Меня зовут Пинк (ЛП)

Черт!
— Пинк! — кричит кто-то из-за двери, и реальность обрушивается на меня, рассеивая мое удовольствие.
— Да, — отвечаю я, радуясь, что мой голос звучит спокойно.
— Менеджер хочет тебя видеть. — Девушка заглядывает внутрь, хмуро глядя на меня.
Я киваю и следую за ней.
У меня было ограниченное взаимодействие с менеджером, и из всех случаев, когда он решал обратиться ко мне, он делает это сейчас? Он должен быть благодарен, что у меня нет пистолета, прикрепленного к бедру, иначе он бы…
— Пинк. — Он встает со своего места с выражением раскаяния на лице. Я почти закатываю глаза, но мне все еще нужна эта работа — особенно сейчас. Он прищуривается, глядя на меня, прежде чем покачать головой. — Я был поставлен в известность о том, что ты только что сделала. — Он вздрагивает, как будто не может смотреть на трансляцию камеры из-за своего стола. По всему клубу установлено видеонаблюдение. Он, наверное, дрочит на это, извращенец.
— А? — Я поднимаю брови, притворяясь, что не понимаю, о чем он говорит.
— Ты не можешь совершать действия сексуального характера в клубе. Вот почему мы предоставляем специальные номера. — Он хмуро смотрит на меня.
— Простите, — немедленно говорю я и стараюсь придать своему лицу виноватый и извиняющийся вид.
Секунду он оглядывает меня с ног до головы. Я надеюсь, что у него не возникнет никаких идей. Я правда не хочу убивать его и терять свою работу.
— Это твое первое предупреждение. Не делай этого снова. В следующий раз заставь их забронировать номер. — Он пренебрежительно машет рукой, и я понимаю, что легко отделалась. Эти комнаты стоят целое состояние, так что неудивительно, что он не хочет терять потенциальных клиентов.
Я киваю и тихо выхожу, направляясь обратно в VIP-крыло и надеясь, что Тео все еще может быть там.
К моему большому разочарованию, это не так.
Черт возьми!
***
Направляясь в клуб, я прилагаю все усилия, чтобы не заснуть по дороге. После прошлой ночи я почти не сомкнула глаз. Тем не менее, я должна быть здесь на тот случай, если Тео появится. Быстрый взгляд на часы, и я понимаю, что опаздываю.
Дерьмо!
Я ускоряю шаг, торопясь успеть до того, как отсутствие будет занесено в мой послужной список. Почти бегом мчась по коридорам клуба, я здороваюсь с ночным менеджером и иду к шкафчикам, чтобы переодеться. Как только я надеваю свой наряд, то решаю направиться прямо в VIP-зал. Если он в клубе, то, скорее всего, будет там.
Клуб разделен на две части: одна комната для обычных людей, а другая — для тех, кому требуется больше уединения. Между ними обоими есть темный коридор, и туда допускаются только избранные люди — те, у кого есть доступ ко всему клубу. Прежде чем я поменяюсь местами с другой девушкой, работающей на VIP-стороне, я должна быть уверена, что Тео здесь. Одна ночь там, и я поняла, что девушкам должны были сделать предложение. Я не хочу рисковать ранить кого-либо, если я разозлюсь, особенно кого-то важного.
Опоздание также означает, что в это время в коридорах меньше движения. Я останавливаюсь на секунду, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями. Я все еще должна выглядеть на все сто.
Я поправляю платье, стараясь подчеркнуть контур своей груди. Я видела, как Тео смотрел на мое декольте, поэтому сегодня надела дополнительный бюстгальтер с подкладкой. Я пытаюсь поправить одну грудь, как вдруг кто-то тянет меня за руку.
Меня прижимают к стене, и во мне просыпаются боевые инстинкты.
Но нельзя!
Я чувствую горячее дыхание на коже, скользящее по изгибу моей шеи к уху.
— Я искал тебя, моя кукла-Барби. — От его голоса у меня по спине пробегает дрожь, и я инстинктивно понимаю, кто это.
Тео!
— Зачем? — задыхаясь, спрашиваю я. В тот момент, когда я подтверждаю его личность, мое тело делает разворот на сто восемьдесят градусов. Мурашки покрывают кожу, и растущее возбуждение, которое я чувствую, заставляет меня скрестить ноги, чтобы найти хоть какое-то облегчение.
Его рука движется вверх, словно перышко, касаясь моей руки, прежде чем опуститься между грудей. У меня перехватывает дыхание, когда он останавливается, и предвкушение нарастает.
