Последнее лето ярла Ульфа
Толстяка принял Гнуп. Три Пальца был немолод и вряд ли мог биться много часов, как пятнадцать лет назад. Но на пятнадцать хороших ударов его хватало наверняка.
Пятнадцати не понадобились. Уже вторым ударом он надрубил противнику правое запястье, следующим перебил голень и добавил ему, уже падающему, на обратном движении меча в переносицу. Гнуп потерял в выносливости, но не в силе и умении.
Последний недруг за это время успел сообразить, что дела скверные. Но проявил храбрость. Или понял, что сбежать не удастся, и решил встретить смерть лицом к лицу. Так или иначе, но он повернулся спиной к выходу…
…И тут же получил рогатиной в поясницу. Удар не пробил кольчугу, однако толкнул несостоявшегося наемника вперед, тот споткнулся о тело соратника и воткнулся бы лицом в пол, если бы не успел подставить щит. Лицо он спас. Но жизнь бы все равно потерял, если бы не рявк Гнупа:
– Живьем!
И наконечник рогатины не воткнулся в позвоночник, а всего лишь уперся в затылочную ямку пониже края шлема.
Враги кончились. Сестры по браку посмотрели друг на друга и одновременно улыбнулись. Муж может ими гордиться.
Гудрун, однако, сразу нахмурилась. Семеро хускарлов – немалая сила. Успей они изготовиться к бою, неизвестно, как бы обернулось.
«Надо подарить богам пару петухов, – подумала Гудрун. – Нет, лучше барана».
Но это потом. Сейчас надо выяснить, кто их послал.
– Гнуп! Ты цел? – спросила Гудрун.
– Похоже на то, – старый воин помотал головой. Все произошло так быстро… И так просто.
Гнуп поглядел на раскрасневшихся женщин и снова покрутил головой. В шее что-то похрустывало. Возраст. Обычное дело. А вот то, что сейчас случилось, – совсем не обычно. Глаза видят, но не верят. Обе хозяйки целехонькие, а враги мертвы. Даже добивать не требуется. Так валькирии убивают. Сразу насмерть.
– С этим поговоришь? – Гудрун показала на выжившего.
– Да, госпожа. Что он должен сказать?
– Кто послал.
– Кто и зачем, – вмешалась Заря. – И есть ли другие. И будут ли.
– Да, госпожа, – Гнуп слегка поклонился уже Заре.
И подумал, что спросить о том, есть ли другие, он сам бы не догадался. А вопрос очень правильный. В усадьбе же постоянно чужие бывают. Да и своих подкупить можно. Или припугнуть.
– В кузню его тащите, – велел Гнуп скрутившим пленника бондам. – И приготовьте там… Знаете как?
– Знаем, – пробасил один из бондов, Берси Собака. Это он пырнул пленника рогатиной. – Главное – убиться не дать.
– Верно мыслишь, – одобрил Гнуп. – Пойду переоденусь, госпожи. Одежку замараю, жалко.
Глава вторая, в которой Гудрун Сваредоттир собирается устроить праздник, а Йоран-ярл требует женщину
Гнуп вышел из кузницы, оглянулся:
– Эй, малец, полей-ка мне!
Мальчишка, трэль на побегушках у кузнеца, не посмел ослушаться. Лил воду, глядел, как стекают розовые ручейки с рук Гнупа, и трясся от страха.
– Довольно, – Гнуп вытер ладони о рубаху и направился к длинному дому с видом человека, хорошо сделавшего непростую работу.
– Их нанял Йоран-ярл, – сообщил Три Пальца с порога. – О других, если и есть, он не знает. А этим велено было по сигналу открыть ворота усадьбы и впустить людей Йорана.
– Йоран? – удивилась Гудрун. – Я его помню. Когда-то к матушке сватался. Еще до отца. У нас с ним вражды нет.
– Теперь, похоже, есть. – Гнуп принял поднесенную кружку и с наслаждением опустошил. – Лучшее пиво на нашем острове твое, молодая хозяйка! – похвалил он. – Что делать будем? По соседям стрелу пустим или к Аслауг гонца пошлем?
– И что скажем? – нахмурилась Гудрун.
– А что этот сказал, то и скажем. А он подтвердит.
– Или нет, – возразила Гудрун. – Знаешь, что я бы сделала на его месте?
– Госпожа?
– Сказала бы, что они были нашими гостями.
– Гости, которые напали на хозяев? – Гнуп скептически хмыкнул.
– Или хозяева на гостей?
Гудрун отложила вышивку, встала и с удовольствием потянулась.
– Нам-то зачем? – удивился Гнуп.
