Разлюбить князя (СИ)

В её словах не было ни капли зависти. Похоже, девушка была простодушна, и слова её были искренни.
— Ты тоже очень мила, — улыбнулась Таня. — И глаза у тебя добрые, и улыбка светлая.
Девушка зарделась от похвалы. На самом деле, внешность её была самой заурядной. И фигура красотой не отличалась. Эрда была невысокого роста, коренастая и широкоплечая. Ничего удивительного в том, что длинноногая Таня, обладающая тонкой талией и высокой грудью, вызвала у неё восхищение. К тому же джинсы и облегающая футболка только подчёркивали её стройность. Если все девушки клана были сродни Эрде, то, понятно тогда, почему два князя вступили в спор за чужеземку.
— Ты давно служишь у князя?
— Четыре года, госпожа. Как только он достиг совершеннолетия и перешёл жить в свой дом.
— Какая я тебе госпожа?
— А кто же? Конечно, госпожа, раз будешь с князем жить.
— Я хочу, что бы ты называла меня по имени. Это возможно?
— Нет, — покачала головой девушка. — Я не могу… Слугам не положено называть господ по имени, ведь…
— Подожди, — перебила девушку Таня, — но конюх при мне называл князя Буршаном.
— Салит? Да. Только ему уже больше шестидесяти лет и поэтому он может обращаться к князю по имени.
— То есть те, кто старше шестидесяти могут князей по имени называть?
— Те, кому больше двадцати одного года. А до этого либо князь, либо господин. У нас так заведено.
— Но сначала Салит назвал его господином.
— Так это правильно. Смотри, — старательно стала пояснять Эрда, без какого-либо раздражения, — все, кто старше двадцати одного года могут обращаться и князь, и господин, и по имени. А тем, кому ещё двадцати одного нет, не должно называть князя по имени.
— А сколько тебе лет? — спросила Таня, при этом решив, что двадцать один год в этом мире считается совершеннолетием.
— Восемнадцать.
— Так ты с четырнадцати лет в услужении?
— Да.
— Не тяжело? Ведь ты совсем юная…
— Нет. Что ты! У меня и дел-то по дому не много. С чего же уставать? К, тому же, служить у моего господина одно удовольствие! Он и платит хорошо, и относится ко мне по-доброму, и подарки дарит маленькие.
— А что входит в твои обязанности? — Таня прошла вглубь комнаты и за печью увидела кухню. — Готовка?
— Нет. Я убираю дом, стираю и глажу бельё, протираю пыль и слежу за обувью господина. А ещё в мои обязанности входит уборка бани и чистота во дворе, а так же я расставляю и зажигаю вечером свечи. «Ага… — подумала Таня, — значит, электричества у них ещё нет», а вслух спросила:
— А палисадник? Вокруг дома Буршана необыкновенно красивые цветы. Это твоих рук дело?
— Нет. Для этого приходит садовник.
— А кто же готовит? Кухарка?
Эрда улыбнулась:
— Обычно для князя ходит за едой хозяйка или его женщина, но, когда князь живёт один, то еду из харуша приношу ему я.
— Что такое харуш? — спросила Таня, подходя к лестнице и заглядывая наверх.
— Там спальня. Ты будешь там с князем спать. Харуш?.. Ты, когда в наше селение въехала, видела красивый терем на площади?
— Да, видела. Только я думала, это терем князя.
— В какой-то степени ты права, — снова улыбнулась девушка. Она вообще была улыбчива и доброжелательна. — Харуш принадлежит князю Карушату, отцу моего господина. Он глава нашего клана. А вот княжеские дома особой роскошью не отличаются от домов простых жителей.
— Да? А как же князя от селянина отличить?
— По одежде. У них зимняя одежда отделана мехом газуаров. Это очень опасный и редкий зверь. Говорят, этот зверь обладает странной способностью: он, вроде, мысли читает или чувствует, о чём думает охотник. Единственное место, где можно добыть этот мех — Чёрные скалы. Туда газуары уходят умирать. И убить можно только умирающего газуара. На молодых и здоровых зверей охота запрещена. Если только сам газуар не нападёт на человека. Тогда, защищаясь, можно нанести зверю смертельную рану. Это связано со старинной легендой, которая передаётся из уст в уста уже много лет. Говорят, очень давно одна девушка из Голубой Дали нашла раненого детёныша газуара. Его мать, наверно, погибла, а девушка взяла котёнка и выкормила его. Потом, когда он подрос, отпустила на волю. Она с ним всегда разговаривала, как мы со своими собаками и кошками. Однажды её похитили шардуги…
 
— Кто?..