 
— У нас есть незаконченное дело, — продолжает он, его голос такой учтивый — ощутимый грех. Я больше не доверяю себе, обхватывая руками его бицепсы для поддержки.
О-ла-ла, какие мускулы.
— Какое? — Боже, я, должно быть, выгляжу как идиотка, но это его вина. Как я могу быть последовательной, когда объект моего желания находится в пределах досягаемости — в пределах досягаемости прикосновения?
— Ты так чертовски сильно дразнишь, — хрипит он, приближаясь ближе. — Думаешь, что можешь войти в комнату, отсосать мне, подарив чертовски сильный оргазм, а затем просто исчезнуть?
— Я думала, мужчинам нравится погоня. — Он скользит рукой вниз, мучительно близко к тому месту, которое нуждается в нем больше всего.
— О, так и есть. Прошлой ночью я провел несколько часов, представляя, как буду трахать тебя, когда поймаю. — С моих губ срывается стон, и я чувствую, что становлюсь влажнее с каждой секундой. — Скажи мне, малышка-Барби, — он нависает губами прямо над моим ухом, — как тебе нравится, когда тебя трахают? — Его язык выскальзывает наружу, чтобы лизнуть меня прямо под ухом. Когда я чувствую теплое прикосновение к своей шее, я вздыхаю, закрывая глаза. Все мое тело сжимается, я впиваюсь пальцами в его руки. Его смешок возвращает меня на землю. — Одно прикосновение моих губ, и ты кончила, — говорит он, забавляясь. Я тяжело дышу, пытаясь собраться с мыслями. — Я вижу тебя насквозь, малышка-Барби. Ты хочешь, чтобы тебя грубо трахнули, — покусывает зубами мочку моего уха, — жестко и быстро, оставляя синяки на теле. Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя, как маленькую грязную девчонку, которой ты и являешься. — Тео скользит пальцами по моему бедру, прослеживая материал моих трусиков.
— Пожалуйста, — стону я, ошеломленная от ощущений.
— Пожалуйста, что, малышка-Барби?
— Пожалуйста, трахни меня. — Я хочу сказать ему, как сильно хочу его, что могу умереть, если не почувствую его внутри себя прямо сейчас, но слова, кажется, подводят меня.
— Твое желание для меня закон. — Я чувствую его улыбку на своей шее, и в мгновение ока он срывает сетку с моего тела, отодвигая трусики в сторону. Его рука проскальзывает между моих складок, и я чуть не умираю от этого ощущения.
— Такая влажная, — бормочет он, его тон сочится удовлетворением, когда он гладит мой клитор, вводя в меня один палец, — и такая тугая.
— Только для тебя. — Только для тебя. Он первый и единственный мужчина, которому я позволила бы так прикасаться ко мне.
— Правда? — Он убирает палец, и я внезапно остаюсь обделенной. Я хнычу от потери, но смотрю, как он подносит его ко рту, слизывая мои соки.
Черт! Я в беде.
Все происходит так быстро, что я едва успеваю это осознать. Одним махом он прижимает меня еще сильнее к стене; я обвиваю ноги вокруг его талии. Его твердая длина соприкасается с моим центром, и я издаю громкий стон.
Мне это нужно, как следующий вдох, и дрожащими пальцами я пытаюсь расстегнуть его брюки.
— Тебе не кажется, что мы торопимся? — Он дышит мне в лицо. Я могу только кивнуть, и его руки заменяют мои, вынимая член и поглаживая его по влажному входу моей киски.
— Черт! — кричу я, зная, что теперь это всего лишь вопрос нескольких секунд.
Он неловко надевает презерватив, и прежде чем я успеваю опомниться, он прижимается ко мне.
— Такая чертовски тугая, — хрипит он мне на ухо, и я отворачиваю голову в сторону, надеясь, что он не увидит слез в моих глазах.
Все горит!
Дерьмо! Мне следовало ожидать боль, учитывая его размеры.
Он обхватил руками мою задницу, входя в меня на всю длины. Он издает низкий горловой стон, его лоб прижимается к моему. Я сцепляю ноги за его спиной, прижимая его к себе, надеясь, что боль утихнет.
— Ты разрушаешь меня, кукла-Барби, — говорит он, прежде чем его рот находит мой. Мой первый поцелуй, и он не нежный и не робкий. Нет, это полное парирование языков и безумный танец губ. Я наслаждаюсь ощущением того, что он внутри меня, что мы наконец-то стали единым целым.