Дворянин поневоле

– А на самом деле? – насторожился князь.
– А на самом деле так и будет. Выйду к воротам и поговорю с ними. Может, после этого заткнутся наконец.
– Они ведь станут и про нападение на императорскую семью вопросы задавать, – напомнил Алексей Михайлович.
– А вот с этим к императору, – злорадно усмехнулся парень. – Мне права эту тему обсуждать никто не давал. Да и устарела эта история.
– Их же целая свора сбежится. Справишься один-то? – с сомнением протянул Алексей Михайлович.
– Не переживай, деда, – улыбнулся ему Сашка. – Я ж тоже не пальцем деланный. Думаешь, почему я им встречу у ворот назначаю? Если что не так пойдет или кто хамить станет, развернусь и просто уйду.
– И еще больше их раздразнишь, – скривился князь.
– Так ведь я не молча уйду. Я им выскажу, почему ухожу, – лукаво улыбнулся парень, подмигивая деду.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – подумав, вздохнул князь.
В ответ Сашка только кивнул. Ну не объяснять же ему, что такое пиар и как правильно им пользоваться. Впрочем, Сашка и сам слабо представлял, как это делать, но кое-какие понятия у него с прошлой жизни остались. В том числе и фраза одного офицера-разведчика о том, что слухи – это тоже оружие. Офицер приводил в пример один случай, произошедший в Афганистане, и именно эта история запала парню в память.
Через день, с аппетитом отобедав, парень накинул пальто и, не надевая шляпы, вышел на крыльцо. Как и ожидалось, у ворот уже толпились репортеры.
– Как мухи, – фыркнул про себя Сашка и не спеша направился к воротам.
Вопросы посыпались, едва он оказался шагах в десяти от точки, которую наметил себе как место для разговора. Молча добравшись до места, он обвел собравшихся ироничным взглядом и, вскинув руку, негромко сказал:
– Господа, я понимаю ваше нетерпение, но давайте будем соблюдать приличия. К тому же вас много, а я один. Так что задавайте вопросы по одному и так, чтобы их было хорошо слышно всем. Итак, я вас слушаю.
– Петербуржские ведомости! – тут же раздался голос. – Как случилось, что вы снова убили человека?
– Что значит снова? – уточнил Сашка, найдя взглядом спросившего. – Разве я кого-то убил просто так?
– А обезглавливание итальянского гражданина на приеме? – злорадно усмехнулся репортер. – Ведь после той истории вы были отправлены в опалу.
– Научитесь уже проверять свою информацию, – вздохнул Сашка. – Пользоваться слухами в вашей профессии чревато судебным иском. То была открытая дуэль в присутствии множества свидетелей. И опалы никакой не было. Я уехал в имение потому, что предпочитаю более теплый климат. Как вам уже известно, я много лет прожил в Африке и потому плохо переношу сырость.
– И все-таки, что сейчас произошло? – не унимался репортер.
– Попытка выбить из меня секреты моего производства.
– Какого именно? – тут же последовал вопрос. – У вас же их несколько.
– Их прежде всего интересовало оружие. Впрочем, это и не удивительно. Господа бритты всегда считали, что все лучшее должно принадлежать только им. Но не в этот раз.
– Князь, а это правда, что один из видов вашего оружия уже принят на вооружение ГАУ? – задал вопрос другой репортер, перебив предыдущего говоруна.
– Да, это так, – спокойно кивнул Сашка.
– Но почему именно оружие? – раздался женский голос, и вперед протолкалась молодая русоволосая женщина с блокнотом в руках. – Почему оружие, а не полезные механизмы? Аэропланы, наконец?
– Каждый делает то, что умеет, сударыня, – вежливо пожал плечами парень. – Я солдат и отлично понимаю, что оружие это не просто приспособление для убийства. Ведь убивает не оружие. Убивает человек.
– Как это не оружие?! – тут же возмутилась женщина.
– Вот, взгляните, – снова улыбнулся Сашка, откидывая полу своего пальто и показывая ей кобуру с пистолетом. – Это оружие, верно?
– Конечно, – настороженно кивнула репортерша, рассмотрев рукоять пистолета.
– Но скажите мне, разве оно для вас опасно? – вкрадчиво поинтересовался парень.
