Меня зовут Пинк (ЛП)

— Эбигейл, — выдыхает она, ее губы дрожат.
— Спасибо. Мисс Эбигейл как раз собиралась продемонстрировать технику орального секса.
Нам было приказано убить генерального директора нефтяной компании — мистера Хораса Бентама. Не знаю, было ли это удачей или судьбой, но я добралась до него как раз в тот момент, когда он собирался окунуть свой фитиль2 в мисс Эбигейл. Так вот, я не из тех, кто упускает возможность, когда она смотрит мне прямо в лицо. Мистер Бентам был бы мертв, но только после того, как я утолю свое любопытство.
— Ты хочешь сказать минет. — Влад закатывает глаза, размахивая кинжалом, убеждаясь, что гости поняли невысказанную угрозу.
— Это одно и то же. — Я пренебрежительно машу рукой и снова сажусь на свое место. — Иди сюда, смотри! Ты тоже мог бы кое-чему научиться.
— У меня нет с этим проблем, — сухо отвечает он. — У тебя есть десять минут. Не больше. Нам нужно предоставить доказательства того, что он мертв. — Он делает два шага и встает рядом с подоконником.
Я хмурюсь.
— Десять минут? Хочешь сказать, что секс длится десять минут? Я думала дольше. — Я пытаюсь вспомнить все статьи, которые читала, но понимаю, что ни в одном из них не была указана конкретная продолжительность.
— Би, — стонет он, поднимая руку, чтобы помассировать виски, — я не знаю, как долго длится секс, но мы на задании. Он должен был быть мертв полчаса назад. Ты рискуешь.
— Дорогой, ну пожалуйста. — Я хлопаю ресницами, глядя на него, наблюдая, как легкое раздражение превращается в поражение за раз… два… Да.
— Ладно. Но ты у меня в долгу.
— Конечно! — я хлопаю в ладоши. Я знаю правила. С Владом всегда работает схема услуга за услугу. Вот уже три года мы партнеры, и, хотя поначалу наша совместная работа была довольно несистематичной, вынужденное сотрудничество и схожий подход к жизни — или, скорее, смерти — облегчили нашу связь. Мы в одной лодке, и поэтому научились идти на компромиссы по отношению друг к другу. Вы могли бы сказать, что по характеру мы совершенно разные: я довольно равнодушна к вещам и склонна вести себя хладнокровно, в то время как Влад… что ж, можно с уверенностью сказать, что лучше этого не знать.
Я пододвигаю еще один стул и ставлю его рядом с собой. Похлопав по нему, я жестом приглашаю Влада присоединиться ко мне. Он качает головой, что-то бормочет, но принимает приглашение и садится.
Требуется немного больше настойчивости, чтобы заставить Эбигейл и Бентама продолжить, в основном это проявляется в том, что я размахиваю пистолетом и выкрикиваю какие-то указания. Но вскоре мы возвращаемся в нужное русло, и Эбигейл снова делает ему минет.
Я вытягиваю шею, пристально наблюдая за движениями ее рта и языка.
— Она слишком много внимания уделяет этой области. Она более чувствительная? — я толкаю Влада локтем.
— Ради Бога, Би, откуда мне знать?
— Ну, потому что у тебя есть член. — Я закатываю глаза, когда произношу такие очевидные вещи, но затем мне в голову приходит другая мысль, и я поворачиваю голову, глядя на Влада с подозрением. — Тебе ни разу не делали минет? — Учитывая его несуществующую личную жизнь…
— Ты задаешь слишком личные вопросы и вторгаешься в мое личное пространство. — Он дотрагивается пальцами до моего лба, ставя мне щелбан, от чего я морщусь от боли.
— Больно, придурок, — бормочу я, сохраняя дистанцию между нами.
Возвращаясь к наблюдению за парой, я говорю им поменяться местами и перейти к сути дела. Я уже знаю, что Влад не будет долго ждать, так что я вполне могу перейти к кульминации шоу.
Бентам лежит на спине, а Эбигейл забирается на него сверху, опускаясь на его член. По мне так, это выглядит довольно… просто.
— Хм… — размышляю я, поднимая большой палец вверх и кладя его под подбородок. Это не может быть слишком сложно.
