Арамус (ЛП)

«Сколько еще осталось?»
И тут возник еще один вопрос:
«И где, черт возьми, Сет?»
Глава 11
Прошел еще один день. Запертые в камере заключенные уже не хотели болтать и расселись на своих койках, обдумывая свое положение. Парня в коме увезли, чтобы якобы обеспечить ему должный уход. Немые женщины держались особняком, забившись в угол, с подозрением поглядывая на Перси и отвергая любые предложения Райли и Кармен.
Поскольку развлечений здесь не было, вокруг царила тишина. Райли воспользовалась этим временем, дав волю своему воображению и гадая, чего ожидать дальше. После последнего допроса она больше не виделась с огромным киборгом, зато в камеру часто заглядывал охранник, приносящий пакеты с едой и упрямо отказывающийся отвечать на любые вопросы.
Если Кармен постоянно красовалась перед камерой, то Райли старалась держаться в стороне, даже когда в глубине души задавалась вопросом, наблюдал ли он за ней. Проблема в том, что даже если бы киборг смотрел, то видел бы только ложбинку между грудью Кармен. Женщина настолько сильно расстегнула молнию на своем комбинезоне, заявляя, будто умирает от жары, что совсем не оставила места для воображения. Забавно, потому что Райли считала помещение очень холодным, впрочем, учитывая мурашки на коже Кармен, женщина явно замерзала.
Кармен вела себя неподобающе, из-за чего Райли приравнивала ее к шлюхе. Все они застряли в камере, ожидая, когда определится их будущее, которое могло сулить свободу, смерть или какой-то третий неизвестный вариант, но Кармен думала лишь о соблазнении похитителей. Тот факт, что Райли снова и снова переживала поцелуй, не казался лицемерным, по крайней мере по ее мнению. Да, она наслаждалась объятиями киборга, но не выставляла напоказ свои достоинства и не чуть ли не мастурбировала для невидимой аудитории.
Вскоре им сообщили, что настало время очередного допроса. Заключенных одного за другим выводили из камеры, но назад они не возвращались. Сначала немые женщины, потом Перси. Когда выходила Кармен, то приветствовала охранника лучезарной улыбкой и словами: «Привет, красавчик». В итоге осталась только Райли, которая теперь очень нервничала и задавалась вопросом, истекло ли их время.
Все закончится так скоро? После всего, через что она прошла, неужели ее спасение обернется смертью от людей, которым испортили жизнь ее первые мучители? Ирония ситуации была очевидна.
Когда настало ее время, Райли изо всех сил старалась быть храброй, держа спину прямо. Ее сопровождающим был тот же неразговорчивый киборг.
— Куда мы идем? — Райли не ждала ответа, но, к ее удивлению, киборг заговорил:
— Туда.
— Это куда?
— В конечный пункт назначения.
— Зачем?
— Так приказал Арамус.
Райли хотелось закричать и вцепиться в волосы киборга за бесполезные ответы.
— Кто такой Арамус?
Сзади раздалось рычание:
— Это я, — Райли обернулась и увидела большого лысого парня, который ранее допрашивал… и целовал ее. — Еще есть вопросы?
— Вообще-то, да.
— И почему я не удивлен? — пробормотал он. — Можешь идти, Смит. Она останется со мной, — схватив ее предплечье, он практически потащил Райли по коридору.
— Тебя зовут Арамус?
— Мы, вроде, уже выяснили это.
— Ты командир этого корабля?
— Тебе нужен ответ только в том случае, если ты шпион, — внезапно Арамус остановился, из-за чего Райли споткнулась, но благодаря киборгу устояла. Если более подробно, то, падая, она размахивала руками и наткнулась на его тело. Он был одет в футболку из тонкой ткани, обтягивающую его массивный торс, поэтому при касании Райли ощутила тепло его кожи. Странно, но во время поцелуя она не заметила этого.
Не сумев сдержать, она пробормотала:
— Ты такой теплый.
— В отличие от чего. Холодного?
Райли покраснела.
— Во время прошлого нашего разговора я не заметила этого, — солгала она. Просто тогда она думала, что чрезвычайный жар его прикосновений был результатом ее страстного ответа.
 
