Отдана в долг (СИ)
Глава 10.
Мои ноги совсем превращаются в вату, я едва не падаю на пол от сокрушительных волн удовольствия, но Демьян успевает снова меня поймать. Щекой прижимает к горячей, бурно колышущейся груди, пока я вся трясусь и дрожу, всем телом и душой находясь в его власти.
Когда последние спазмы оргазма отпускают моё тело, я прихожу в себя и поднимаю голову, чтобы взглянуть в лицо своему покровителю. Только сейчас при свете дня я как следует могу его рассмотреть.
Сейчас он выглядит ещё более идеальным, чем в полутьме.
— Стоишь?
— Ага, — пересохшими губами шепчу я.
На самом деле меня будто напичкали сладкой ватой.
А ведь это был мой самый настоящий первый оргазм…
Демьян убрал от меня руки, перешагнул через бортик ванной, направляясь за полотенцем. Я навалилась спиной на стену и беззвучно охнула. Сейчас он повернулся ко мне задницей, и я почти пустила слюнки.
До чего же она крепкая, пышная и аппетитная!
Самая лучшая мужская попка в мире, не сомневаюсь.
Она уж точно заслуживает Оскара.
Если бы такая премия проводилась…
Оскар за лучшую мужскую попку.
— О чём думаешь?
Черт!
Меня поймали на горячем.
— Да т-т-так! О ерунде всякой, — махнув рукой пшикнула я. И тут же густо раскраснелась.
Что за дурацкие мыслишки, Аврора?!
Ты как школьница, ей-Богу!
Не забывай зачем ты здесь и какое к тебе отношение.
Демьян насухо вытирается белым махровым полотенцем, надевает трусы и брюки. Я по-прежнему стою на одном и том же месте, не зная, что мне делать.
— Поторапливайся, сейчас мы идем на завтрак, после в клинику. Нас ожидает насыщенный день.
Тут я вспоминаю о важном.
— Но мне нечего надеть. Только платье свадебное.
— Черт! Попрошу одну из служанок, чтобы одолжила тебе какую-нибудь вещь. После клиники заедем за шмотками. Я куплю тебе то, в чем хочу тебя видеть.
И опять он дал мне понять, что я просто его вещь.
Хотя мне уже не привыкать, дядя меня сломал и учил тому, что да, мы с Таей вещи. А еще он заставлял нас экономить на всём.
— Я могла бы домой заехать… Зачем тратится?
— Что ты сказала? — он словно собрался на меня накинуться как пес.
— Зачем т-тратится.
— Впервые такое слышу от девки. Ты из нашей планеты?
Как-то не очень приятно прозвучало. Ну да, он наверно думает, что я веду себя как типичная избалованная деньгами содержанка. Но он вообще меня не знает! Как смеет так сразу утверждать то, о чем вообще понятия не имеет.
Целый год я жила как в аду и врагу такой жизни не пожелаешь. Мы с сестрой научились всему, в особенности выполнять самую разную грязную работу. Носили самые обычные недорогие вещи, которые напоминают больше мешки, лишившись разных излишеств, включая дорогостоящей косметики.
Он ограничивал нас во всем и это было ужасно! Ведь мы к такой жизни не привыкли вообще. Даже конфеты, или хотя бы крошечный кусочек пирога, мы ели только по выходным, а то и по праздникам.
Я глубоко и грустно вздыхаю, вспоминая этот ужас. Понижаю голос до шепота — само по себе вырывается.
— Дядя целый год меня ломал… поэтому… неважно!
Стоп.
Что-то меня понесло.
Демьян последний человек на планете, которому стоит плакаться о своих проблемах и последний, кто подставит плечо, чтобы о него можно было бы вытереть свои горькие слёзы.
Не буду ничего ему рассказывать о своей личной жизни, да и не нужно ему это. Он через минуту забудет. Зачем ему что-то запоминать о личной жизни какой-то там рабыни.
Рабыня… Вещь. Инкубатор.
Вот, кем он меня считает.
Всё-таки я была лучшего мнения о Демьяне Алаеве, когда впервые его встретила на балу. Что-то за целый год он сильно изменился. Стал хладнокровным и ещё более ледяным. Самым настоящим, непробиваемым айсбергом.
