Бессердечный (СИ)

─ Огонёк, ты разбиваешь мне сердце, ─ выдохнул куда-то мне в волосы. ─ Что ты видела? Что тебе сказали?
Я не сразу поняла, о чём он спросил, а когда, наконец, собралась с мыслями, выложила всё, что удалось запомнить.
─ Праздник Северных огней, ─ припомнила я. ─ Мне надо быть там, иначе они начнут с отца… Я клянусь, всё было очень реально!
─ Я верю тебе, маленькая, ─ всё так же продолжая обнимать и едва покачивать, словно маленького ребёнка, уронил он. ─ Но это очень большой риск. Теперь снаружи ещё опаснее — утром случился новый Прорыв, и целая стая демонов проникла на наши земли. Представь, если бы они на вас напали?
Если честно, меня это вовсе не беспокоило — я была уверена, что в случае реальной опасности, я бы смогла себя защитить, даже с браслетом, да и тот мужчина из сна явно пришёл бы на помощь…. А вот ситуация во дворце меня действительно волновала. Именно поэтому я решила использовать довольно грязный метод — правду.
─ Император считает кого-то из вас с братом предателем, ─ поделилась я, отслеживая любые изменения в поведении оборотня.
Он вздрогнул, как от пощёчины, отстранил меня от себя, но всё равно продолжал мягко удерживать за плечи, глядя куда-то мимо.
─ Значит, у него есть веские причины так думать, ─ пытаясь с прятать эмоции, произнёс он. ─ Неужели, Зейд мог?..
─ Шейн, ─ осторожно позвала я, и когда его глаза вернулись к моим, я почти задохнулась от той боли, что там плескалась. ─ Это ещё не ясно. Именно поэтому я хочу всё выяснить, а для этого мне надо как-то выйти. У тебя есть здесь люди, которым действительно можно доверять?
Он напрягся, явно хорошенько задумавшись.
─ Есть, но проблема в том, что любой точно так же может оказаться предателем, ─ вздохнул. ─ Дай мне пару дней, Огонёк, хорошо? Пообещай, что не будешь торить глупости самостоятельно? И я клянусь, что сделаю всё, от меня зависящее.
Он смотрел с таким отчаянием, что я сейчас могла бы пообещать всё на свете, поэтому я просто кивнула.
─ Обещаю.
На этом трогательном моменте вошла госпожа Адельхея, прерывая наш зрительный контакт, и Шейнар решил удалиться — очень напряжённый, натянутый, как струна. Женщина принялась обрабатывать мои раны какими-то вонючими компрессами, и чем дольше они были на коже, тем быстрее следы исчезали, будто их и не было вовсе.
─ Я хочу попросить Вас не говорить императору о том, что было, ─ обратилась я к ней. ─ Надеюсь, я могу рассчитывать на это.
Какое-то время она молча занималась моими руками, но вдруг протянула:
─ Тогда и я рискну высказать просьбу. ─ Я в ожидании на неё взглянула, и слова меня несколько удивили. ─ Будьте крайне осторожны с проявлением чувств к своему охраннику. Это может плохо закончиться.
─ Я Вас услышала.
Услышала, но не прислушалась. Возможно, это помогло бы мне избежать того, что вскоре произошло, однако в тот момент мои мысли были заняты другим, и думать о смысле сказанного просто не получалось. Поэтому я с миром отпустила женщину, искренне веря, что и с Айной она поговорит сама.
Я же осталась неподвижно сидеть на месте, пытаясь как следует уложить всё в голове. Боль и опасение за жизнь папы не отступали, давили на сердце, но я была связана по рукам и ногам, чтобы хоть что-то предпринять. Неизвестность всегда причиняла больше вреда.
Тогда ко мне и пришло озарение: я же могла увидеть любого человека, — и мне хотелось верить, что любого, — обратившись к воде. Разбившаяся в пух и прах надежда вдруг снова распустила свой цветок в моей душе, и я молнией метнулась в ванную, чтобы набрать небольшую раковину, заткнув её полотенцем. А когда та наполнилась, чуть сверкая — или мне так просто показалось, — я с волнением попросила:
─ Покажи мне отца.
Это было ожидаемо, но вместо хоть какой-то картинки я увидела лишь непроглядную тьму. Вода так быстро почернела, и так же быстро приняла обычный вид, что это могло сойти за мираж, однако это было далеко не так. Я верила словам Змея.