— Племя такое кочевое. В твоей Дали про них не знают?
— Нет, — честно сказала Таня.
Часть 1 глава 10 (продолжение)
— Так вот, — продолжала словоохотливая служанка, — её похитили и держали в шатре. Через некоторое время племя должно было уйти со стоянки в Заокеанию. Там эту девушку собирались продать в рабство. В шатре она была одна. Её связали и положили на ковёр. Никто её не охранял. Шардуги были уверены, что она никуда не денется. А Лота, так звали девушку, стала мысленно призывать своего газуара и просить о помощи. И он пришёл! Вспорол когтём шатёр и вынес её на своей спине. С той поры на газуаров охота запрещена. Но вот на умирающих хищников можно охотиться. Считается, что быстрая смерть спасает зверя от мучительной гибели.
— Какая красивая легенда!
— Ещё на всей одежде князей вышивается их родовой герб. Так же по драгоценным камням. — Продолжала перечислять Эрда. — Валернат — камень князей. Он передается по наследству или его может купить только князь. Ты обратила внимание на перстень князя?
— Да. Перстень очень дорогой. Сразу видно. — Таня заметила перстень на правой руке князя, когда он сражался с Максом.
— Селянину это не по карману. Даже маленький камень стоит дороже дома. Марсон — тоже редкий и дорогой камень. Простому человеку, что бы купить его, надо откладывать деньги несколько лет. И обувь… Смотри, — она приподняла подол сарафана, и Таня увидела туфли из грубой кожи. — Князья из такой кожи обувь не носят.
Таня вспомнила, что у Руберика и Буршана сапоги были из очень тонкой замши красноватого оттенка, а Сатурат был в сапогах из чёрной кожи. Правда, не такой грубой, как у Эрды. Это сразу бросалось в глаза.
— Значит, Сатурат — не князь?
— Нет. Он просто друг моего господина и князя Руберика.
— Князья дружат с простолюдином?
— Сатурат не просто селянин. Его мать — купцова дочь, а отец знатный охотник.
— Как интересно… Только мы с тобой от темы отклонились. Так харуш — это что?
— Харуш — это общее место. На первом этаже в харуше располагаются столы и кухня. Это называется столовая. Ещё там есть не большой зал. В него отдельный вход из столового зала. В нём проходит Совет старейшин, в котором принимают участие князья. На втором живут те из наших селян, кто остался по какой-то причине без семьи. Например, старики, которые не могут себя обслужить или дети, у которых умерли или погибли родители, а родни нет, а так же там могут жить работницы кухни. Очень удобно. Проснулась — и уже на работе. На третьем этаже расположены комнаты для купцов и гостей. В харуше всегда много готовой еды. Так как, харуш — собственность князя Карушата, то старики и дети, проживающие там, берут её даром в неограниченном количестве. Князья первой и второй линии тоже не платят за еду, но за это добытую на охоте дичь приносят мяснику в харуш. Охота для князей является почётной обязанностью. Они никогда не убьют дичи больше, чем надо для еды. Если же кто-то из селян или пришлых захочет откушать, то платит. Гости и купцы обычно оплачивают еду вместе с комнатой. Так же они могут посещать баню в харуше. Только надо договориться заранее, чтобы она не была занята.
«Прямо всё включено!» — мысленно усмехнулась Таня.
— Понятно. Ваш харуш — это что-то вроде гостевого дома. А Буршан ходит есть в харуш? Или только дома ест?
— Когда тут жила Радана, они с Буршаном обычно ели в харуше. Она не любила ходить за едой, а потом относить посуду обратно. Чаще это делала я. Радана считала, что раз есть служанка, то нечего госпоже с корзинками ходить. Буршан недоволен был таким высокомерным поведением своей женщины. Думаю, поэтому он и отказал ей в доме. В харуш обычно ходят те мужчины, в чьём доме нет хозяйки или нет кухарки. Ну, или когда хотят со своей женщиной провести время на людях. Правда, помимо харуша у нас много других заведений, где можно покушать. И там платят все: и селяне, и князья, и гости.