Не испытывай мое терпение (СИ)

— Обычная, я даже не уверена, что она серебряная. В ней хранится небольшая старинная икона Богородицы. Папа говорил, что это семейная реликвия и она спасала нашу семью в самые трудные периоды жизни.
— Икона, значит. Любопытно.
В эту шкатулку я и не заглядывала. Я — ребенок огромного мегаполиса, который вечно находился в движении. На общение с богом времени не хватало. Вспоминаешь о нем, только когда действительно плохо. Помолишься простыми словами — и вроде легче на душе. Неправильно это, понимаешь, но изменить себя так сложно.
А сейчас я летела по лестницам вверх, не дожидаясь лифта. Боялась, что иконка пропала. Важность ее ощущала. Молилась, чтобы грабители до нее не добрались. Не знаю, как объяснить, но я очень боялась ее потерять, будто в ней заложено что-то бесценное важное. Оборвется с ее потерей и связь с моим прошлым, с моими предками, историей, родом.
На месте приступили к работе оперативники. Их присутствие радости не доставляло.
— Ничего не трогайте. Вы нам покажите, какие ящики открывать, мы будем работать аккуратно.
В ящиках стола шкатулки не оказалось. Вроде она всегда лежала там. Хотя я или мама могли переложить и не придать значения. Хотелось метаться по квартире, не ограничивая себя, рыться в вещах, но несколько строгих дядечек сверлили меня недобрыми взглядами.
— Еще где-нибудь посмотреть? — спросил меня худой мужчина высокого роста. Он был в черных резиновых перчатках, а шкафы открывал каким-то длинным прутом, но царапины на мебели не оставлял.
— Нет. Шкатулки нет, — тяжело было признать, но ее забрали. Но ведь никто не знал об иконе. Она лежала под грудой бумаг, писем и нескольких старых фотографий. Мы ее даже не вытаскивали никогда при людях. Никто не знал. Ее ценность не в деньгах даже.
— Вы уверены?
— Да.
Захотелось расплакаться. Груз последних часов придавил меня, и я чувствовала, что эта лавина в любую секунду обрушится.
— Извините, — скрывшись в уборной, я дала волю слезам. Телефон звонил. Гуля. Валид. Лея. Я не могла найти в себе силы с ними заговорить. Какой-то бесчестный человек проник в дом и обокрал меня. Чувствуешь свое бессилие и ничего сделать не можешь. Вдруг наркоман? Продаст за дозу…
— Ясмина, у вас все хорошо? — из-за двери раздался голос охранника.
— Да, да, я выхожу.
Пришлось подробно описать шкатулку следственной бригаде, подробно вспомнить содержимое.
Оставаться в своей родной квартире не хотелось. Я даже не думала никогда, что мне захочется сбежать отсюда. Не прикасаться к вещам, которые преступник будто очернил своим присутствием. А ведь я отказывалась сдавать квартиру после свадьбы. Злилась, когда Леша рассматривал такую перспективу. А сейчас вот бегу. Бегу в чужой дом, за высокий забор.
В саду Чехоевского особняка Лея дралась с каким-то мужиком в черной форме. Я застыла. Отточенные движения, резкие выпады. Девушка спец-агент. В этот момент я прониклась к ней уважением. Я стояла и морщилась, когда она оказывалась на земле, а Лея вставала и продолжала сражаться. Отправляла здорового мужика на газон.
Мое внимание привлек балкон, на котором застыл Самир. Он глаз не спускал с жены и, как я предположила, ее инструктора. Застыл, словно хищник перед прыжком. Напряжен. Вон как побелели костяшки пальцев, сжимающие поручни балкона. Какое терпение надо иметь, чтобы не вмешаться? Стоять и наблюдать, как твоей жене достается?
Мне тоже захотелось стать сильной. Захотелось вот так, как Лея, научиться давать отпор. Неизвестно, что будет завтра. Не стоит терять время зря.
С этой просьбой я решила обратиться к Самиру. Небольшие сбережения у меня есть, смогу сама оплатить уроки самообороны. Мужчина покинул наблюдательный пункт и спустился ко мне. Задал вопросы относительно произошедшего, отвечал Игорь, мне не хотелось еще раз все это повторять.
— Вещи мы так и не взяли. Оперативники сказали заехать вечером, — продолжил отчитываться охранник.
