Как я строил магическую империю 13 (СИ)

  
Как я строил магическую империю 13
   
Глава 1
 
— А Тимур Ринатович в курсе этих учений? — уточнил я.
— Никак нет! — немного замешкавшись и кинув косой взгляд на сопровождающих его бойцов, ответил заместитель начальника гарнизона. — Но в этом и заключался план. Никто не ожидал, что проверка начнётся во время его отсутствия, и так мы сможем более точно определить степень готовности наших войск.
  
Да, хоть собеседник и придумывал на ходу, но, надо заметить, делал он достаточно ловко.
— И всё-таки я настаиваю на том, чтобы вы приостановили ваши учения, — строго произнёс я. — Мне нужно всего лишь двадцать минут.
— Ни двадцать, ваше сиятельство, ни даже пять. Процесс уже запущен.
— Это он чё такой непробиваемый-то? — удивлённо спросил Гензо.
Я тоже не понял. Ведь с самого начала нашего разговора я по максимуму давил оппонента магией контроля, благо в зону действия соответствующего кристалла мы уже влетели, а также подключил красный кристалл, но майор активно сопротивлялся.
Видимо, он был из тех прирождённых вояк, которые попали в армию не потому, что их туда засунули родители, а по зову сердца, а точнее, мозга. Вероятно он, как и Феникс, относится к бытовым ментальным интуитам, только немного другой направленности. Если у Антона главный профиль — это ведение переговоров и гибкость, то тут больше похоже на таран.
Мостовой, скорее всего, просто продавливает более слабых собеседников, и в то же время его самого очень трудно заставить что-то сделать, по крайней мере, так быстро. Дополнительную поддержку ему оказывали свидетели, перед которыми он не хотел упасть в грязь лицом, а также играло роль то, что он наверняка знал о моих способностях, и это тоже увеличило сопротивляемость. В общем, стоило найти к нему другой подход, благо это было не так трудно.
«Гензо, напомни, что там по его косякам?» — мысленно спросил я, буравя майора самым тяжёлым из моих взглядов.
— Буквально три дня назад интересный случай был, — тут же отозвался хранитель, точку веселья которого я несколько раз ставил в том числе и на эту воинскую часть. — Он получил взятку от барона Валуева за то, что бойцы под предлогом патрулирования района Тамбовской области сопроводили большой караван через всю область из деревни Колосково до Усмани.
То что надо!
— Это очень печально, Дмитрий Олегович, — вздохнул я. — Я был уверен, что вы не такой формалист. Я тут намедни встречался с бароном Валуевым, вы его знаете, у него ещё деревня в Тамбовской области, Колосково называется. Так вот, он рассказывал много хорошего о том, что вы всегда готовы помочь. А тут я даже помощи не прошу, а хочу донести до ваших бойцов информацию о великой победе, которая сегодня была одержана под Савино. Я уверен, это придаст им сил, и вы удивитесь результатам учений.
Надо отдать должное майору, даже после такого захода он сопротивлялся и молчал целых три секунды.
— Вы правы, ваше сиятельство, — наконец кивнул он. — Тем более мы только начали учения. Где бы вы хотели провести встречу с ребятами?
— Я буду ждать их на плацу. Сделайте так, чтобы все они находились там через двадцать минут, а сами приходите пораньше.
— Есть!
Майор кивнул пилотам, и обе тарелки, развернувшись, полетели в сторону военной части. Я подмигнул Святу, и мы последовали за ними.
Бойцы стали собираться на плацу через десять минут. Мои ребята уже заканчивали монтировать экран и проектор, а я нашёл себе занятие поинтереснее.
— Дмитрий Олегович, можно вас на секунду? — позвал я майора Мостового, изо всех сил старавшегося не попадаться мне на глаза.
— Конечно, ваше сиятельство.
Заместитель начальника гарнизона строевым шагом подошёл ко мне, а я окружил нас звукоизолирующим полем.
— А теперь давайте начистоту. — Говоря, я улыбался, чтобы со стороны казалось, будто у нас милый диалог. — Кто связался с вами и приказал мне помешать?
— О чём вы говорите, ваше сиятельство?
