Арамус (ЛП)

Легкий? Значит, расставание с Райли считалось легким вариантом? Арамус безостановочно вел внутреннюю борьбу с того момента, как только высадил девушку и остальных людей на станции. Ему пришлось зажмурить глаза, чтобы не видеть реакцию Райли, иначе он мог отказаться от своей затеи.
— Люди были угрозой для безопасности.
— Кого?
— Всех нас. Кто-то пытался отправлять сообщения.
— И слежка привела тебя к пленникам?
— Не совсем так, но кто еще это мог быть?
— Я. Дейдра. Кто-то из экипажа. Если ты так убежден, что пленные были предателями, тогда почему не бросил их в камеру и не выбил признание? Или не поступил как обычно, всех казнил.
— Я не обязан оправдываться перед тобой.
— Не обязан, но тебе придется объяснить Джо свои иррациональные действия.
— С Джо я как-нибудь разберусь.
Джо, вероятно, назовет его гребаным идиотом за то, что он бросил сотрудников компании, так как не мог справиться с чувствами к одной маленькой женщине.
— Мне неприятно прерывать вашу увлекательную дискуссию, — вмешался Афелион, — но, возможно, вы захотите узнать, что космическая станция, на которой мы оставили людей, подверглась нападению.
— В смысле подверглась гребаному нападению? — ледяной страх поселился в Арамусе, противореча его обычной уверенности.
Афелион указал на сигнал SOS, высвечивающийся на экране.
— Не прошло и четырех часов после нашего отъезда, как со станцией состыковался неопознанный корабль, с помощью газа усыпив всех сотрудников.
— Мне казалось, что несколько лет назад после применения пиратами такой тактики на всех объектах были приняты меры для предотвращения подобных нападений.
— Обезопасили только зону стыковки. Те, кто стоял на страже, были в масках и не пострадали… поэтому погибли. Все, кто пытался дать отпор, были убиты.
Страх Арамуса перерос в ужас.
— Что им было нужно?
— Вот и самая загадочная часть. Они охотились за пленными, которых мы высадили. Больше ничего не взяли.
Его механическое сердце на миллисекунду перестало биться. Нет, черт возьми, только не это. Он еще никогда в жизни так сильно не боялся за кого-то.
— Они мертвы?
— Не все. Они убили парня в коме и двух немых, а остальных, похоже, похитили.
— Райли тоже забрали?
— Райли, Кармен и Перси.
Он с облегчением выдохнул. Она была жива.
— Ты уверен?
— Разве я где-то упоминал о сомнениях?
Не упоминал, но ему нужно было убедиться, прежде чем сделать что-то иррационально опрометчивое.
— Разворачиваемся.
— Зачем?
— Чтобы выследить тот гребаный корабль.
— Спрошу еще раз. Зачем?
— Ты намеренно тупишь? Чтобы, мать твою, спасти их, конечно.
— Я все еще не понимаю, зачем. Они всего лишь люди, — усмехнулся Афелион. — Разве не ты всегда говоришь, что хороший человек — это мертвый человек? Почему мы должны напрягаться и помогать им? Если они хотят поубивать друг друга, то вперед.
Арамус не был впечатлен речью киборга, даже если когда-то сам так думал.
— С каких пор ты такой засранец?
— Я? Я лишь повторил твои слова.
Черт. Почему Афелион именно сейчас решил процитировать все его высказывания?
— Ну, так было раньше.
— До чего?
До того, как он встретил человека, сумевшего доказать, что не все люди были злыми. Сумевшего доказать, что Арамус был способен заботиться о ком-то и кому-то нравиться, даже будучи злобным засранцем.
— Забудь обо всем, что я говорил. С каких пор мое ворчание кто-то слушает?
— С тех пор, как ты вылавливал нас по углам и орал о своей правоте.
— Вообще-то я мог передумать.
— Ты? — Авион усмехнулся. — С чего мистеру я-бы-не-помочился-на-горящего-человека вдруг стало не безразлично?
Авион с чего-то взял на себя роль Сета, до чертиков разозлив Арамуса и заставляя его признать свою ошибку.
— Вдруг для меня это стало важным, черт бы тебя побрал. Ты это, мать твою, хочешь услышать? Я ненавижу свою заинтересованность. Мне не стоило позволять своим ущербным эмоциям искажать мое суждение и оставлять там Райли. Хочешь лишить меня командования? Или продолжишь издеваться? Я облажался, и теперь мне необходимо исправить ошибку, — ему нужно было вернуться и спасти Райли, прежде чем они причинят ей боль или убьют.
 