— Как правило, температура тел киборгов на несколько градусов выше, чем у людей, но в случае необходимости мы можем подстроиться.
— Зачем становиться холоднее?
— Большинство устройств обнаружения ищут тепловые сигнатуры. При планировании засады или вторжения маскировка позволяет обеспечить более скрытое проникновение.
Объяснение имело смысл.
— Я удивлена, что ты дал объяснение. Разве пару минут назад ты не обвинил меня в шпионаже?
Арамус пожал плечами.
— Наша способность регулировать температуру тел общеизвестна.
— Что же еще есть общеизвестного о твоем виде? — только когда слова сорвались с губ, Райли поняла, как это прозвучало. Будто она видела в нем кого-то другого, совсем не похожего на нее. С другой стороны, было совершенно очевидно, что он отличался. Арамус был человеком, но очень давно, в настоящем считая себя кем-то другим.
Губы киборга скривились в насмешке.
— Мой вид, — сказал он, подчеркивая последнее слово, — сильнее, быстрее и умнее. Мы горячее обычного человека. Мужчины крупнее, как по росту, так и по массе тела. Мы проворны, логичны, когда дело доходит до действий, и неумолимы в борьбе с врагами и шпионами, — он пристально смотрел на нее, пытаясь запугать.
По какой-то причине Райли совсем не боялась.
— Ох, ради бога. Я не шпион. Кому мне отчитываться? И как? Не говоря уже, зачем? Эти придурки обращались со мной как с куском дерьма. Я бы не стала звонить девять-один-один, случись с ними какое-нибудь несчастье.
— Но если бы выбор сводился к спасению человека или киборга, то мы оба знаем, кого бы ты выбрала.
— Того, кто больше заслуживает этого.
— Думаю, ты только что подтвердила мои подозрения, — протянул Арамус с насмешливым сарказмом.
— Не будь так уверен в этом. Может ты и строишь из себя крутого парня, но в душе, я готова поспорить, ты мягкий и пушистый, — Райли так и не поняла, зачем произнесла это, но не смогла удержаться от смеха, когда его брови комично выгнулись.
— Я совсем не мягкий.
— Я уверена в обратном.
— Ударь меня и проверь.
— Я не имела в виду физические данные. Я говорила о том, что ты заботишься об окружающих больше, чем думаешь, и не только о киборгах.
— Забота не заложена в мою программу.
— Какой же ты упрямый. Ты не можешь скрыть тот факт, что что-то чувствуешь.
— Эмоции для слабаков.
— Вот тут ты ошибаешься. Эмоции делают нас сильнее. Заставляют бороться, когда проще всего сдаться. Если хочешь знать мое мнение, то киборги очень эмоциональны. Иначе почему ты ненавидишь людей за их действия и ищешь мести?
— Мы жаждем мести, чтобы получить мир.
— Если бы вы хотели мира, то сбежали бы и никогда бы не возвращались. Но вы хотите того, что присуще людям. Месть, ответы, принятие. Что еще?
— Ничего, — отрезал он. — Но если ты не перестанешь приставать ко мне, то я убью тебя.
— Нет, не убьешь.
Арамус заворчал.
— Почему ты упорно считаешь, что я не склонен к насилию? Прямо сейчас я могу легко свернуть тебе шею, а затем не чувствовать никаких угрызений совести.
— И это говорит парень, который обращается со мной с великой осторожностью, чтобы ненароком не причинить боль, — она посмотрела на его руку, которая стискивала ее предплечье без угрозы нанести какой-либо вред.
— Ты очень злишь меня.
— Знаю, и все же ты до сих пор не ударил меня, не убил и не превратил в немую. Внутри ты как большая зефирка, — когда его брови сошлись в одну темную линию, а из ушей практически повалил пар, Райли рассмеялась, удивляясь собственному здравомыслию.
 
«Я хочу умереть? Какого черта я пристала к нему?»
— Возьми свои слова обратно.
— Не-а, — Райли не понимала, зачем продолжала дразнить огромного киборга, но уже не могла остановиться и почему-то верила, что он не тронет ее.
«Надеюсь, я права, потому что в противном случае у меня что-то с головой, и скоро я умру».