Измена. К черту любовь (СИ)

13
Рита
Такой вкусный, что слюна скапливается во рту быстрее, чем успеваю сглотнуть. Приоткрываю губы, и его язык тут же переплетается с моим. Мы целуемся жадно, с таким отчаянием, будто это последний шанс, и никто не хочет уступать первым. Его поцелуй — чистое наслаждение. Я давно не испытывала такого удовольствия, что непроизвольно закатываю глаза, позволяя мыслям уплыть куда-то далеко, в сторону. Весь мир перестаёт существовать, и внутри меня разгорается желание, которое сложно игнорировать.
Тело откликается на каждое его прикосновение, как будто он точно знает, где и как нужно коснуться. В тот момент, когда я перекидываю ногу через его бёдра, чувствую, как его член пульсирует подо мной. Только тонкая ткань моего белья и его джинсы нас сейчас разделяют. Моё платье задралось, обнажив бёдра, и я чувствую его теплоту. Желание накрывает волной, и с каждой секундой тягучее возбуждение лишь усиливается.
Он словно создан для меня. Я это поняла сразу, ещё в машине. Как будто есть нечто большее, что связывает нас на физическом уровне. Его запах, манящий и сильный, словно афродизиак. Он сводит с ума, заставляя тело реагировать без участия разума.
Отношения? Сейчас не об этом. Мы оба просто привлекательные люди, и между нами разгорается что-то настолько естественное и правильное, что даже мысль о последствиях уходит на второй план.
— Хочу тебя сильно, — шепчу, едва двигаясь на его бёдрах, чувствуя, как оставляю за собой влажный след на его ширинке.
Его пальцы сильнее сжимаются на моих бёдрах, точно оставляя отпечатки. Он улыбается, губы дёргаются в лукавой усмешке:
— Огненная фурия, — произносит он, и в следующее мгновение прижимает меня к дивану, но только для того, чтобы стянуть с себя одежду. Движения быстрые, решительные, и вскоре на нём не остаётся ни единой вещи. Возвращается ко мне, а потом похлопывает по ноге, в голосе слышится приглушённая хрипота.
— Иди обратно, Рита, — голос звучит настолько низко, что я чувствую, как всё внутри откликается.
Я быстро стягиваю платье, оставаясь в крошечных стрингах. Взгляд падает на его напряжённый толстый член, который дёргается вверх, устремлённый к потолку. Моя реакция мгновенная — между бёдер словно потоп, и мышцы сжимаются от невыносимой потребности почувствовать его внутри. Дыхание перехватывает, каждая клеточка кричит о том, что мне нужно это срочно.
Я сажусь на него, но тут же ощущаю резкий шлепок по ягодице.
— Ах-х-х, за что? — восклицаю, хотя внутри всё сотрясается от новой волны возбуждения. Это властное прикосновение вызывает вихрь наслаждения, от которого мурашки пробегают по телу.
— Слишком медлишь, фурия. Действуй! — произносит он низким голосом, в котором слышны нетерпение и желание.
И я сажусь на его член, сдвинув трусики в сторону, вбирая его весь без остатка. Несмотря на его внушительную толщину, не испытываю никакого дискомфорта, потому что смазки столько, что скольжение идеальное. Наоборот, ощущения такие остро-приятные, что я опасаюсь кончить сразу, поэтому замираю.
— Твою мать, — ругается Рома. — Давай, Рита, поскачи на мне.
Шлёпает ещё раз, отчего мир разлетается осколками. Кончаю так бурно, дрожа всем телом, выделяя очень много влаги, что когда открываю глаза, сталкиваюсь с нереально тёмным и возбуждённым взглядом Ромы.
— Рита, охуенно горячая!
Я ещё не отошла от такого внезапного оргазма, не в состоянии активно двигаться. И Рома будто чувствует это, приподнимая мои бёдра и начиная вбиваться в меня снизу. Быстро, размашисто. Понимаю, что он и сам на грани, по его тяжёлому дыханию.
Тянусь к его губами, облизываю их, а затем целую так глубоко, как только могу. Его член внутри меня напрягается, становится просто каменным. Новые приятные импульсы рождаются внутри меня, и я постанываю, подстёгивая его к финишу.
Рома приподнимает мои бёдра, выходит и прижимает меня к своему животу. Его семя толчками выплёскивается на наши животы, пачкая обоих.
Между бёдрами тянет так сильно, что я ёрзаю.
