я передам туда небольшую весточку… Ты же в курсе, что опущенцы бывают не только в мужских тюрьмах? Да-а-а-а-а-а, так жаль, что она свернула на кривую дорожку, красивая девчонка, могла бы найти богатенького мужа…
Он осёкся, когда Виктор Викторович поднял наглых солдатиков заклинанием, отодвинул их, словно мешающие стулья, и решительным шагом направился к нам.
– Вы должны знать процедуру, – процедил Виктор Викторович, остановившись за моим плечом. – Согласно протоколу, вы обязаны отправить мне запрос, после проверки которого Академия выдала бы провинившегося студента.
– Простите, забегался, – небрежно бросил Нахимов и протянул ему папку с документами. – Вот ваши копии, ознакомьтесь. И на вашем месте, я бы не использовал магию на моих подчинённых. Они при исполнении и имеют право воспользоваться оружием, если посчитают, что на них напали. Стрельба в Академии… Мне кажется, это здорово подпортит вам репутацию. Детки богатеньких аристократов не смогут чувствовать себя здесь в безопасности…
– Не закапывайте себя ещё глубже, – внезапно посоветовал Виктор Викторович, просматривая бумаги. – Всё оформлено верно, а с юридическими нюансами мы разберёмся позднее. Однако о нарушении протокола я всё-таки доложу вашему начальству. Надеюсь, вас лишат премии. Или птицы вашего полёта не беспокоятся о премиях? Ну да, я слышал, что наследнички больших Родов работают ради удовольствия, а не по призванию. Куда уж нам, обычным людям, – он иронично изогнул брови, и Нахимова перекосило от злости. В словах директора скрывалось двойное дно: он не только назвал Нахимова посредственным полицейским, но и наступил на больную мозоль – Дмитрий был далеко не первым в очереди наследования.
– Вы пожалеете, – пообещал Нахимов.
– Всё может быть, – беспечно пожал плечами Виктор Викторович и добавил: – Уведомляю вас, что в течение часа в участок прибудет юрист от нашей Академии, который будет представлять Кристину Безликую в суде. Не переживайте, на случай, если вы страдаете склерозом, я повторю уведомление в письменной форме.
Не попрощавшись, он развернулся и пошёл в сторону лестницы. Нахимов проводил его взглядом и посмотрел на меня с ехидной ухмылкой.
– Запомни, Ломоносов. Я уничтожу всё, что тебе дорого. Скоро ты останешься в полном одиночестве, без денег и Рода. Но я тебя не убью. О нет… – он мечтательно улыбнулся. – Ты будешь жить и знать, что где-то рядом страдают твои близкие люди, которых ты любил. Ну что, скажи мне, это того стоило?
– Интересный вопрос, – я усмехнулся. – Задам его тебе чуть позже.
– Мелкий ублюдок, – прошипел Нахимов и, жестом приказав своим подчинённым следовать за ним, вымелся на улицу.
Как только он свалил, ко мне подошли Саша и Егор.
– Что будем делать? – спросил Саша и тут же предложил: – Марк, хочешь я позвоню отцу?
– Не стоит беспокоить Императора по таким пустякам, – произнёс я ледяным тоном. Внутри меня завывала метель. Все чувства притупились, обычно такое со мной происходило в прошлой жизни, на поле боя, когда от моих решений зависел исход битвы и жизни тысяч простых солдат. – Всё будет хорошо, не переживайте. Завтра Кристину отпустят. А может – уже сегодня.
– Но с Императором было бы быстрее… – растерянно протянул Егор.
– Он не станет в это вмешиваться. Если кто-то вынюхает, что Император выпустил преступницу по просьбе сына, то… Представьте, какой поднимется шум. Это его скомпрометирует в глазах народа. Одна безродная девчонка такого не стоит, – с безжалостной прямотой отрезал я. – К тому же подставу устроил лично Дмитрий Нахимов, то есть в эту историю втянут соперничество между Родами. Если Император освободит Кристину, он фактически щёлкнет по носу Род Нахимовых. О чём прознают другие Рода, а это же может спровоцировать конфликт. Кое-кто может подумать, что Нахимовы попали в немилость и что это отличный момент для родовой войны.