Девчуля для братвы (СИ)

— Ай, как нехорошо, — протянул Бурый, перекатывая во рту жвачку. — Неуважительно как-то. Не все тебе одному сливки снимать. Ребятам тоже такую чистую и ладную девку попробовать хочется.
— Их проблемы, — процедил Вольф.
Они боялись его! Я видела это по их глазам. Но все-таки их было намного больше и они были уверены в своей силе, поэтому страх уступал место злости и зависти.
— Никто против тебя идти не хочет Вольф, но коллектив негодует, — выступил вперед еще один из парней — со шрамом в форме галочки на щеке. — Нечестно ты поступаешь, не по понятиям. Отдавай девчулю по-хорошему, иначе… Даже на тебя может найтись управа, раз порядки наши нарушаешь. Эдик привезти ее велел, и его приказ исполнен будет.
— Передайте Эдику, чтобы забыл о ее существовании. Остальным рекомендую сделать то же самое.
В светло-желтых глазах Вольфа — пламя, а весь вид буквально источает открытую угрозу. Чувствую это на физическом уровне и мне жутко.
Почему небеса распорядились так, что я оказалась связана с этим страшным человеком? В полной зависимости от него и его странного чувства ко мне.
Что он во мне нашел? Ведь я не красавица, не роковая девушка… Почему он так упорно идет из-за меня против этой злобной и яростной толпы?
— Гля, он бохзый, бхатва! — Жорик сплюнул. — Моя очехедь с девчхулей хазвлекаться! А наглого Немца — на расход!
Толпа разъярившихся мужиков утвердительно загалдела. Я схватилась за сердце, потому что понимала — шансы Вольфа на победу ничтожно малы.
Жорик сунулся первым.
Первым и получил.
Никогда не видела ничего подобного — даже в кино. Не успела я оглянуться, как парни, которые собирались проучить Вольфа за дерзость, лепестками разлетелись по асфальту.
А он… Он даже не запыхался, пока их раскидывал.
— Девка моя. Кто еще сунется — живьем в землю закопаю, — негромко проговорил Вольф.
  
Глава 22
 
— Постойте, подождите!
Я изо всех сил пыталась поспеть за Вольфом, но это было довольно сложно. На тринадцатый этаж он почему-то решил подняться не на лифте, а пешком.
Подозреваю, что он хотел проверить, нет ли засады на лестнице, и это было дальновидно, нужно это признать. Двигался быстро и четко, как робот, не выказывая вообще никаких признаков усталости.
Не то, чтобы я жаловалась на свою физическую форму, но его темп был слишком быстрым для обычного человека.
— Как это у вас получается? — выдохнула я. — Там, около подъезда… Это какая-то особенная военная подготовка, да? Мне кажется, что теперь бандиты точно не вернутся, и мне нечего бояться. Я могла бы поехать к…
Под его мрачным взглядом я осеклась и сникла.
Нечего бояться, ага… Это надо же было такое ляпнуть?
Тот, кого нужно бояться по-настоящему — вот он, рядом со мной. Дело не в Лиханове и его приспешниках, а в том, что Вольф не хочет отпускать меня от себя.
— Вы… вы говорили, что разрешите мне позвонить Варе и на работу, — негромко проговорила я. — Если я выполню какие-то ваши два условия…
Даже подумать страшно, что он может от меня захотеть…
— Все очень просто, — отозвался он. — Даже ты справишься. Во-первых, ты перестанешь говорить мне свое дурацкое «вы», а во-вторых… я хочу видеть тебя в платье.
Это было неожиданно. По-настоящему удивительно.
Я ждала каких-то жутко неприличных и пошлых требований, от которых уши в трубочку свернутся. И уже сразу приготовилась ответить возмущенным отказом, мол, такое не для меня. И я ни за что на это не пойду…
Но то, что он озвучил, прозвучало вполне приемлемо. И целомудренно.
— Вообще я сейчас в платье… — осторожно проговорила я. — Значит, ваше условие как бы… выполнено. Что касается того, чтобы перейти на «ты», я постараюсь…
Хотя это и будет для меня очень сложно. Вольф мне не друг, не возлюбленный. Даже знакомым, если разобраться, его назвать сложно.
— Мое условие выполнено? Ты серьезно так думаешь? — он засмеялся. — Это не платье, Ульяна. Это мешок из-под картошки.
Я замолчала, глубоко оскорбленная этими словами. Я очень любила это свое платье и считала его самым приличным из всего своего гардероба. Первым положила в сумку, когда собирала вещи, чтобы уехать от Глеба и Олеси.
 