Я так сосредоточена на наблюдении за движениями Эбигейл, что не замечаю, как Влад выхватывает пистолет из моей руки. Я поворачиваюсь к нему как раз в тот момент, когда он целится в Бентама. Все происходит как в замедленной съемке: я открываю рот, чтобы закричать «нет», но затем вспоминаю, что не должна привлекать к себе внимания. Глушитель на пистолете гарантирует, что выстрел будет неслышен. Я в ужасе смотрю, как на лбу Бентама появляется красный круг.
 
— Ты не должен был это делать! — Я выдыхаю, мои глаза расширяются от его дерзости. Он не только испортил мое шоу, но и украл мою гребаную добычу. — Влад. Ты… — Я поджимаю губы, держа себя в руках. Психануть прямо сейчас не приведет ни к чему хорошему. Особенно когда Эбигейл рыдает у трупа Бентама.
— Теперь ты. — Влад указывает на Эбигейл, его голос мрачный и бесстрастный.
Серьезно?
У Влада есть определенные триггеры, которые делают его… неуравновешенным. Самый простой способ распознать признаки того, что он может поддаться своей болезни — какой бы она ни была, — это следить за его голосом. Он научился оттачивать дружелюбный, саркастический тон, в основном для того, чтобы люди считали его безобидным и… нормальным. Однако он совсем не такой. И когда его голос становится холодным… я инстинктивно вздрагиваю, устремляя взгляд к окну. Мы на пятом этаже. Интересно, сколько костей я бы переломала, если бы прыгнула? Я мысленно вспоминаю планировку отеля и внешнюю архитектуру, надеясь, что там есть хоть что-то, за что можно зацепиться. Одно можно сказать наверняка: если Влад сойдет с ума, я убегу.
— Забирайся обратно на него и трахни, — командует он. Я очень медленно наклоняю голову и вижу, что его глаза не остекленели — пока. Ладно, может быть, все не настолько плохо.
— Но… он мертв. — Девушка хнычет, пытаясь прикрыться.
— Мне плевать, — продолжает Влад: — Сейчас же! — Его голос гремит, и Эбигейл осознает, что не может противостоять ему.
Член Бентама все еще тверд, хотя его глаза пусты. Эбигейл снова опускается на него, на этот раз нескоординированными движениями.
— Что ты творишь? — шиплю я на Влада. Это было не то, что мы обсуждали.
— Я хочу посмотреть, может ли труп эякулировать, — заявляет он со всей серьезностью.
— Ч… что? — Даже для меня это звучит безумно. Но один взгляд на его лицо, и я вижу, что он абсолютно серьезен. Класс! Еще один из его научных экспериментов.
Я откидываюсь на спинку стула, и мы оба смотрим, как Эбигейл продолжает трахаться на члене мертвеца. Время идет, а ничего не происходит.
— Давай закончим с этим и пойдем. — Я встаю, чтобы уйти, уже злясь на Влада.
Он, кажется, не слышит меня, поскольку наклоняет голову вправо, его глаза сосредоточены на Эбигейл.
— Влад! — Я щелкаю пальцами перед ним, но он лишь отводит мою руку в сторону. Он поднимает глаза, чтобы посмотреть на меня своим скучающим выражением лица.
— Черт возьми! — чертыхаюсь я, выхватывая пистолет из его руки. — Я попросила об одной услуге. Только одной. И тебе пришлось все испортить.
— Но как часто ты видишь, как кто-то трахает труп? — спрашивает он меня с таким невинным видом. Я прищуриваюсь, глядя на него.
— Ты болен, — бормочу я себе под нос. Хотя я сама не совсем нормальная, но, определенно, далека от уровня испорченности Влада. Это соревнование, в котором я всегда буду проигрывать, как бы мне ни было больно это признавать.
Схватив его за пиджак, я поднимаю его на ноги, готовая положить этому конец. Однако, похоже, у него другие идеи, поскольку он обхватывает мою руку, отталкивая меня с дороги.
Я приоткрываю рот, округлив глаза, глядя на него с недоверием. Он только что… толкнул меня? Дальше все происходит инстинктивно: я поднимаю руку, ударяя его кулаком по щеке. Склонив голову набок, он проверяет свою челюсть на предмет повреждений, прежде чем медленно повернуться ко мне, его глаза блестят от возбуждения.
— Хочешь грубости, маленькая богиня? — говорит он за секунду до того, как наносит апперкот мне прямо в живот. Я даже не морщусь от боли, готовясь парировать его следующий удар, одновременно нанося другие.
Кулаки летят, но мы валяем дурака.