Поборов разочарование и пообещав, что я обязательно найду папу, я снова обратилась к своему волшебному «зеркалу».
 
─ Покажи Варрта.
На сей раз вода забурлила, словно в котле, являя мне чуть рябящее изображение, и не узнать полуголую старушку Шеарин, стоящую на коленях перед мощной фигурой, было невозможно. Только вот её слова и радостное лицо вызвали во мне нездоровую порцию злости, а уж слова окончательно выбили почву из-под ног.
─ … Мой император, я знала, что рано или поздно Вы вернётесь ко мне!
Похоже, этот день войдёт в историю, как самый кровавый, потому что сегодня точно кто-то пострадает, а вот с меня уже реально достаточно.
16
Никогда раньше не думала, что способна на такие чувства.
Ревность?
То, что я испытывала, глядя на такую картину, больше походило на ярость дикого животного, которого не просто заперли в клетку, а ещё и вырезали всю его семью.
Словно была не в силах оторваться от этого зрелища, я продолжала смотреть на то, как змеюка Шеарин стелется перед императором, оголяясь всё больше. Выражение его лица сложно было назвать хоть каплю заинтересованным — скорее, пугающе-равнодушным, но с таким лицом вполне можно было как хотеть женщину, так и идти убивать неугодных, поэтому я не обольщалась.
Мне хотелось хоть как-то им помешать, испортить это милое свидание, и я сама не поняла, как в руке оказался магофон, а пальцы уже вслепую выводили текст, а дальше сообщение было уже отправлено.
«Ты обещал мне бельё».
Глядя на изображение в воде, не могла не усмехнуться тому, как изменилось выражение императорского лика. Равнодушие? Куда там… Получив моё послание, он будто ото сна встрепенулся и пару мгновений тупо смотрел в экран, пока предприимчивая женщина пыталась вновь обратить на себя его внимание.
«Неужто это такая непосильная задача — раздобыть пару удобных, красивых комплектов для своей ш’алианты? ─ подбросила дровишек в костёр его терпения. ─ Вредный Высший не хочет, чтобы она была красивой?»
Что? Демоны угрожают расправой? Хотят захватить дворец? А меня вообще должно это волновать, пока ты устраиваешь себе отборы невест и явно не брезгуешь своей старой во всех смыслах любовницей!
«Привязалась же ты к возрасту», ─ посетовал мой внутренний голос, только я не переживала — меня очень взволновал неистовый рык, который Шеарин, должно быть, восприняла на свой счёт, потянувшись к императорской гордости, прячущейся в его штанах, однако он не позволил. Отстранил от себя чужие конечности на радость мне.
─ Я не за этим пришёл, ─ ответил он ей, продолжая таращиться в экран, словно ожидая, что я снова поражу его воображение, и я не стала разочаровывать.
«Мне хочется, чтобы моё тело хорошо смотрелось в том, что Вы выберете», ─ написала, запоздало вспомнив, что моя модель магофона была оснащена камерой, так что в следующий миг император получил фото этого самого тела.
Нет, всё было прилично. За исключением, что белья на мне так и не было, а все стратегические места были прикрыты ладошками.
«Надеюсь на Ваше безгранично щедрое Величество», ─ добила я, отмечая, что он там совсем завис, уже откровенно напрягая несчастную Шеарин — теперь уж точно он не будет думать о ней, даже если пришёл навестить с конкретной целью.
Эта неделя будет для тебя самой тяжёлой, крылатый! Обещаю…
С чувством выполненного долга, я выдохнула воздух, показавшийся слишком горячим в лёгких, правда на душе спокойнее не стало. Я вмиг ощутила себя опустошённой и почти обессилевшей из-за того, что в очередной раз мной просто сыграли, а обиднее всего, что я так и не стала для Высшего кем-то действительно значимым. Да, он мне, по сути, вообще ничего не обещал — это у меня появились какие-то надежды на лучшее, и от этого ещё больнее. Сама себе что-то придумала, сама наградила его качествами, которых у него и в помине нет, а теперь придётся вернуться с облаков на землю.
Может, всё дело в том, что я собственница? Однажды, когда Ная начала общаться с новенькой девчонкой в нашем классе, меня это так взбесило, что я чуть не сделала глупость и не подговорила парней на класс старше «поговорить» с нахалкой, посмевшей украсть у меня лучшею подругу. Слава богам, я тогда вовремя сумела остановиться, но не по себе мне было по сей день. Всё ведь могло закончится очень плохо…