Ну да, оно не облегало мою фигуру, вернее, являлось самым настоящим балахоном, имело грубоватую материю и скучный коричневый цвет. Но зато было одним из немногих, выбранных для меня Глебом лично. Он утверждал, что это платье какого-то известного бренда — очень стильное и очень мне идет.
Еще он говорил, что меня из-за деревенского происхождения тянет на все яркое, кричащее и безвкусное. Поэтому мне нужно выбирать вещи темных, спокойных и нейтральных расцветок — тогда уж точно не ошибусь.
— Ну, у меня в вещах есть еще несколько… платьев, — начала я. — Выберите из них, какое вам нравится, и я… я его надену. Для вас.
Все это было неловко. Странно.
К чему он вообще клонит? Чего хочет от меня с этим платьем? Наверное, тут какой-то подвох, который я не могу разгадать…
— Для вас? — с нажимом переспросил он.
Я поняла. Конечно же, я сразу поняла, о чем он…
— Для… для тебя, — с усилием проговорила.
Второе слово далось очень тяжело.
Некомфортно. С трудом.
Вольф не тот человек, которому я бы могла говорить «ты» и чувствовать себя при этом… нормально.
А он… Он достал из кармана пальто свой сотовый и, глядя мне в глаза, поднял руку.
Я рванулась к нему, как сумасшедшая. В этот момент я позабыла обо всех своих страхах, обо всем…
Неужели, неужели, о Господи…
Хотя бы капля адекватности во всем этом безумии, происходящем со мной в последние дни.
Вольф позволил мне выхватить из своей руки телефон и откинулся в кресле, с интересом за мной наблюдая.
Я, я, я…
Первый порыв — набрать номер полиции и…
И да — что я скажу? Что меня отдал бандитам собственный муж в качестве компенсации за собственную роковую ошибку? Что я побывала в самом настоящем казино в центре города? Или что меня силой удерживает в одной из башен «Огней Манхеттэна» мужчина, которого я до смерти боюсь?
Играем по правилам, Ульяна.
Или, как сказала бы Варя, делаем вид, что…
Мысль была новой в моей голове, и ее следовало обдумать. Хорошенько обдумать.
Варя, Варюша… Неужели я могу услышать голос своей сводной сестры? Вот прямо сейчас.
Посреди всего этого. Запросто.
Дрожащими пальцами под пристальным взглядом Вольфа я набрала номер, который помнила наизусть, и…
Гудки, гудки, гудки…
Она безалаберная, как не знаю кто! Вечно забывает свой телефон, где не попадя. Тоже мне, будущий юрист. Вроде как поступила на такую серьезную специальность, хочет стать инспектором уголовного розыска… А такой ветер в голове!
— Алло… — наконец, раздался в трубке сонный-пресонный голос.
— Варя… — позвала я. — Варька!
Каких усилий мне стоило тут же не зареветь — видит один лишь бог.
— Ульянка! — голос сестры из сонного стал оглушающим и страшно возбужденным. — Ульянка, ты? Додумалась-таки позвонить, дурочка несчастная? Слава богам! Ну, ты как там? Догадалась все-таки телефон себе купить?
— А, догадалась, да… — пробормотала я, совершенно не представляя, о чем она.
— Глебчик папе рассказал, что ты в тур «Жемчужины Северного Кольца» махнула, а он не смог, потому что его в последний момент сниматься в какой-то новогодний огонек позвали! — Варька орала так, что у меня заложило уши. — А потом ему позвонила и сказала, что у тебя телефон украли. А я ему сразу и говорю — пусть купит там где-нибудь самый дешевенький. Ты ж сама-то не догадалась бы, я уверена!
Варька кричала в трубку что-то еще, расспрашивала, как там красоты русского севера — Печоры, Кемь, Калевала, а я просто слушала ее голос и внутри меня разливалась теплота.
Варька, Варька, родная… Ты даже не представляешь себе, что в кармане куртки у меня лежит сложенное вчетверо свидетельство о разводе с Глебом. Может, я бы и рассказала тебе, или хотя бы заикнулась, но… Но только не под пристальным взглядом мужчины, который сидел сейчас напротив меня.