— Ром, мне мало, хочу ещё, — честно признаюсь, глядя прямо в его глаза.
  
Ожидаю увидеть осуждение, как это было в случае с бывшим, но Ромина реакция меня приятно удивляет.
— Думал, что ты не предложишь.
Встаёт и устраивает меня на четвереньках на диване.
Я замираю в предвкушении. Рома пальцами проводит по складочкам, проверяя, насколько я готова.
— Мокренькая какая, голодная девочка. Любишь пожёстче? — одновременно с этим пальцами проникает внутрь, растягивая меня.
Киваю, постанывая, не в силах ответить голосом.
Выходит из меня, похлопывает пальцами по клитору, затем снова погружается в киску и снова постукивает по возбуждённой горошине. Опять повторяет по кругу, пока бёдра не начинает сводить новой судорогой наслаждения.
— Пожалуйста, Рома, я больше не могу! — умоляю его.
И он на полную длину врывается в меня, приподнимает и прижимает спиной к себе, придерживая за горло. Берёт сразу приличный темп. Мне так хорошо, что я забываюсь, отпускаю себя. Позволяю себе делать то, что в здравом уме постеснялась бы.
— Ещё! — подмахиваю ему насколько могу. — Быстрее!
— Да, вот так! — кричу, уплываю в оргазм.
Рома прижимает меня к себе, делая несколько последних толчков, и замирает.
Чувствую, как горячие струи спермы выплёскиваются внутрь меня.
Он. Кончил. Внутрь!
14
Рита
— Рома! Ты что творишь! — с распахнутыми глазами оборачиваюсь к нему. Сперма медленно стекает по бёдрам, и липкий ужас пробирается ко мне вглубь, заставляя тело дрожать.
— Я же… не предохраняюсь, — голос звучит глухо, словно не мой. Трясущейся рукой провожу по бедру, рассматривая белёсые капли на пальцах.
— Чёрт, — Рома запускает руку в волосы, его лицо искажает осознание. — Совсем голову потерял. Так, не паникуй, смотри на меня, — он пытается поймать мой взгляд.
В голове уже мелькают картины: беременность, огромный живот, невозможность работать и страх потерять всё, если наши отношения всплывут на поверхность. Я представляю себе, как Геннадий Михайлович узнает и… Нет, это катастрофа!
Рома нежно поднимает мою голову, заставляя посмотреть ему в глаза. В его взгляде спокойствие и уверенность, будто ничего не произошло. Как он может так спокойно на это реагировать?
— Дыши, Рита. Всё под контролем.
— Ты издеваешься?! — выпаливаю, злясь на его невозмутимость.
— Нет. Подумаешь, поженимся, — с ухмылкой подмигивает, явно пытаясь разрядить обстановку.
— Петросян недоделанный! Вот только мужа мне и не хватало. Я не хочу никаких серьёзных отношений! Это была случайность, просто недостаток секса!
— Рит, я пытаюсь тебя успокоить. Ты вообще понимаешь, каковы шансы забеременеть с первого раза? Они не такие уж большие. Сходи к Ларисе, она тебе всё объяснит.
— И схожу! — отвечаю резко. — А ты больше ко мне не подходи. Готовиться будем исключительно на кухне.
Я выпроваживаю Рому, понимая, что не смогу успокоиться, пока не поговорю с Ларой. Собираюсь так быстро, будто кто-то гонится за мной, и через полчаса уже нахожусь у кабинета подруги в больнице. У дверей сидят недовольные пациентки, которые то и дело кидают на меня косые взгляды. Одна из них, с огромным животом, даже пытается встать у меня на пути.
— У нас тут приём по записи. У вас на когда явочка? — грозно интересуется она, глядя на меня с подозрением.
В этот момент дверь кабинета открывается, и Лара выглядывает в коридор.
— Проходи, Рит. Только ненадолго, сама видишь, — кивает она в сторону очереди, указывая на недовольные лица.
— Конечно, по знакомству всё можно, зачем записываться! Мы все подождём такую фифу, — не унимается беременная, возмущённо бубня себе под нос.
Я стараюсь не обращать внимания и быстро прохожу в кабинет, чувствуя, как за спиной продолжаются шепотки.
Сажусь на стул напротив Лары и отвожу взгляд. Она закрывает дверь и оборачивается ко мне с любопытством.
— Ну? — поднимает бровь. — Что стряслось? Только не говори, что это снова связано с Романом Андреевичем.