— Ты понимаешь, что она, возможно, уже мертва? — Афелион поднял важный вопрос, который Арамус предпочитал игнорировать, потому что боль пробирала его до глубины души.
— Нет. Она жива, — Арамус не сумел сдержать разочарованного рева и ударил кулаком по металлическому столбу, который служил структурной балкой в командном центре. Было так мучительно осознавать, что он подвел Райли. Из-за своего нелепого страха он подверг ее опасности. К сожалению, он сумел признать свои опасения только после потери девушки. Ему следовало прислушаться к друзьям, отбросить предубеждения и держать Райли рядом с собой.
«Я бы не умер, если бы признал, что что-то чувствую к ней. А если бы кто-то решил посмеяться надо мной, то я бы просто набил ему морду».
— Она не может быть мертва, — утверждение не было подкреплено логикой, только его надеждой.
Авион выразил поддержку, в которой нуждался Арамус:
— Учитывая трудности, через которые они прошли, чтобы вернуть Райли, ее смерть маловероятна. Если бы они хотели просто заткнуть своих бывших сотрудников, то казнили бы их на станции или просто взорвали бы все к чертям.
— Ты тоже думаешь, что она цела?
— Да. Пока что. Но чем дольше мы тянем с ее спасением, тем больше у них времени передумать и причинить ей вред.
— Нет! — разочарование и нетерпение плохо сочетались в Арамусе. Ему нужно было срочно кого-то ударить. Прямо сейчас. — Мы должны вылетать. Быстрее.
— Еще одна хорошая новость. Нам не нужно возвращаться и искать виновных.
Арамус прервал свою истерику, которую стальная опора выдержала с измятым изяществом, и уставился на Афелиона.
— Не понял.
— Нам не придется возвращаться, потому что они у нас на хвосте.
Не нужно было быть гением, чтобы понять, что это означало. Вражеский корабль мог совершить налет на станцию и так быстро найти их судно, после тщательного заметания следов, только в одном случае.
На борту бы жучок. Но где? Среди компьютеров и расходных материалов, которые были вынесены с базы? Или проблема была более серьезной? Люди ушли. Значит, пленники не имели устройств слежения, а установить жучок на корабле у них просто не было возможности. Оставался лишь один вариант. На борту был шпион?
Арамус не шутил, когда заявил Авиону, что кто-то пытался взломать их компьютеры для отправки сообщений. Просто он подозревал, что один из людей хотел связаться с друзьями или семьей на Земле. Теперь же оставалась лишь одна тревожная перспектива. Шпионом был киборг. Вопрос был в том, участвовал ли он в шпионаже на добровольной основе?
Пожалуйста, только не Авион. Ему бы не хотелось убивать друга. Теперь придется устраивать ловушку и выманивать предателя.
— Отключите связь. И заглушите частоту, которую используют наши ИМК. Выполняем только устные, личные команды.
— Но это отрежет нас от машинного отделения.
— Они знают, как выполнять свою работу. Лично я верю, что они справятся. Давайте не будем давать нашему возможному предателю больше информации, чем необходимо.
— Есть, сэр. Что насчет судна, следующего за нами? Попробуем оторваться?
— Черта с два, — во-первых, у них была Райли, которую нужно было срочно вернуть. Во-вторых… — Они разозлили не того киборга-психа. Разворачивайся, Афелион. Раз они хотят драки, то, клянусь ржавыми болтами, скрепляющими мое дерьмо, мы удовлетворим их желание. Пойдем и надерем задницу компании.
 
Глава 22
Взрывы сотрясали корабль, заставляя Райли волноваться. Похоже, киборги не собирались сдаваться без боя. Запертая в камере, без окон, без видеоэкрана или какого-нибудь человека, знающего о происходящем, Райли могла только сидеть, слушать и строить гипотезы о разворачивающейся драме. Судя по ударам, от которых дрожал пол, приглушенному грохоту и крикам, борьба была жестокой.