Узнать бы причину…
Судя по тому, как он себя ведет, какой тон себе позволяет и эти его снисходительные взгляды, я в нем ошиблась, он далеко не герой моего романа, а скорее черт из ада в опасно-прекрасной человеческой оболочке.
Но больше всего я боюсь, что он может надо мной насмеяться. Кто его знает, у него ведь сердце из камня. Наверно. Или его вообще нет. В груди черная пустошь.
Я почему-то вспомнила слова Софии, но отмахнулась.
Нет, Демьян не тот случай. Он исключение.
Я вышла из ванной и направилась к вешалке, на которой висел мягкий халат. Мои пальцы дрожали, руки не слушались, когда я начала надевать его на себя. И затылком чувствовала, как Демьян наблюдает за каждым моим движением. Как змей, караулящий свою добычу.
Насмотревшись на свою собственность, великий господин заявил:
— Запомни, Аврора, ты всего лишь моя рабыня. Я буду пользоваться всеми ресурсами твоего тела, потому что имею право. Заплатил. Я тебя купил. Насчет секса… Он будет строго по расписанию. А я бываю часто не в духе. Но во время овуляции нам придется заниматься сексом регулярно.
Мои щеки вновь вспыхнули жаром смущения.
Я как будто сплю, не признавая всё, что происходит со мной сейчас.
Поразительно, да? Как жизнь может вот так вот взять и измениться. В один миг.
— Под настроение, если я посчитаю нужным и если ты этого заслужишь, я подарю тебе оргазм.
Ну вот!
Что и требовалось доказать.
Мои мысли подтвердились уже реальными словами моего… владельца.
— Самое главное, хочу тебя предупредить, девочка! Между нами не любовная интрижка, а сугубо строгий контракт. Не фантазируй себе лишнее! Я не принц, не герой твоего романа. Ты меня не знаешь, я сложный, жесткий, требовательный человек. Будет лучше если ты будешь держаться от меня подальше. Кроме дней, когда у нас будет секс.
По телу пронеслись мурашки, я плотнее закуталась в халат, но почему-то в области бедер непонятно сладко защекотало после этих его грозных слов. Особенно после слова “секс”.
Я осмелилась обернуться и посмотреть миллионеру в глаза.
— Почему вы не оплатили услуги суррогатной матери?
Он отнюдь недобро на меня глянул в ответ, словно бросил вызов.
— Я за естественность! Это мой принцип. При искусственном оплодотворении есть шанс, что с плодом может пойти что-то не так.
Ух, смотрите, какие мы педантичные.
Чувствую, это будут самые сложные девять месяцев в моей жизни. Надеюсь, хотя бы с Алаевым мне будет легче, чем с моим дядюшкой.
Следующая фраза поразила меня намного сильнее, чем все остальное, сказанное до этого.
— Предупреждаю тебя — не влюбляйся. У тебя есть законный муж. Когда ты исполнишь свой долг — родишь, вернешься обратно.
* * *— Спускайся на завтрак, потом я быстро покажу тебе дом и расскажу подробнее о твоём месте здесь.
О моём месте здесь…
Звучит как наставление для декоративной вазы.
— Затем мы отправимся в клинику.
Пока я вытиралась после душа, а Демьян вышел из комнаты, через пару минут кто-то постучал в дверь. Это была служанка — Кристина. Она принесла мне чистую одежду — простенькое хлопковое платье и простые балетки на плоском каблуке.
Я торопливо переоделась, глянув на себя в зеркало. Неплохо, сойдет. Даже лучше, чем то, во что “наряжал” меня злобный дядька тиран.
Кто-то грубо ударил кулаком по двери.
— Переоделась? Выходи немедленно!
Я аж вздрогнула от грозности этого голоса и засомневалась, что он принадлежит Демьяну, ведь когда мы забывались от нахлынувшей на нас страсти, мне казалось, что его голос самый лучший голос на свете и созданный лишь для того, чтобы разогревать девушек перед бурным секс-марафоном.
Из одной казармы переехала в другую. Опять буду жить как в армии.
Я нажимаю на дверную ручку и выхожу из спальни. Впереди вижу хозяина дома в стильном, дорогом костюме. Рубашку он всё же сменил на темно-кофейную.
Засранец стал выглядеть еще более дерзким и горячим! Наверно ради одного только его взгляда другие женщины с моста прыгают или под поезд. За его изумительное тело можно вообще убить…