— Я говорю о том, что всё о тебе знаю, крысёныш. Как ты за деньги выделяешь солдат на помощь аристократам, и что мелкие ежемесячные недостачи можно обнаружить, если хорошенько порыться у тебя в доме. Да, берёшь ты мало, но достаточно для того, чтобы в ближайшие десять лет валить лес в диких землях. Имя!
Вояка побледнел, и на его лбу выступил пот.
— Со мной связался майор Осинкин из Нижнего, — растеряв всю свою уверенность, выдавил он.
Разумеется, мне это имя ничего не сказало.
— На кого из князей майор работает?
— Я не знаю, ваше сиятельство!
— Ты точно в этом уверен?
— Абсолютно, ваше сиятельство. Я просто должен майору. Мы с ним давно….
— Сотрудничаете? — усмехнулся я.
— Так точно, — пробормотал заместитель гарнизона Усмани.
— Ясно. Продолжай выполнять задачу. И учти, если попробуешь сбежать, я лично тебя найду.
— Вы расскажете об этом Тимуру Ринатовичу?
— Пока нет, и если ты выполнишь несколько моих просьб и, разумеется, перестанешь пользоваться служебным положением, то, может быть, у тебя ещё будет возможность стать достойным сыном Родины.
— Спасибо, ваше сиятельство! — Мостовой вытянутся в струнку.
— А когда твой дружок Осинкин свяжется с тобой, скажи, что я тебя загипнотизировал одной фразой.
— Есть!
— Свободен.
Я оглянулся и увидел, что плац уже заполнен. Так же, как и в Липецке, все воины улыбались — они, очевидно, тоже слушали радио и уже знали о нашей победе.
— Приветствую, бойцы! — зайдя на трибуну, начал я.
Дальше все шло по уже отработанному сценарию. Мы показали видео разгрома осман, а потом я толкнул мотивационную речь. Закончилось все тоже как в Липецке — дружным рёвом:
— … СЛАВА КНЯЗЮ ДМИТРИЮ НИКОЛАЕВИЧУ АКУЛОВУ!!!
Напоследок я очень недобро улыбнулся майору, и, по-прежнему не убирая знамёна своего рода и Нижегородской империи, мы полетели к центру Усмани.
* * *
На оживлённой улице рядом с редакцией сажать доски было негде, и пилоты, предварительно выгрузив весь отряд сопровождения, подняли их прямо на крышу.
Наш прилёт произвёл среди горожан фурор. Зеваки стали быстро собираться, а машины, проезжая мимо, замедлялись и сигналили. Все тыкали в нас пальцами, и чаще всего я слышал «это же Акулов», причём в этот раз даже не добавляли привычное «какой молодой». Гораздо чаще говорили «победа» и «османы». Василиса выскочила нас встречать, но я взял её под руку и завёл назад в офис.
— Как дела? — с улыбкой спросил я.
— Всё отлично, Дмитрий Николаевич! — радостно затараторила журналистка. — По радио идёт непрекращающееся вещание. Газеты уже распространены по Усмани, Липецку и Пензе.
— Уже? — Я удивлённо посмотрел на собеседницу.
— А что такого? — в свою очередь, удивилась она. — Мы подготовили текст о нашей эпической победе ещё до начала сражения. Потом уже по результатам немножко его подкорректировали и вставили фотографии. Печать началась через два часа, после того как упала последняя тарелка осман. А распространять мы стали сразу с больших городов, так как знали, что нам могут начать мешать.
— Какая ты у меня умница! — Я с трудом удержался, чтобы не потрепать девушку по голове. — И что, не мешают?
— В Липецке и Пензе не успели, тираж полностью распродан, а вот с той стороны Оки и Камы проблемы. Наши крупные распространители, похоже, получили сигнал сегодня с нами не работать, но мы действуем через мелких, в том числе продаём с рук, ну и, разумеется, развозим по всем деревням. Так что можете не переживать, о нашей победе совсем скоро узнают все!
  
— Великолепно!
— А вы, кстати, сами газету видели?
Девушка подскочила к столу, схватила номер «Савинского Вестника» и протянула его мне. Я взял газету, которая ещё пахла типографской краской, и широко улыбнулся.
На первой полосе огромными буквами было написано. «Разгром воздушного флота осман под Савино. Уничтожены почти 500 тарелок, включая тридцатиметровый флагман», дальше шли фотографии и текст. Я развернул газету: «Герои эпичной битвы» и множество фотографий.