– Не важно. Первую кровь пролили мы.
– Так они… – начал Гнуп, потом подумал и махнул рукой. – Ты права. Всех отправим к крабам. Но делать что будем? Йоран – ярл не из сильных. Да и сам уже в годах. Вот брат его Визбур был… – Гнуп запнулся. И вдруг хлопнул себя по лбу: – Точно! Как я забыл-то? Это же Ульф Визбуру руки отрубил! Славный был поединок!
– Что за поединок? Ты видел? – Гудрун кинулась к нему, но остановилась в двух шагах, вспомнив о приличиях.
– Не видел. Люди рассказывали. Арендатор наш, Иси Сконец, знаешь откуда взялся?
Гудрун пожала плечами:
– Ульф ему землю выделил, но хозяйством он уже сам обзавелся, так что долгов на нем нет. Аренду платит вовремя, и зять у него тоже работящий.
– Есть у Иси долг, – сообщил Три Пальца. – Долг жизни. Ульф за него на хольмганг встал. Против Визбура Морской Крысы. Визбур у Иси дочь схитил, в наложницах держал и бил сильно. Видать, любил Иси дочь, потому что пришел с жалобой на Визбура к Рагнару.
– А Визбур был человеком Рагнара? – предположила Гудрун.
– Почти. Хольдом у Уббы Рагнарсона.
– И впрямь храбрец, – согласилась Гудрун. – Или дурак.
– Дурак, но везучий. Там твой муж рядом оказался. Встал за сконца. Рагнар объявил поединок чистым и до первой крови. А потом Ульф отрубил Визбуру десницу. Рагнар огорчился, но все было честно, и конунг отдал Ульфу победу. Тем бы и обошлось, но Визбур взял меч в левую руку и напал на Ульфа сзади. Твой муж отрубил Визбуру вторую руку, и тот умер. А Ульф пригласил Иси стать вашим арендатором. Ясно, что тот не мог отказаться. Да и не хотел. А еще говорят: Ивар Бескостный тогда выиграл у брата Уббы его новый плащ с шелковой подкладкой и жемчужными узорами.
– А мы заполучили кровного врага, – сделала вывод Гудрун. – Долго же он ждал, чтобы отомстить.
– И дождался, – мрачно кивнул Гнуп. – Рагнара нет, Ивара нет, твоих мужа и брата тоже нет. Хорошо будет, если мы сможем собрать десятка три даже не воинов, просто оружных.
– Больше, – возразила Гудрун. – У нас только работников больше сотни. А еще у матушки моей…
– И все они просто работники, – вздохнул Гнуп. – А у Йорана бойцы. Пусть их и немного теперь, но с полсотни наберется. Хотя и у нас есть один, который десятерых стоит, – Гнуп слегка поклонился вошедшей Заре. – Не знал, госпожа, что с луком можно такие чудеса творить.
Заря чуть порозовела. И от похвалы, и оттого, что воин назвал ее госпожой. Раньше он так только к Гудрун и Рунгерд обращался.
– Ты, Гнуп, не видел, как мой учитель стреляет, – Заря опустилась на скамью напротив Гудрун. – Что пленник?
Три Пальца повторил уже рассказанное им Гудрун.
Зарю будущее нападение не испугало. Но озаботило.
– Что скажешь? – спросила она Гудрун.
– А что предложишь ты? Что бы сделала, будь ты на земле своего отца?
– Я бы родню на подмогу кликнула, – не задумываясь ответила Заря. – И князю вашему, конунгу, рассказала. Но мы здесь, а здесь решать не мне. Я об этом Йоране первый раз слышу. Как у него с конунгом? Если в дружбе, то станет ли он нас слушать?
– Вместо конунга у нас сейчас жена Рагнара, – сказала Гудрун. – Как у нее с Йораном, не знаю, но с матушкой они точно дружны. Знаешь, Гнуп, погоди пока убивать пленного. Бери его и езжайте к матушке. Пусть она решит, как дальше. И с Аслауг тоже сама. Сколько людей тебе дать?
– Сам справлюсь, – ответил Три Пальца. – Когда этому скажу, что к Рунгерд едем, он рад будет. Подумает, что госпожа его вылечит. Только я телегу возьму. Вряд ли он в седле удержится.
– А она будет лечить? – спросила Заря.
Гнуп пожал плечами.
– Стрелу по соседям посылать будешь? – спросил он.
– Я лучше сделаю, – ответила Гудрун. – Я их на праздник приглашу. С играми воинскими вроде тех, что наш муж устраивал.
– А что за праздник? – спросил Гнуп.
– Праздник называется «много пива».
– И они придут? – усомнилась Заря.