– Да, – не задумываясь, кивнула она.
– И чем же, позвольте узнать? Ведь оно сейчас спокойно лежит в своей кобуре. И до тех пор, пока я не достану его, оно никому не угрожает. Вот и выходит, что убивает не оружие, а человек. А уж чем, это дело десятое. Поверьте много повоевавшему солдат: убить можно и голыми руками. А по поводу полезных механизмов, так они у меня есть. Это автомобили. Что же до аэропланов, то я в них ничего не смыслю.
 
Женщина растерянно замолчала, переваривая услышанное. Этим воспользовался следующий репортер.
– Князь, расскажите, как вам удалось уничтожить турецкую галеру? – попросил он.
– Повезло, – улыбнулся Сашка и принялся описывать те события.
– А мы могли бы поговорить с кем-то из тех людей? – раздался вопрос после того, как он замолчал.
– Вполне. Для этого вам нужно только приехать ко мне в имение, – усмехнулся парень.
– Вы решили оставить этих людей себе?
– Они попросили у меня разрешения остаться, – поправил его Сашка.
– Попросили? – иронично уточнил репортер «Ведомостей».
– Именно так, сударь, – спокойно кивнул парень, но глаза его сверкнули так, что репортер невольно вжал голову в плечи и подался назад. – Проведя по нескольку лет прикованными к галерному веслу, они просто испугались, вдруг оказавшись свободными. Ведь каждый из этих людей уже смирился со своей участью и считал себя погибшим. А тут такая резкая смена положения. И мало того, что их освободили. Их еще отмыли, накормили, одели и начали лечить. Так с чего бы им уходить?
– То есть вы специально сделали все, чтобы бывшие рабы остались в вашем распоряжении? – тут же извратил все фанфарон из «Ведомостей».
– Я понимаю, что вы очень хотите выставить меня в дурном свете, – презрительно скривился Сашка. – Но зачем же делать это так нагло? Поверьте, подобное поведение не делает вам чести.
На репортера зашикали, а кто-то из особо нетерпеливых даже сунул ему кулаком в бок.
– Господа. В свете данной перепалки я считаю своим долгом предупредить вас, что любая попытка извратить мои слова станет серьезным поводом для судебного разбирательства. Я нахожусь в трезвом уме и твердой памяти и легко вспомню все, что сказал, отвечая на ваши вопросы, – объявил Сашка, чуть повысив голос. – К моему большому сожалению, вот из-за таких людей с вами не хотят иметь дела, – подлил он масла в огонь. – Вместо того, чтобы честно делать свое дело и прямо освещать то или иное происшествие, эти люди сознательно штампуют заказные статьи, обливая грязью ни в чем неповинных. Это мерзко, господа, – закончил Сашка и, развернувшись, сделал вид, что собирается уйти.
– Князь, еще несколько вопросов. Пожалуйста! – раздались вопли на всю улицу. – Никто не станет ничего перевирать. Мы сами за этим проследим.
Сделав вид, что задумался, Сашка остановился и, удрученно покачав головой, вернулся на место.
– Хорошо. Мне очень хочется верить, что здесь собрались порядочные люди. Профессионалы своего дела, – вздохнул он и, сунув руки в карманы пальто, спросил: – Кто следующий?
– Вы можете рассказать о нападении на императорскую семью? – спросила женщина-репортер, очевидно придя в себя после полученной отповеди.
– Тут нечего больше рассказывать, – пожал парень плечами. – Всю информацию об этом варварском акте вам уже озвучили.
– А может, вам запретили об этом говорить? – раздался ехидный вопрос откуда-то из толпы.
– А смысл? – равнодушно поинтересовался парень.
– Смысл в том, чтобы скрыть истинных виновников нападения, – не унимался неизвестный.
– А зачем? – удивился Сашка. – Чтобы избавить их от суда, а потом снова получить заговор? Вам не кажется, что это глупость? К тому же перестрелка была весьма оживленной, и выжило нападавших не так много. Впрочем, это уже не важно. Главное, что семья его императорского величества жива и здорова. Как и он сам, слава богу.
– Вы продолжите изобретать оружие? – снова встала на свои рельсы женщина.