— Значит, вечером, — оставаться до вечера взаперти никакого желания не было. Останусь одна и буду думать только о том, что произошло. Нужно отвлечься. Чем-то себя занять. Не думать.
 
— Самир, я бы хотела сегодня отправиться на работу. У нас важные клиенты, директор просил помочь, если будет возможность, — он не просил, но я сама очень хотела отвлечься, погрузиться в любимую работу. Прогнать с девочками программу. Посмотреть и выбрать танцовщиц. Узнать имена клиентов и подобрать танцы на вечер согласно их предпочтениям.
— Не думаю, что это хорошая идея, Ясмина, но запретить я тебе не могу, — строго сказал он, но право выбора оставили за мной.
— Мне это необходимо.
— Хорошо. Игорь поедет с тобой. Но предупреди, пожалуйста, Валида и дай мне знать, что он ответил.
Я опешила. Теперь мне еще перед «мужем» за каждый шаг отчитываться. Разрешения спрашивать. Охраны мало, нужно еще отпроситься.
— Хорошо.
Звонить не стала. Написала сообщение. Вне зависимости от его ответа, оставаться дома я не собиралась. Я уже загорелась идеей попасть на работу. В свободное время с Гулей поболтать можно.
Я: Иду на работу. Меня вызвали.
Отправила сообщение благоверному.
Ответ пришел незамедлительно.
В: Никуда ты не пойдешь. Я запрещаю!
Валид
— Я сейчас прикажу, чтобы у тебя телефон забрали. Собираешься каждые пять минут отвлекать меня от дел? — недовольно проговорил Самир.
— Может, вернешь тогда группу в Москву? Я сам могу заняться своими проблемами. И решить их могу без твоей помощи.
— Я тебе сказал, все с Ясминой в порядке. Она с охраной. Что еще я должен сделать?
— В порядке? Психологическое состояние на расстоянии просканировал? Ты ее видел? Нет, тебе охрана передала.
— Валид, ты же не думаешь, что Дурова с ней любезничать собирается? Пусть девочка закаляется, учится за себя постоять, а мы подстрахуем. Наверняка все это затевалось, чтобы нас оглядываться заставить, а не Ясю запугать.
— Я не хочу, чтобы она пострадала. Что там с иконой?
— Не думаю, что она представляет какую-то ценность. Я уже позвонил специалистам, посмотрим, что это за икона. Хотя уверен, нет в ней той ценности, о которой Яся говорит.
— Да при чем здесь икона, не о ней речь. Яся ведь в чужом для нее мире. Наверняка напугана, а ты так легко заявляешь «с ней все в порядке». Пришли ее сюда, если не можешь там присмотреть! Сам займусь женой!
— На базу? Ты озверел?
— Лею в тайгу отправлял, когда ей опасность грозила, почему Ясмину сюда не прислать?
— Потому что ты на военной базе.
— На тренировочной! С номерами, как в лучших отелях!
— Не думай о брачной ночи! — легко сказать. — А Лею не сравнивай с Ясей.
— Я и не сравниваю. Но плохо относиться к Ясмине не позволю.
— Кто к ней плохо относится? Хватит с ума сходить, я ведь сказал, что присмотрю! — Самир сбросил вызов.
Я готов был разбить мобильный. Зла не хватало. Неспокойно на душе. Она там одна…
Яся моя жена. Она должна находиться под моей защитой, а я не могу быть рядом. Я точно помню, что дверь квартиры мы закрыли. Мне хотят показать, что я не могу защитить жену! И то, что брат уперся, спокойным меня не делает.
— Тесты пройдешь? — ко мне подошел капитан Сысоев и протянул руку. — Закончим скорее с бумажками.
— Давай завтра, а то я сейчас наотвечаю — меня точно комиссуют. Лучше я в тренажерку схожу.
Бег и небольшая нагрузка на плечо, час пролетел незаметно. Помогло немного отвлечься. Подходя к жилой зоне, услышал, как телефон пиликнул в кармане.
Яся: Иду на работу, меня вызвали.
Прочитал сообщение, и кровь ударила в голову. Что она творит? Какая работа?
Я: Никуда ты не пойдешь! Я запрещаю!
Сначала написал сообщение и отправил, но тут же стал перезванивать. Яся прочитала, но отвечать не стала.
Я: Пока я не вернусь из командировки, на работу ты ходить не будешь!